Последние Девушки - Райли Сейгер

– И что, у нее не было мужчин?

– Были, но не много, – продолжает Нэнси, – по крайней мере, ничего серьезного. Узнав, что с ней произошло, большинство парней от нее просто сбегали.

– Кого-нибудь конкретно она называла? Ей никто из них не досаждал? Или, может, были проблемы с какой-нибудь девушкой, которую она опекала?

Сэм. Вот кого я на самом деле имею в виду. Лайза когда-нибудь упоминала о Саманте Бойд?

– Я от нее ничего такого не слышала. – Нэнси опустошает свою чашку и смотрит на мою, явно надеясь, что я тоже последую ее примеру и уйду. – Вы долго еще пробудете в нашем городе, Куинси?

Я смотрю на часы. Четверть второго. Чтобы вернуться, не вызвав у Джеффа подозрений, в половине третьего мне уже нужно быть в дороге.

– Думаю, где-то час. – Я оглядываю комнату, в которой еще полно неупакованных вещей, и стоящие у стены пустые картонные коробки. – Помочь вам?

29

Пока Нэнси продолжает заниматься гостиной, я предлагаю разобрать спальню Лайзы. Она соглашается, хотя при этом закусывает нижнюю губу, будто не зная, можно ли мне доверять. Но потом все же протягивает две коробки.

– Не тратьте времени на сортировку, – говорит она, показывая на дверь в конце коридора, – этим займутся близкие. Нам надо просто освободить помещение.

Избавившись от нее наконец, я задерживаюсь в коридоре и заглядываю в каждую из трех комнат.

В первой, гостевой спальне, очень мало мебели и безукоризненно чисто. Я переступаю порог и обхожу ее по периметру, проводя указательным пальцем по комоду, кровати и тумбочке. Следов пребывания Сэм нигде нет, хотя я вполне могу представить, как она курит у открытого окна, – точно так же, как у меня дома, возможно, в этот самый момент.

Я направляюсь обратно в холл и задерживаюсь у ванной. Сюда я входить не решаюсь. Это то же самое, что вторгнуться в склеп. К тому же мне и из холла все прекрасно видно. Раковина, ванна, унитаз – море голубого цвета, местами покрытое пятнами алюминиевого порошка для снятия отпечатков пальцев. Я с тревогой смотрю на ванну.

Лайза умерла прямо здесь.

Я представляю, как она лежит в мутной розовой воде. Потом представляю Сэм в дверном проеме – точно так же, как сейчас стою я. Она наблюдает. Проверяет, что дело сделано.

Когда смотреть на ванну становится невыносимо, я иду в спальню, изо всех сил пытаясь унять озноб.

Эта комната выдержана в кремово-розовых тонах. Кремовый ковер, розовые шторы, розовое покрывало на кровати. В углу стоит беговая дорожка, покрытая пылью и заваленная одеждой.

Интересно, Лайза отсюда говорила со мной по телефону? И как давала мне советы – шагая по этой дорожке, или, может, вытянувшись на кровати? Память воскрешает ее голос, льющийся из трубки.

Случившегося не изменить. В твоей власти лишь контролировать отношение к этим событиям.

Я подхожу к комоду, заваленному расческами, заколками, пластмассовыми лотками с косметикой. Там же стоит старомодная шкатулка. Когда я приподнимаю ее крышку, передо мной возникает крохотная фарфоровая балерина и начинает кружить в танце.

На другом конце комода стоят несколько фотографий в пластиковых рамках «под дерево». Вот Лайза с Нэнси на пляже, щурят от яркого солнца глаза. Вот Лайза стоит перед наряженной елкой, судя по всему, с родителями. Вот Лайза в Большом каньоне, вот позирует перед баром с неоновой вывеской у нее за спиной – у нее на плече лежит рука с красным кольцом на пальце. А вот она на дне рождения с измазанным тортом лицом.

Ящик за ящичком я освобождаю комод, хватая пачками лифчики, носки и старушечьи трусы. Я быстро разбираю вещи, стараясь утишить чувство вины и не обращать внимания на тот факт, что фактически подглядываю за чужой жизнью. Я будто бы совершаю преступление. Словно я вломилась в ее дом и роюсь в ее вещах.

То же я ощущаю, когда я перехожу к шкафу и принимаюсь вынимать из его ящиков платья, брючные костюмы и унылые юбки с цветочным узором, вышедшие из моды много лет назад. И вдруг натыкаюсь на то, чего так долго ждала. В дальнем углу шкафа, прикрытый какой-то коробкой, притаился небольшой сейф. Маленький, всего с одним отделением, в котором я замечаю крохотную замочную скважину, похожую на скважину в моем домашнем секретном ящичке. И в точности как у меня, ее окружает паутина царапин, оставшихся после того, как его взломали.

Сомнений в том, что Сэм была здесь, больше не остается. Эти царапины – ее рук дело. Иначе и быть не может.

Рука тянется к цепочке, на которой висит мой ключик. Он по-прежнему при мне, хотя до дома отсюда очень далеко. Он дает ощущение стабильности, хотя на самом деле после появления Сэм моя жизнь пошла кувырком.

Я с силой дергаю ящичек и открываю его. Внутри аккуратно сложены три папки.

Самая верхняя – синяя, не подписанная. Открыв ее, я вижу перед собой что-то вроде альбома для газетных вырезок. Ксерокопии статей из газет и журналов, распечатанные материалы из Интернета. Все о резне в женском студенческом клубе. Некоторые предложения в них подчеркнуты синей ручкой. Поля испещрены вопросительными знаками и грустными рожицами.

Вторая папка красная, третья белая. Одна посвящена Сэм. Другая мне. Я знаю это, даже их не открывая. Сложить дважды два здесь не составляет труда: три Последних Девушки, три папки.

Папка Сэм красная. Внутри материалы, касающиеся событий в «Найтлайт Инн», включая статью из журнала «Тайм», так впечатлившую меня в детстве. На них Лайза тоже оставила пометки. На полях нацарапаны слова, фразы и даже целые предложения.

На самом дне папки две газетные вырезки, обе без дат.

ХЕМЛОК КРИК, штат Пенсильвания. – Власти продолжают расследование дела об убийстве двух туристов, которых нашли зарезанными месяц назад. Тела 24-летнего Томми Каррана и 23-летней Сьюзи Павкович были обнаружены полицией в палатке в лесистой местности в двух милях от города. Обе жертвы получили множественные ножевые ранения. И хотя на месте преступления выявлены следы борьбы, в правоохранительных органах заявляют, что из вещей ничего не пропало, отвергая предположение о том, что преступление было совершено с целью грабежа.

Кровавое убийство потрясло очень многих в этом тихом городке. Оно произошло лишь год спустя после того, как неподалеку от Вэлли-роуд, безлюдной проселочной дороги, используемой сотрудниками психиатрической больницы Блэкторн, было найдено тело двадцатилетней женщины. Эта женщина, личность которой так и не установили, была задушена. В полиции считают, что ее убили в другом месте, а потом выбросили в лесу.

Полиция утверждает, что эти два преступления никак между собой не связаны.

ХЭЗЛТОН, штат Пенсильвания. – Вчера был обнаружен труп зарезанного мужчины. Преступление произошло в доме, где убитый жил вместе с женой и падчерицей. Приехав по экстренному вызову, полиция Хэзлтона обнаружила на кухне дома на Мейпл Стрит тело 46-летнего Эрла Поташа. Жертва получила множественные ножевые ранения в грудь и живот. Власти квалифицировали этот случай как преднамеренное убийство. Расследование продолжается.