Призрачный омут - Адриана Мэзер

– Платье, – он резко прерывает мои слова.

– Погоди, я не понимаю. Это ты зачаровал платье?

Он кивает с таким выражением, будто это очевидно.

– Постой, ты же не хочешь сказать… значит, это ты все устроил?

Он приосанивается.

Проклятье! Что я натворила? Согласилась выйти за него? Целовалась с ним. Я осматриваю комнату. Дверь прямо за спиной.

– Как так? Почему никто не понял, что ты умеешь колдовать? Как Наследницы этого не увидели?

– Наследники ведьм вообще весьма недальновидны. Из гордыни они не желают верить, что кто-то, кроме них, обладает даром. Отсюда и акцент.

Что ж, он точно подметил.

– То есть ты только притворялся студентом по обмену?

– Я знал, что ты дальний потомок Майры. А я давно искал ее.

Элайджа был прав: он просто не мог найти Майру самостоятельно.

– Это ты отправил ко мне Аду, так ведь?

– И тебе она понравилась.

Это правда. Да, мне понравилась Ада.

– Она – человек.

– Думаешь, я сам этого не знаю?

– Ты заточил ее здесь, словно пленницу.

В его глазах вспыхивает раздражение.

– Я подарил ей и остальным самый превосходный корабль в мире. Здесь все счастливы. Это главное желание любого человека, ты сама так сказала.

– Это фальшивое счастье. – Мои руки сжимаются в кулаки. – Настоящая жизнь и поддельная роскошь – не одно и то же. Только лишь то, что ты жив, а они мертвы, не дает тебе права лишать их выбора. Ты, как те люди, которые первыми посадили в спасательные шлюпки представителей элиты, словно они больше это заслуживали.

– Думай что хочешь. Счастье есть счастье, как ни крути. Скажи еще, что это место не лучше твоего мира с напыщенными идиотками типа Ники и Блэр, мира, где отец не позволяет тебе использовать магию, где мачеха пытается повесить тебя.

От возмущения я начинаю хватать ртом воздух. Он сейчас точно словит удар в свою идеально причесанную башку.

– Не тебе судить, насколько хороша моя жизнь и, кстати, жизнь любого другого человека!

– Неужели? Я был рядом, когда ты впервые попала на корабль, и видел жалкие попытки вспомнить прежнюю жизнь. Сколько потребовалось, чтобы ты сдалась и совсем перестала пытаться? Одна ночь? Две?

Мои щеки вспыхивают.

– Потому что ты меня очаровал.

– Ох, просто признай то, что нам двоим прекрасно известно, Саманта.

– Как тогда ты объяснишь сегодняшний вечер? Почему вдруг я все вспомнила после того, как ты сделал мне предложение?

Меня чуть не разрывает от этого слова.

– Полагаю, тебе чем-то помогли Наследницы, хоть и не знаю, чем именно. В одиночку ты бы не справилась, – отвечает Мэтт.

Изучаю его взглядом. А вдруг он не врет? Неужели я настолько хотела стать счастливой, что даже не сопротивлялась?

– А как же Блэр и Ники? Мистер Уордуэлл?

– Если я сумел наложить заклятье на тебя, – он пожимает плечами, – думаешь, манипулировать ими так сложно?

Мэтт мог добраться до любого человека. Он живет у Блэр, входит в танцевальный комитет, он все время был перед нами и дергал за ниточки. Сюзанна попала в точку, когда сравнила нашего таинственного злодея с серийным убийцей, отправляющим письма полиции.

– Ты околдовал Джексона.

– Он тебя отвлекал, – отзывается Мэтт.

– Но тебе помогали духи… Как ты…

Внезапно меня осеняет. Я ничем не лучше девочек, раз считала себя особенной.

– Ты видишь духов, да? Ты Коллекционер, которого Редд увидела в предсказании?

Он осматривает меня с горделивым выражением лица. А я вспоминаю окровавленную Редд, лежащую на полу.

– А теперь она мертва… Как ты посмел?

На мгновение он отводит взгляд.

– Ты же понимаешь, что это полностью твоя вина. Не смогла справиться самостоятельно. Ты вовлекла Редд в опасное дело, не я…

– Сволочь! – взрываюсь я. – Признай свою вину, Мэтт! Ты убил невинную женщину. Держишь на корабле духов против их воли…

– Я же сказал, здесь мое имя Александр. Повторять еще раз я не намерен.

Он делает шаг вперед. Упорно продолжаю выводить его из себя:

– Мой отец. Папа и миссис Мэривезер. Что ты сделал с ними?

При упоминании о них напряжение покидает взгляд Мэтта. Да, у него в руках контроль над всеми.

– Это неважно. Или вскоре так станет. Твоя тетя была последним необходимым нам пассажиром.

Мне становится дурно.

– Ты собираешься оставить их тут?

– Всех до единого, – напыщенно заявляет он. – И каждый попавший сюда останется навсегда.

Предупреждение Элайджи тревожно колотится в голове. Он планирует и меня здесь запереть? Вместе с душами всех пассажиров на веки веков? Нет. Этому не бывать. Я не позволю ему.

– Нам? Ты сказал, Майра – последний необходимый «нам» пассажир.

– Я думал, ты уже успела сложить кусочки головоломки вместе, – смеется он. – Боюсь, я переоценил твои умственные способности. Я не первый Коллекционер, а один из целого поколения. Если точнее, я – Александр Пятый. Чтобы создать это заклинание и собрать всех людей, плывших на корабле, понадобилось пять поколений Джессепов и почти сто лет. В одиночку никому не в силах такое сотворить.

Рассказ Редд о Коллекционере из ее детства.

– Значит, в пропавшей газете упоминалась твоя фамилия, да?

Он задумчиво смотрит на меня, словно сомневается, стоит ли продолжать.

– Помнишь историю, которую я рассказал тебе? О том, как мы перекупили билеты в третий класс, чтобы попасть на «Титаник»? – он не ждет ответа, продолжая: – Так поступил Александр Первый. Однако на самом деле он не смог договориться и попасть на палубу первого или даже второго класса. С собой в плавание он увозил все средства семьи, чтобы открыть дело в Америке. Как ты, возможно, уже догадалась, ему не удалось сесть в спасательную шлюпку. Его дочь умерла, потому что у матери не было денег, чтобы вызвать доктора. Его жена скончалась от гриппа сразу после дочери. Сына Александра усыновила чета Уайлдеров, которая позже переехала в Америку. Александр потерял все, даже собственное имя. Но его сын был достаточно взрослым, чтобы помнить отца и его страшную судьбу, и полон решимости исправить ошибки прошлого. Он исполнил свою часть заклинания, как потом сделали его сын, его внук. Теперь – моя очередь. И я подарю Александру великолепное плавание, которого он заслуживает.

Несколько секунд я в упор смотрю на него. Элис права, они пытаются переписать историю.

– То есть одна семья получает привилегии и власть, – я обвожу рукой роскошную каюту, – за счет остальных? Даже не пытайся уверять меня, что это не эгоистично. Говоришь, твой предок это заслужил? А как же все те несчастные пассажиры третьего класса, запертые на нижних палубах корабля? Чего заслуживают они? Ты забыл о свободе воли? Ты не…