Оперативный центр. Государственные игры - Том Клэнси

Четверг, 17 часов 47 минут, Гамбург, Германия

Отель “Амбассадор” находился в Хайденкампфсвеге, на другом краю Гамбурга. Во время езды Худ едва обращал внимание на многолюдные улицы и красоту водоемов и пересекающихся узеньких каналов. Подъехав к гостинице, он кинулся к местному телефону и попросил оператора соединить его с мисс Босуорт. В трубке наступила томительная пауза, и Худ готов был подумать, что Нэнси уже выехала или что она его обманула и никого с таким именем среди постояльцев не окажется.

– Подождите, пожалуйста, – наконец попросил оператор по-английски, – я соединю вас прямо с номером.

Худ поблагодарил и снова принялся ждать. Ему никак не удавалось унять бешеное сердцебиение. Его мысли метались, он ни на чем конкретно не мог остановиться. Следовало обдумать дела с Домиником, связь с его сомнительными компьютерными играми. Худ пытался это сделать, однако все его мысли кончались одним и тем же – Нэнси. Тем, что у них было. Что она натворила. Что они потеряли. Он был зол на себя, что из-за этого его сердце тоже не бьется спокойней. Его снова увлекла Нэнси-Джо. Даже при том, что его желание быть с нею могло и пройти, она так бы никуда и не делась из его сознания.

– Алло?

Худ прислонился плечом к стенке кабины.

– Привет, – сказал он в трубку.

– Пол? Это ты? – В голосе Нэнси послышались неподдельное удивление и радость.

– Да, Нэнси, я внизу в холле. Мы могли бы поговорить?

– Конечно! Поднимайся.

– Лучше ты спускайся вниз, – возразил он.

– Но почему? Боишься, я на тебя накинусь, как это делала когда-то?

– Нет, – ответил Пол, почувствовав себя неудобно от собственных мыслей. Он ничуть не боится, черт его побери.

– Тогда поднимайся наверх и помоги мне собраться, – настояла она. – Пятый этаж, направо, последняя дверь по левую сторону.

Она повесила трубку, и Худ какое-то время стоял, слушая короткие гудки. По крайней мере они заглушали стук его сердца.

Что же ты делаешь, дерьмо? – спросил он себя. И после короткого приступа жалости к себе ответил, что собирается добыть сведения о Доминике. Об играх, проповедующих насилие. О том, что, возможно, происходит в Тулузе. А потом ты отправишься в офис к Хаузену, мысленно приказал он себе, и доложишь о том, что удалось обнаружить.

Вставив трубку обратно в ячейку, Худ прошел к лифту и поднялся на пятый этаж.

Нэнси открыла дверь. Она была в узких джинсах и розовой облегающей водолазке, которая подчеркивала изящество плеч. Стоячий воротничок демонстрировал длинную шею. Волосы были собраны в “конский хвост”, как она делала это, когда они отправлялись на велосипедные прогулки.

Нэнси улыбнулась ему и, повернувшись, подошла к кровати. На покрывале лежал раскрытый чемодан. Она стала укладывать последние вещи, и Худ приблизился к ней.

– Вот уж не ожидала тебя увидеть, – призналась она. – Я решила, когда мы расстались, что это конец.

– В который раз?

Нэнси подняла глаза. Худ стоял у края кровати, наблюдая за ней.

– Туше, – сдалась Нэнси, слегка улыбнувшись. Закончив сборы, она закрыла чемодан и поставила его на пол.

Затем присела, медленно и грациозно, словно леди в дамское седло.

– Итак, Пол, в чем дело? – спросила она. Улыбка почти исчезла с ее лица. – Почему ты пришел?

– Честно? Чтобы задать тебе пару вопросов о твоей работе, – ответил Худ.

Нэнси удивленно вперила в него взгляд.

– Ты это что, серьезно? Он прикрыл глаза и кивнул.

– Думаю, с большим удовольствием я выслушала бы какую-то ложь, – сказала она, вставая и отворачиваясь. – Ты ничуть не изменился, не правда ли, Пол? Романтичный, как Скарамуш «Скарамуш – в итальянской народной комедии масок глуповатый и трусливый хвастун.» в постели, и целомудренный, как святой Франциск «Франциск Ассизский (1182 – 1226) – итальянский проповедник, основатель ордена францисканцев, канонизированный как святой. Имя его широко известно в США после одноименного фильма М. Кертеза (1961).» в своем деле.

– Не правда, – возразил Худ. – Мы находимся в спальне, а я сохраняю целомудрие.