Этичный убийца - Дэвид Лисс

– Да уж, – согласился Доу.

Он допил свой кофе и поставил чашку на стол – прямо в темную лужу, разлившуюся по всей столешнице. Значит, Игрок перекладывает все проблемы на него. У Доу даже возникло подозрение, что, возможно, на самом деле именно Игрок и взял деньги: убил Ублюдка и Карен, а денежки забрал. Доу ни разу не видел, чтобы Игрок кого-нибудь убивал, – зато видел, как он выколачивает дерьмо из наркоманов, которые пытались обвести его вокруг пальца. Так что вполне возможно, что Игрок зашел к Ублюдку просто так, по какому-то обычному делу, – но потом что-то произошло, ситуация вышла из-под контроля – и вот спустя некоторое время вдруг выяснилось, что Ублюдок и Карен мертвы, и теперь Игрок пытается не то замести собственные следы, не то извлечь какую-то иную выгоду из сложившейся ситуации.

Возможно также, что Игрок подставляет его не просто так, на всякий случай, а преднамеренно, – значит, Доу придется как следует пораскинуть мозгами, чтобы выпутаться из этого дерьма.

Как только дверь за Доу закрылась, из ванной, старательно отряхивая свой льняной костюмчик и поправляя складки на брюках, появился Б.Б. Все это время он простоял за темной занавеской для душа, по которой созвездиями рассыпались очаги плесени. Войдя в комнату, Б.Б. сел в кресло у изножья кровати, но тут же вскочил на ноги.

– Здесь мокро! – взвизгнул он.

– Не волнуйся, это вода, – ответил Игрок. – Я вчера вечером уронил тут пару кубиков льда.

– Ты что, видел, что я сажусь в мокрое кресло, и ничего не сказал?

– Господи! Я случайно облил его вчера вечером. Я совершенно забыл об этом.

Б.Б. вернулся в ванную, взял полотенце для рук и принялся тщательно вытирать им свою задницу.

Б.Б. всегда был немного не от мира сего, а уж в последнее время и подавно. Он постоянно беспокоился о своей одежде, о прическе, об обуви – совсем как баба. Он уделял огромное внимание самым незначительным и нелепым мелочам, а всеми важными делами предоставлял заниматься этой сумасшедшей девице в купальнике и со шрамом. В последнее время он совсем отстранился от дел: можно было подумать, что бизнес отвлекает его от чего-то куда более важного.

Сегодня утром, когда они уже договорились, что Б.Б. спрячется в ванной, и сидели в номере Игрока в ожидании Доу, Б.Б. вдруг встал и ушел, не сказав Игроку ни слова. Просто в один прекрасный момент Игрок вдруг огляделся по сторонам и увидел, что Б.Б. исчез. Тогда он выглянул за дверь и обнаружил, что тот стоит на балконе и пялится на пару мальчишек, резвящихся возле бассейна в одних трусиках. Если бы Доу пришел в этот момент, весь план полетел бы к черту.

Игрока это, впрочем, не слишком беспокоило. Если Б.Б. нравится трахать мальчишек, или цыплят, или жертв несчастного случая, исполосованных шрамами, – это проблема Б.Б., но уж если у тебя бизнес – ты не имеешь права о нем забывать. Вот в чем дело. Бизнес – прежде всего, нужно всегда держать руку на пульсе.

И именно в этот момент, увидев Б.Б., который перегнулся через перила балкона, с вожделением глядя на двух мальчишек, – таким взглядом пьяные смотрят на стриптизерш, – Игрок вдруг осознал, что так продолжаться больше не может. Он не должен этого допустить – ради всеобщего блага. Одна беда: он понятия не имел, как именно взять власть в свои руки. Он не мог отправить своих ребят драться с ребятами Б.Б. стенка на стенку, как в «Крестном отце»: не было у него никаких ребят, да и драться было бессмысленно. Они вели дела по-другому – действовали втихую, прикрываясь продажей энциклопедий и толстыми стенами свинарника.

Гладкое, младенческое лицо Б.Б. слегка раскраснелось. Он сердито смотрел на Игрока и тер себе задницу так, будто только что наделал в штаны.

– Постарайся быть повнимательней в следующий раз.

– Хорошо. Отлично. Как скажешь. – Игрок приподнял руки, показывая, что сдается. – Извини, мне очень жаль, что ты сел в мокрое кресло. Но давай вернемся к делу.

Б.Б. швырнул полотенце Игроку на кровать:

– Просто я не люблю садиться на мокрое.

– Давай вернемся к делу.

Аккуратно ощупав угол кровати, словно проверяя, нет ли там влажного пятна, Б.Б. пару секунд поколебался и осторожно сел. Можно было подумать, что, если он сделает неловкое движение, вся кровать превратится в большой фонтан.

– Ты знаешь этих двух мальчишек у бассейна?

– Ну откуда мне знать мальчишек у бассейна?

– Мне показалось… не знаю… будто я их где-то видел, что ли. А их родители тут появлялись?

– Какая разница?

– Ты же знаешь, что я создал благотворительную организацию для беспризорных мальчиков. Вот мне и интересно, не нужна ли им помощь. Если увидишь их с родителями, обязательно сообщи мне, что это за люди, ладно?

– Ладно. Только давай вернемся к нашему разговору. Ты слышал, что говорил Доу. Что ты об этом думаешь?

Б.Б. покачал головой:

– Я думаю, этот парень – просто мешок дерьма, но это еще не значит, что он стащил деньги.

– Правда? А что же это значит?

– Главным образом то, что он – мешок дерьма. Но до него, кажется, дошло, что деньги лучше найти. Хорошо, что Дезире не слышала ваш разговор. Ей не нравится, когда люди разговаривают так, как этот Доу. Если он и при ней будет так выражаться – я его убью.

– Может быть, его и в самом деле стоило бы убить.

Игрок не знал, насколько справедливы эти слова: даже если Доу действительно украл деньги, человек он тем не менее нужный – на нем держится вся система производства и сбыта в Джексонвилле. А на самом Игроке целиком и полностью держится система книготорговли. Похоже, Б.Б. был единственным, кто не выполнял своих функций.

Б.Б. сердито взглянул на Игрока:

– Как-то уж больно ты агрессивен.

– Да это я так, просто сказал.

– Просто сказать здесь могу только я, о'кей? Запомни раз и навсегда.

– Не понял. Я что, не имею права вносить предложения?

– Имеешь, но только здравые.

– Господи, ну до чего ты сегодня чувствителен. Ладно, забудь. – Игрок выглянул в окно. – Думаешь, если Дезире будет следить за этим парнем, мы узнаем что-то новое?

– Да нет, это пустая трата времени. Именно поэтому я ее и послал.

Игрок покачал головой:

– Ладно, Б.Б. Как скажешь.

– Вот именно – как скажу.

Игрок промолчал. Что можно было на это ответить? Разве что выбить из Б.Б. дерьмо, прямо здесь и сейчас.

Вернувшись в свой номер, Б.Б. присел на край кровати и снял телефонную трубку. Этот номер он запомнил отлично, но пока еще ни разу не набирал. На секунду ему показалось, что яростный стук у него в груди может быть признаком серьезной болезни. Выглядит он, конечно, очень молодо, но ему все-таки уже за пятьдесят. А в этом возрасте люди, даже очень здоровые на вид, часто внезапно умирают от сердечных приступов.