Коллекционеры - Дэвид Бальдаччи

И Аннабель принялась упаковывать вещи. «Прости, Джонатан».

Возвращаясь тем же вечером домой, Калеб обнаружил, что его ждут на автомобильной стоянке.

– Мистер Перл, что вы здесь делаете?

Нынче вечером Винсент уже ничем не напоминал профессора Дамблдора, главным образом потому, что на нем был не длинный лиловый халат: костюм-двойка, рубашка с открытым воротом и начищенные до блеска ботинки; длинные волосы и борода были тщательно причесаны. В костюме он выглядел стройнее, чем в халате. Склонный к полноте Калеб тут же принял решение никогда не носить халат. Очки Перла съехали на нос, и он смотрел на Калеба таким изучающим взглядом, что библиотекарь несколько заволновался.

– Ну? – снова спросил Калеб.

Перл ответил весьма обиженным тоном:

– Вы так и не перезвонили мне. Вот я и решил явиться лично, чтобы напомнить о своем интересе к «Книге псалмов».

– Да-да, понятно.

Перл оглянулся по сторонам:

– Автомобильная стоянка не самое подходящее место для беседы об одной из редчайших книг в мире.

Калеб вздохнул.

– Хорошо, идемте ко мне.

Они поднялись на лифте в квартиру Калеба и сели друг напротив друга в маленькой гостиной.

– Я опасался, что вы отправитесь прямо в «Сотбис» или «Кристи».

– Нет, ничего подобного. Я даже не возвращался в дом Джонатана с тех пор, как вы были там. А не звонил я потому, что пока еще не пришел ни к какому решению.

Услышав это, Перл явно испытал облегчение.

– По меньшей мере, нам бы следовало получить окончательное заключение по «Книге псалмов». Я знаю несколько фирм с исключительно высокой репутацией, которые могут это сделать. И не вижу необходимости откладывать это дело на потом.

– Ну-у-у… – неопределенно протянул Калеб.

– Чем дольше вы медлите, тем меньше у вас будет оставаться шансов не допустить, чтобы общественность узнала о существовании двенадцатого экземпляра «Книги псалмов».

– Что вы хотите этим сказать? – воскликнул Калеб, резко наклоняясь вперед.

– Я не уверен, что вы до конца осознаете значение этого открытия, Шоу.

– Напротив, я очень хорошо себе представляю его чрезвычайную важность.

– Я хочу сказать, что может произойти утечка информации.

– Каким образом? Я точно никому об этом не говорил.

– А ваши друзья?

– Им можно полностью доверять.

– Понимаю. Прошу простить, если я не разделяю вашей уверенности. Но если случится утечка, люди начнут выступать с обвинениями. И репутация Джонатана может серьезно пострадать.

– С какими обвинениями?

– Ох, Господи помилуй, да очень простыми: что книга была украдена.

Калеб тут же вспомнил собственную версию о том, что «Книга псалмов», хранящаяся в библиотеке, – подделка. И все же ответил, взяв себя в руки:

– Украдена? Да кто в это поверит?

Перл глубоко вздохнул.

– Ни один из владельцев этих сокровищ за всю многолетнюю и славную историю коллекционирования никогда не держал подобного в тайне. До сегодняшнего дня.

– И вы полагаете, это потому, что Джонатан ее украл? Абсурд! Из него такой же вор, как из меня.

Господи, хорошо бы это было так!

– Однако он мог приобрести ее у кого-то, кто ее украл, может быть и не зная об этом, а может, и наоборот. По крайней мере, у него должны были возникнуть подозрения, что объясняло бы тайну, в которой он держал факт обладания этой книгой.

– Да откуда ее могли украсть, такую книгу? Вы сами говорили, что проверили все организации, у которых имеется ее экземпляр.

– А какого еще ответа, черт побери, можно было от них ожидать? – возразил Перл. – Вы что же, думаете, они так сразу мне и признались бы, что их «Книга псалмов» украдена? А может, они об этом еще и не знают. Что, если на ее месте теперь очень хорошая, подделка? В этих организациях вовсе не в порядке вещей ежедневно проверять наличие своих литературных сокровищ, чтобы убедиться в их подлинности. – Он помолчал, потом добавил: – Вы никаких документов, относящихся к этой книге, там не обнаружили? Может, квитанция или счет? Что-нибудь, что указывало бы, откуда она у него взялась?

– Нет, – признался Калеб, и у него упало сердце. – Но я не просматривал личные бумаги Джонатана. Моя работа связана исключительно с коллекцией книг.

– Ну нет. Ваша работа включает в себя также и все свидетельства на право владения книгами. Неужели вы полагаете, что «Кристи» или «Сотбис» выставят «Книгу псалмов» на аукцион, не будучи полностью уверенными как в ее подлинности, так и в подлинности юридических документов, на основании которых наследники де Хейвна продают эту книгу?

– Конечно, я знаю, что они потребуют такие документы.

– Так вот, Шоу, на вашем месте я бы немедленно занялся их поиском. И если вы их не обнаружите, это будет явным свидетельством того, что Джонатан вступил во владение ею путем, который невозможно проверить. А в мире редких книг это означает, что он либо сам ее украл, либо сознательно приобрел ее у вора.

– Полагаю, следует узнать у его адвокатов, имею ли я право рыться в бумагах. Или, возможно, они могли бы сделать это сами, если сказать им, что мы ищем.

– В таком случае они захотят знать, зачем вам это. А когда вы им сообщите, то почти наверняка ситуация выйдет из-под контроля.

– Вы полагаете, я сам должен поискать?

– Да! Вы его литературный поверенный, вот и действуйте в этом качестве.

– Мне не нравится, когда со мной разговаривают в таком тоне! – недовольно буркнул Калеб.

– Вам должны выплатить процент от общей стоимости продажи книг на аукционе?

– Я не стану отвечать на подобные вопросы, – резко сказал Калеб.

– Это надо понимать как «да». Так знайте, если попытаетесь выставить «Книгу псалмов» на аукцион, не обнаружив железных доказательств приобретения ее честным путем, а впоследствии обнаружится, что это не так, это не только репутацию де Хейвна пустит коту под хвост, не так ли? Когда в деле замешаны деньги, люди всегда верят самому худшему.

Калеб ничего не ответил, медленно переваривая полученную информацию. И хотя утверждения Перла казались ему отвратительными, в них несомненно содержалась доля истины. Ему было неприятно даже думать о том, что репутация его покойного друга может рассыпаться в прах, но сам Калеб уж точно не собирался идти на дно вместе с ней.

– Хорошо, я, наверное, займусь просмотром личных бумаг Джонатана. – Он понимал, что Оливер и остальные уже осмотрели дом, но они не искали документы на владение книгами из коллекции.

– Сегодня займетесь?