Деликатесы Декстера - Джеффри Линдсей

И все-таки мне удалось избавиться от скотча на запястьях. В конце концов, я находился посреди толпы полицейских, и не могли же они, поклявшиеся защищать закон, оставить меня связанным, как будто я какой-нибудь… Впрочем, строго говоря, я действительно какой-нибудь, но ведь я искренне пытался не быть таковым. И поскольку они не знали всей правды, я мог позволить себе надеяться, что рано или поздно кто-то сжалится и развяжет мне руки. Этим кем-то оказался детектив Уимс — гигант из полиции племени. Он подошел ко мне, посмотрел на мои страдания с очень широкой улыбкой на очень широком лице и покачал головой.

— Почему ты стоишь тут с перемотанными скотчем руками? — поинтересовался он. — Тебя больше никто не любит?

— Думаю, просто не я в данный момент являюсь объектом первостепенной важности, — ответил я, — комары, впрочем, так не считают.

Он расхохотался высоким и не в меру веселым смехом, смеялся несколько секунд — слишком долго, на взгляд человека, руки которого связаны скотчем. Я как раз собрался сказать ему что-нибудь резкое, но он вытащил из кармана огромный складной нож и раскрыл его.

— Ну что, хочешь снова убивать мух? — спросил он и сделал ножом жест, означавший, что мне надо повернуться.

Я рад был повиноваться, и он тут же приложил лезвие к скотчу. Нож, по всей видимости, был очень острым — я не почувствовал никакого давления. Скотч разлетелся на части. Я вернул руки в естественное положение и отодрал с них остатки ленты. Вместе с ней я отодрал и большую часть волос с запястий, но, поскольку первым же ударом убил у себя на шее шесть комаров, жалеть об этом не приходилось.

— Спасибо большое, — поблагодарил я Уимса.

— Не за что, — ответил он. — Нехорошо так связывать людей.

Он рассмеялся собственной шутке, а я улыбнулся ему одной из своих лучших фальшивых улыбок в благодарность за его доброту.

— Именно так, — сказал я, — очень смешно.

Возможно, мои слова оказались недостаточно изящны, но я действительно был ему благодарен; к тому же моя голова болела слишком сильно, чтобы произвести на свет нечто лучшее.

Впрочем, это не имело значения, поскольку Уимс уже потерял ко мне интерес. Он застыл без движения с лицом, поднятым вверх, и полуприкрытыми глазами, будто прислушивался к голосу, зовущему его откуда-то издалека.

— Что случилось? — спросил я.

Он ответил не сразу.

— Дым, — произнес он, покачав головой, — кто-то жжет там костер без разрешения. — Он дернул подбородком в сторону самого сердца Эверглейдс. — Очень плохо в это время года.

Я не смог учуять ничего, кроме обычного для Эверглейдс запаха влажной земли, а еще пота и намека на запах пороха, который все еще висел в воздухе, но, разумеется, я не собирался спорить со своим спасителем. В любом случае мне пришлось бы общаться с его спиной, так как он уже развернулся и направился прочь с поляны. Я проводил его взглядом, растирая запястья и верша свою жуткую месть комарам.

Больше вокруг трейлера смотреть было не на что. Копы уже отводили людоедов прочь, к ужасам предварительного заключения. Лично я надеялся, что эти ужасы окажутся достаточно кошмарными. Спецназовцы стояли группой вокруг одного из своих — вероятно, того, кто отстрелил Кукарову лицо. У него был вид человека, у которого падает уровень адреналина в крови и наступает шок от осознания содеянного. Его коллеги заботливо наблюдали за ним.

В любом случае пришла пора Декстеру двигать отсюда. Но моя проблема заключалась в отсутствии собственного транспорта. Надежда на доброту незнакомцев — весьма зыбкая вещь, надежда на помощь семьи зачастую оборачивается еще худшими последствиями, но в данный момент это было оптимальным вариантом, и я пошел искать Дебору.

Моя сестра обнаружилась на переднем сиденье своей машины. Она пыталась окружить Саманту Альдовар сочувствием и заботой, но у нее получалось плохо. Эта задача была бы сложной для Деборы даже в том случае, если бы Саманта согласилась ей подыграть, но она, естественно, не желала этого делать. События неумолимо приближались к тупику.

— Не буду я в полном порядке, — как раз говорила Саманта. — Зачем вы продолжаете мне это твердить, будто я умственно отсталая?

— Ты пережила большое потрясение, Саманта, — сказала Деб. Она явно пыталась выразить сочувствие и успокоить ее, но я почти слышал кавычки в начале и конце предложения: казалось, будто она читала выдержки из «Руководства по оказанию помощи спасенным заложникам». — Но теперь все закончилось.

— А я не хочу, чтобы это заканчивалось, черт бы вас побрал.

Я сел в машину и закрыл дверь, Саманта повернулась ко мне.

— Ты скотина, — поприветствовала она меня.

— Я ничего не сделал, — ответил я.

— Ты приволок их сюда. Ты все это подстроил.

Я покачал головой:

— Нет. Понятия не имею, как они нас нашли.

— Ну конечно, — ехидно протянула она.

— И вправду, — повернулся я к Деб, — как вы нас нашли?

Дебора пожала плечами.

— Чатски приехал составить мне компанию, пока я наблюдала за клубом. Когда приехал фургон из химчистки, он прикрепил на него маячок.