Вне морали - Брайан Фриман

– Не помню! – бросила Салли.

Ей хотелось пить. Она облизнула пересохшие губы. Салли чувствовала, что допрос скоро прекратится, и вновь приняла прежнюю вызывающую позу. Выпрямилась, ее глаза засверкали. Ответы стали резче, агрессивнее.

– Ваша спальня находится на первом этаже? – спросил Гейл.

– Да.

– Если бы вам потребовалось улизнуть из дома, вы могли бы легко это сделать, не так ли?

– Да, но я этого не делала.

– И вы не ходили к дому Рейчел, чтобы поговорить с ней?

– Возражаю! – Дэн поднялся. – На этот вопрос свидетельница уже давала ответ.

– Поддерживаю, – кивнула судья Кассель.

Гейл решил зайти иначе.

– Ну, хорошо. Давай с этим заканчивать, Салли. Так вы говорите, что в тот вечер вернулись домой и Рейчел больше не видели?

Дэн не успел выскочить со своим возражением.

Салли, широко раскрыв глаза от удивления, выпалила:

– Нет, конечно!

Несколько присяжных, чуя неладное, подались вперед. Дэн подозрительно смотрел на Салли, затем повернулся к Страйду. Взгляд у него был вопросительный и враждебный одновременно.

Страйд наклонился к Мэгги, увидел, что ее обычно медового цвета кожа побелела.

– Ты можешь мне объяснить, к чему этот гад клонит? Чего он к ней прицепился?

– Мне кажется, что сейчас ты меня убьешь.

– По какому поводу? Объясни немедленно.

– Одежда, – прошептала Мэгги. – Он не зря спрашивал ее, в чем она была одета.

По залу пополз взволнованный шумок, судья Кассель ударила молотком по столу, и в наступившей тишине прозвучал вопрос Гейла, заданный тихим бесцветным тоном:

– Салли, скажите нам, пожалуйста, почему так получается – вы утверждаете, будто с половины десятого вечера находились дома, и в то же время вас видели на улице, недалеко от дома Рейчел, в начале одиннадцатого?

Судье Кассель пришлось несколько раз бить молотком по столу, чтобы погасить вторую волну шума, начавшую катиться по залу.

– Нет, я не была там, – залепетала Салли.

Гейл расстроенно вздохнул. Вытащив из кипы бумаг на столе какой-то документ, он приблизился к свидетельскому креслу.

– Салли, вот свидетельские показания миссис Клары Дьюк, которая живет в квартале от дома Рейчел. Они даны в ночь, когда Рейчел исчезла. Прочтите, пожалуйста, абзац, обведенный маркером.

Салли взяла бумагу так, словно она горела – кончиками пальцев, за два верхних краешка и стала читать. Ее голоса почти не было слышно:

– «В свете фонаря я увидела девушку. Она появилась возле моего дома в начале одиннадцатого. Шла она с таким видом, будто что-то искала. Нет, не та девушка, что пропала. У этой пушистые каштановые волосы, одета в джинсы и красную куртку».

– Это были вы? – спросил Гейл, принимая документ из рук Салли.

– Нет, не я, – забормотала она.

– Вот мерзавка. Как же мы ее пропустили? – прошептал и Страйд, поворачиваясь к Мэгги.

– Мы искали тех, кто видел Рейчел, а не других девушек.

Гейл недоверчиво покачал головой:

– Вы хотите сказать, что кто-то в такой одежде, как у вас и с такими же волосами, прогуливался возле дома Рейчел в ночь ее исчезновения, спустя всего полчаса, после того как она унижала вас в парке?

Салли сжалась в комочек, повторила:

– Нет, не я.

– Салли, что вы лжете! – крикнул Гейл.

– Возражаю, – прохрипел Дэн.

– Поддерживаю. – Судья Кассель хлопнула молотком.

Гейл и не думал заканчивать допрос, он только начал входить в раж.

– Мне придется пригласить в качестве свидетельницы миссис Дьюк. Как вы думаете, узнает она вас?

– Протестую. Это лишь предположение.

– Поддерживаю.

Но Гейл добился цели, зародил у присяжных сомнение.

– О чем вы говорили с Рейчел? Требовали, чтобы она оставила Кевина в покое?

– Я не беседовала с ней.

– Что вы ей сказали, когда она открыла? Где находились ключи от машины? Как обычно, у двери? Вы поехали покататься?

– Нет! – воскликнула Салли.

– Салли, вас видели рядом с ее домом, это факт. Хватит отпираться, расскажите нам всю правду. В последний раз спрашиваю – зачем вы ходили к Рейчел?

– Возражаю, – повторил Дэн. – Ваша честь, защита давит на свидетеля.

Но судья Кассель его не слышала. Она, как и все в зале, смотрела на Салли.

– Отклоняется! – бросила она Дэну.

Тот недовольно опустился в свое кресло.

– Свидетельница, отвечайте, – велела судья Салли.

Девушка взглянула на судью, затем на Гейла. Тяжело сглотнув, она провела дрожащими пальцами по волосам, нечаянно сняв с них брошь, провертела ее в руках. Она вдруг зашмыгала носом, едва не заплакав. Вздохнув, она произнесла то, что от нее все ждали:

– Да, я ходила к Рейчел.

По залу прокатился вздох облегчения, а потом опять поднялся шум, но судья Кассель уже была наготове со своим молотком.

– Но я не убивала ее! Я не убивала!

– Салли, вы только и делаете, что лжете. Почему я должен вам верить?

– Прошу права задать вопросы свидетельнице! – закричал Дэн. Ему не оставалось ничего, как перехватить инициативу. Нельзя было давать возможность додумывать о том, что случилось дальше. Правду из Салли должен выбить он, Дэн, а не кто-либо другой.

– Салли, так что вы делали тем вечером? – произнес он.

Девушка охотно заговорила:

– Я была в бешенстве. Из-за Рейчел. Когда родители легли, я тихо вышла из своей спальни и отправилась к ней. Она поступила жестоко, заигрывала с Кевином, а сама к нему ничего не чувствовала. Я это видела. Потому я и отправилась к ней, хотела сказать, что она поступает отвратительно.

– И что дальше? – спросил Дэн.

– Когда я приблизилась к дому Рейчел, ее машина уже стояла там. Я поняла, что она приехала.

– Как вы поступили?

– Я подошла к двери. Хотела объясниться с Рейчел.

– И вы объяснилась?

– Нет. – Салли покачала головой.

– Почему? Ее уже не было дома?

– Нет, я подняла руку, чтобы позвонить, но не позвонила.

– Почему?

Салли бросила на Гейла победный взгляд:

– Потому что я услышала в доме голоса. Там кто-то ругался. Потом раздался визг Рейчел, а за ним голос мистера Стоунера. Я его сразу узнала. По-моему, они там здорово сцепились. Я немного постояла у двери и ушла.