Похищенный - Бернардин Кеннеди

Ему снова виделся слепящий скрипучий песок, который проникал всюду, попадая в рот, нос, глаза и отделаться от которого не представлялось никакой возможности. Брэд как будто заново ощущал запах горящей нефти и видел неизменный отвратительный черный дым, назойливо въедающийся в легкие. Что уж говорить о таких ужасах войны, как свист ракет и грохот разрывающихся снарядов. Иногда атаки начинались без всякого предупреждения. Но страшнее всего, конечно, были мертвые и умирающие люди, искалеченные и истекающие кровью. Перед мысленным взором Брэда снова и снова проходила вереница обреченных мужчин, женщин, детей… Он видел их так же отчетливо, как если бы смотрел кинофильм с соответствующими спецэффектами и «озвучкой».

Пьяный или одурманенный наркотиками, он уже не видел этих ярких картинок, но зато в те редкие паузы, когда Брэд находился в трезвом уме, воспоминания терзали его своей реальностью. Кроме того, его мучили и физические недуги, которые он успел там заработать.

Брэд был демобилизован с почестями, как герой, но болезни остались. Возможно, к простым физическим болям и истощению в его случае приплюсовывался еще и так называемый «синдром „Бури в пустыне“».

Брэд сам толком не понимал, что с ним происходит. Он знал только то, что, отправляясь воевать, он был молодым и здоровым мужчиной и имел очаровательную жену и двух милых дочурок. А всего через несколько месяцев он стал настоящей развалиной. Но и этого оказалось мало. Вернувшись домой, он узнал, что все то время, пока он рисковал своей жизнью, его жена спала с его лучшим другом. А окончательно добило Брэда признание супруги в том, что дочерей она тоже родила не от него. К сожалению, она говорила правду, и ее слова подтвердили соответствующие анализы на ДНК.

Итак, выходило, что последние двенадцать лет Брэд существовал неизвестно ради чего и кого. Теперь он мог «похвастаться» лишь все ухудшающимся здоровьем, кучкой старого тряпья да помятой семейной фотографией, которую прихватил с собой, собираясь на войну.

Но теперь оказалось, что кому-то до него все-таки есть дело. На свете существовал человек, для которого судьба Брэда не стала безразличной. И за это участие, за сочувствие к себе он должен был ответить тем же.

— Подождите! — крикнул он вслед, удаляющейся Кей. — Остановитесь на секундочку! Я хочу вас кое о чем попросить.

Кей застыла на месте, немного поколебалась, но потом все же решила вернуться к Брэду.

— Послушайте, может быть, у вашего мужа найдется какая-нибудь старая одежда, которая подошла бы мне? Ну, там, потертые джинсы, свитера, да все, что угодно… Я не хочу показаться вам попрошайкой, но дело в том, что, мне кажется, я смогу помочь Джесс.

— Я, конечно, отношусь к вашему предложению с уважением, но как же вы можете помочь ей?

— Я был морским пехотинцем.

— И что из этого следует?

— Тот, кто служил в морской пехоте, обладает особым состоянием духа. — Брэд заметил, что Кей не понимает, к чему он клонит, поэтому быстро добавил: — Я сейчас поясню вам свою мысль.

Они снова устроились на скамейке, и Брэд достал сигарету из пачки, которую купила ему Кей. Затем он чиркнул спичкой об асфальт и закурил, с удовольствием выпуская изо рта колечки голубоватого дыма. Правда, в следующую секунду он согнулся пополам и зашелся хриплым кашлем.

— Вам надо бросать курить.

— Вы считаете, что это от сигарет?

Он взглянул на нее своими светло-голубыми глазами, и в этот момент Кей смогла рассмотреть в них то же, что удалось Джессике. Она разглядела его измученную и исстрадавшуюся душу.

— Хорошо, я вас поняла. — Она улыбнулась. — Ну а теперь расскажите мне, как вы собираетесь помочь Джесс.

Кей не заметила, как пролетело время, пока рядом со скамейкой не возник Райан:

— С тобой все в порядке? Я уже стал волноваться. Куда ты запропастилась? — Он переводил взгляд с жены на бродягу, явно не понимая, что тут происходит.

— Все хорошо, Райан. Кстати, познакомься. Это Брэд. Он хочет помочь нам решить проблему Джессики. Но сначала нужно подобрать ему какую-нибудь одежду. Да, и прежде всего, его требуется немедленно отправить под душ!

Впервые за долгие годы Брэд увидел, что где-то вдали, в черном тоннеле отчаяния, для него замерцал огонек надежды.