Исчезнувшие - Анжела Марсонс

– Постучи еще раз, Брайант, – велела Ким, отходя назад. Окно по другую сторону двери тоже оказалось непроницаемым.

Стоун посмотрела на Брайанта, и они вместе перевели взгляд на машину.

– Пойду обойду вокруг. А ты попробуй вон тот дом, – сказала Ким и кивнула на соседний участок.

– Командир…

– И не спорь, Брайант, – простонала инспектор.

Участок вокруг дома оказался ничем не занят. Изгородь из поленьев, поднимавшаяся на фут от земли, обозначала границу между ним и левым участком.

В заднюю дверь была вставлена панель из волнистого стекла. Сквозь нее Ким смогла рассмотреть какие-то силуэты, но не больше того. А вот окно было ничем не завешено и выходило на небольшую веселенькую кухню.

Ким почувствовала, как ее охватывает разочарование.

– Ну давай же, Элоиза. Где, черт возьми, ты прячешься?

– Командир, соседи последний раз видели ее вчера, во второй половине дня. Она шла с двумя большими пакетами из «Алди»^[62].

– Загляни в это окно. – Ким сделала шаг назад. Может быть, его рост позволит ему разглядеть еще что-то?

Брайант заглянул и осмотрел интерьер. Он уже начал было отрицательно качать головой, но внезапно остановился. Чуть сменив позу, прижался лицом к стеклу.

– Подожди-ка, это похоже…

– На что? – спросила Ким.

Он подозвал ее к себе.

– Я сейчас подниму тебя. Прижмись лицом к стеклу и посмотри в дальний левый угол.

Ким оглянулась вокруг в поисках чего-нибудь, на что она могла бы встать, но ничего не нашла.

– Давай, – согласилась она.

Брайант обхватил ее бедра и поднял таким образом, что ее голова оказалась на добрых двенадцать дюймов выше его собственной. Ким посмотрела, куда он велел ей, и увидела часть кресла-качалки. Над спинкой виднелось что-то серое.

– Опускай, – велела Ким. Затем направилась прямо к двери и громко забарабанила в нее. – Следи – вдруг она пошевелится.

Она опять застучала в стеклянную дверь.

Брайант покачал головой.

– Ладно, тогда мы войдем сами, – сказала Стоун, оглядываясь в поисках чего-то тяжелого.

– Подожди, командир, – сказал Брайант, доставая из кармана носовой платок.

Он попробовал ручку входной двери, которая легко открылась.

Сержант бросил взгляд на Ким. По его физиономии было видно, как он доволен собой.

– Только без комментариев, – попросила Стоун, проходя мимо него.

В три шага женщина пересекла крохотную кухню. Кресло-качалка располагалось возле круглого столика, на котором стояла кружка с чем-то холодным и лежала книга «Гордость и предубеждение»^[63]. Рядом с кружкой возвышалась ваза с разноцветными кристаллами.

Ким обошла кресло и встала перед ним. Глаза женщины были закрыты, а рот слегка приоткрыт.

Ее тело не выглядело слишком полным, хотя на ней был толстый кардиган. Ноги были прикрыты шалью. Ким легонько дотронулась до нее.

– Элоиза, – позвала она.

Тишина.

Ким потрясла женщину сильнее и позвала громче, но ее голова просто склонилась набок.

– Она не спит, командир, – подал голос Брайант, стоявший у нее за спиной.

– Проклятие. – Ким отступила на шаг.

– Выглядит все достаточно мирно, – заметил сержант, наклоняя голову. – Вполне возможно, удар во сне или что-то в этом роде.

– Мне надо было ее выслушать. – Стоун покачала головой. – Кому бы это помешало?

Она отошла в сторону и глубоко вздохнула. Всего пару дней назад эта женщина пыталась ей что-то сообщить, а она упрямо отказалась ее выслушать.

– Надо вызвать «Скорую», – сказала инспектор Брайанту, поворачиваясь к телу. Сержант полез за телефоном.

Ким смотрела на бедную старуху, лежавшую перед ней, которая умерла в полном одиночестве. Судя по полкам шкафов, можно было предположить, что книги были ее единственными компаньонами. Элоиза явно тяготела к классике – Ким заметила Толстого, несколько романов Джейн Остин и Полное собрание сочинений Диккенса. Подоконник украшала фотография двух собак, но в доме их присутствие никак не ощущалось.

– Кажется, она была совсем…

Тут Ким замолчала, глядя на сцену перед собой. Что-то в ней было не так.

Брайант закончил говорить по телефону. «Скорая» уже выехала.

– Подойди и встань здесь. – Стоун кивком указала ему место.

Сержант повиновался.

– Тебе ничего не кажется странным?

Брайант осмотрел всю фигуру от курчавой макушки до цветных шлепанцев, которые высовывались из-под шали.

– На мой взгляд, все вполне пристойно и уютно. – Он покачал головой.

– Вот именно, – согласилась Ким, делая шаг вперед. Она осмотрела женщину сначала справа, а потом слева. – Ты посмотри на шаль, Брайант. Она закрывает ее руки.

Сержант посмотрел на руки, скрытые материей. Он вопросительно взглянул на Ким, а потом вновь перевел глаза на руки старухи.

– Не понимаю, что…

И тут замолчал, поняв, что имеет в виду Ким.

– Черт, ну да, теперь я вижу. Выглядит так, как будто ее укутали.

Стоун тоже так показалось. Женщина была сначала накрыта шалью, концы которой были потом заправлены под ее бедра с обеих сторон. Конечно, она сама могла так заправить материю, а потом спрятать под нее руки, но это казалось маловероятным, принимая во внимание наличие кружки, из которой она пила, и книжки, которую читала.

Ким подошла и встала так, что ее ноги были по обеим сторонам от ног Элоизы. После этого оперлась о подлокотники кресла и наклонилась совсем близко к лицу умершей.

– Черт возьми, – произнесла она, заметив пятнышко на губе женщины. – Брайант, у нее на губе синяя нитка.

Шаль была сине-красного цвета.

Ким протянула руку и медленно потянула женщину за нижнюю губу.

– Господи боже! – воскликнула она, отскакивая назад.

– Черт побери, командир…

Стоун быстро оправилась от шока. Мысли путались у нее в голове. Она опять вытянула руку, двумя пальцами дотронулась до мягких тканей шеи и, озадаченная, повернулась к своему напарнику.

– Брайант, пусть «Скорая» поторопится. Наша жертва еще жива.

Сержант заколебался было, но вновь взялся за телефон.

– Элоиза, если вы меня слышите, все будет хорошо. «Скорая» на подходе, и мы вас не оставим.