Незнакомец - Шарлотта Линк

Последнюю фразу он прокричал.

И тут же заметил, как в глазах Ребекки промелькнула догадка. И ужас.

8

Голос Агнеты звучал иначе, чем обычно. Более лихорадочно и нервно. Едва она поприветствовала Клару, как та поняла: что-то произошло.

— Ты читала эту статью в газете? — тут же спросила Агнета без какого-либо вступления. — Эту, о пожилой супружеской паре, которую зверски убили в их собственном доме?

Клара читала об этом, но лишь вскользь. В отличие от многих других людей, она не очень любила подобные истории и не испытывала ни малейшей тяги к сенсациям. Подобные вещи вызывали у нее лишь ужас. Она даже криминальные фильмы по телевизору не смотрела, настолько тяжело ей было переносить насилие и преступления.

Ей внезапно стало плохо. Сообщение о супружеской паре было сегодня утром на первой полосе газеты с жирным красным заголовком: "Жестокое убийство беспомощной супружеской пары пенсионеров!" Клара не хотела знать подробности, но ее взгляд ухватил пару кусочков текста. Судя по всему, речь шла об особо отвратительном и жестоком преступлении, которое вызывало у каждого, кто с ним соприкоснулся, ужас и потрясение. Если Агнета звонила по такому поводу, это не могло означать ничего хорошего.

— Не говори, что они получали такие же письма, как и мы, — произнесла Клара, заметив, что у нее при этом дрожит голос. Может быть, ей все-таки следовало повнимательнее прочитать ту статью?

— Нет. То есть я не знаю, но я бы этого не исключила, — сказала Агнета. — Мне только что позвонила Сабрина Бальдини.

— И?..

— Она знает этих людей. Не близко, но… Тебе о чем-нибудь говорит их фамилия? Леновски?

В голове Клары зазвонили колокола. Леновски.

"Я не хочу ничего знать. Прошло столько времени. Я никогда больше не желаю иметь с этим дела!"

— Я знаю эту фамилию, — сказала она, и ее дыхание стало тяжелым.

— Ну, так слушай, — продолжила ее бывшая коллега. — Сабрина очень быстро сообразила, о ком речь. Фамилию она сразу же узнала, а после того, как последние два часа наводила справки, она абсолютно уверена: эта супружеская пара, Грета и Фред Леновски, получили восемнадцать лет назад приемного ребенка. От учреждения по вопросам детей и подростков. Так сказать, от нас.

"О, пожалуйста, нет!"

— Приемного ребенка, — повторила Клара, чтобы что-то сказать.

— Они подавали ходатайство, — продолжала Агнета. — Очень состоятельные люди; Фред — известный адвокат, вращавшийся в кругах деятелей политики и экономики. Они не могли иметь собственных детей, а усыновлять ребенка по каким-то причинам боялись. Так вот, ты же знаешь, как нам всегда позарез требовалось найти приемные семьи. И эти люди показались нам подходящими.

— А приемный… ребенок в газете упоминается? — спросила Клара. — Я имею в виду, есть ли какая-то связь между тем ребенком и… убийством?

Краем глаза она покосилась на плетеную корзину в углу, в которую складывала прочитанные газеты, прежде чем отнести их в контейнер для макулатуры. Сегодняшняя газета лежала на самом верху. Надо будет ее достать. Клара ужасно боялась того, что прочитает в ней.

— Ребенку сейчас должно быть больше двадцати, и вероятно, у него нет контакта с приемными родителями, — объяснила Агнета. — Во всяком случае, в газете сказано, что у Леновски нет детей и что полиция безуспешно ищет хоть каких-нибудь родственников. Приемный ребенок не упоминается — да и с какой стати, ведь о его существовании нет сведений ни в семейной книге, ни в других документах. Сабрина собирается сейчас проинформировать полицию.

— Конечно. Ей нужно это сделать. Сабрина считает, что…

— Что?

— Что они были… ребенок… я имею в виду, этот теперь уже молодой человек или девушка…

— Мужчина, — сказала Агнета, — мы тогда пытались устроить маленького мальчика. Ты имеешь в виду, связан ли он как-то с этим преступлением?

— Но почему он должен был это сделать? — спросила Клара.

Она не могла больше выкручиваться.

— Сабрина помнит, что из-за этого ребенка были проблемы. Дело в том, что он обратился в учреждение по делам детей и подростков, прожив где-то года четыре у Леновски. Он просил помощи. Говорил, что с ним жестоко обращались, и хотел во что бы то ни стало уйти от приемных родителей.

В голове Клары что-то взорвалось. Этот случай так ясно предстал перед ней, словно не прошло и дня с того момента, когда в учреждении обсуждали вопрос о том мальчике.

— Мариус, — произнесла она. — Его звали Мариус.

— Ты была тогда… — осторожно начала Агнета.

— Я была ответственной. Но я…

— Тебе дали указания сверху не беспокоиться об этом деле. Что его решат на уровне руководителей социального отдела.

— Верно. Я… у меня были связаны руки… — У Клары закружилась голова. Она почувствовала, что ее дыхание стало совсем частым.

— Сабрина работала тогда в "Детском крике". Она обслуживала телефон доверия. Маленький Мариус обращался и туда. Правда, только через год. Ему было тогда одиннадцать.

Клара не ответила. Она придвинула к себе стул и села. Ее ноги были слишком слабы, чтобы удержать ее.

— Сабрина тоже обратилась в учреждение по делам детей и подростков, — продолжала ее бывшая коллега. — Но там ей объяснили, что это дело было проверено и выяснилось, что обвинения ребенка против его приемных родителей не подтвердились. Сабрина успокоилась. Я хочу сказать, все мы знаем, что такое бывает, когда дети утверждают, что с ними жестоко обращаются, но на самом деле ничего такого нет.

— Но я не проверяла…

— Тебе не показалось это странным? Что окружение бургомистра вдруг стало заниматься вопросом, который входил в твою компетенцию?

Клара попыталась сделать глубокий вдох. Ее сердце колотилось с бешеной скоростью.

Она увидела перед собой саму себя — Клару, жившую в то время. Очень юную и очень активную. Ей тогда сразу же стало ясно, что что-то не в порядке. Она знала Фреда Леновски, и он ей не нравился. Она никогда не отдала бы ему ребенка. Но и это было решено на другом уровне.

— Я не определяла Мариуса в семью Леновски, — сказала она, — я получила указание сверху сделать это. Леновски и бургомистр были близкими друзьями. Через него Фред и ходатайствовал о ребенке. Что же мне было делать?

— Ты могла бы… — Агнета запнулась. Слишком легко было так много лет спустя судить о тогда еще очень молодой Кларе.

— Я боялась, — тихо произнесла ее собеседница, — я не хотела неприятностей. Я потом… придумала себе отговорку. Я подумала, что бургомистр, наверное, всегда вхож в дом Леновски. И он наверняка сам убедился, есть ли что-то правдоподобное в высказываниях мальчика. Разве кто-нибудь оставит в беде ребенка, с которым жестоко обращаются?