Файлы фараонов - Джон Джойс

Джессика никогда особенно не любила оперу. Но даже она не могла не признать: в сегодняшнем представлении что-то такое было. Возможно, это объяснялось новизной ощущения умиротворенности и покоя, сменивших чудовищное напряжение последних дней. Возможно, причина крылась в нескольких коктейлях и восхищенных взглядах, которые бросали на нее мужчины. Одним словом, Джессика наслаждалась. Прикрыв глаза, она впитывала в себя чарующую мелодию.

«Я это заслужила, — мелькнула мысль. — Я тоже имею право почувствовать себя человеком».

Со сцены звучала ария героини. Зал с благоговением внимал мощному крещендо; прозрачную гармонию голоса и музыки не нарушал ни единый шорох…

Бип-бип-бип! Бип-бип-бип! Бип-бип-бип!

Взяв верхнее до, божественный голос дрогнул и сорвался.

Джессика похолодела. Она же отключила эту чертову машину! Отключила!

К ложе «РКГ» начали поворачиваться зрители. Джессика поймала негодующий взгляд певицы. Послышался стук дирижерской палочки.

Подхватив сумочку, красная от стыда Джессика поднялась и покинула ложу, бросившись в фойе. Прозвучавшая за ее спиной скрипка заставила смолкнуть возмущенные шепотки зала.

— Будь ты проклят! — пробормотала Джессика, раскрывая «Смартмэйт».

Ну конечно: питание отключено! Внезапно экран вспыхнул голубым, на нем появилось знакомое ненавистное лицо.

Как же все-таки Тео удалось с такой точностью передать ее черты?

— Мисс Райт? Надеюсь, я не очень вам помешала? Я не стала бы игнорировать узел питания, если бы не вопрос чрезвычайной важности. С вами будет говорить председатель.

Злость не позволила Джессике ответить. Она уже собиралась швырнуть «Смартмэйт» в ближайшую корзину для мусора, когда услышала голос Гилкренски:

— Джесс? У тебя есть сорок пять минут, чтобы подергать нужные ниточки. Сегодня вечером была предпринята вторая попытка нападения, и власти намерены выдворить меня из страны.

— Что я должна сделать, Тео?

— В Египте у нас солидный пакет инвестиций: промышленные предприятия, производство продуктов питания, отели, да ты и сама знаешь. В прошлом нам приходилось ублажать местных чиновников, вспомни их имена. Нужно будет — вежливо пригрози. Я должен остаться здесь еще хотя бы на двадцать четыре часа.

— Зачем, Тео? Ведь можно установить телемост. Если ситуация обострилась, выбирайся оттуда немедленно!

— Нет, Джесс. Все слишком серьезно.

— Свяжи меня с майором Кроуи.

— У нас нет времени. Менее чем через час за мной прилетит вертолет.

— А заседание совета директоров? Без тебя оно превратится в балаган!

— Посмотрим, Джесс. Выполни мою просьбу, пожалуйста!

— На заседании решается все, Тео, тут телемостом не обойтись. Роберт Файнс уверяет членов правления, что ты просто валяешь дурака. Если тебя здесь не будет, он продаст свою долю Фунакоси и японцы победят!

— Джесс, всего двадцать четыре часа! Я прошу тебя как друга!

Джессика заколебалась.

— С расследованием это не связано, правда, Тео?

— Правда, Джесс. Это личная проблема.

— Личная? И настолько важная, что ты готов пожертвовать ради нее заседанием совета директоров?

На мгновение Гилкренски задумался.

— Джесс, сколько времени мы знаем друг друга, а?

— Годы, Тео, долгие годы.

— Ради нашей дружбы я прошу тебя помочь мне. Речь идет о жизни и смерти. Все объясню по возвращении.

— Попытаюсь, но не жди чуда.

— Спасибо, Джесс.

Джессика глубоко вздохнула, нажала кнопку питания и набрала на «Смартмэйте» знакомое сочетание клавиш.

У Тони Делгадо было такое выражение лица, будто он только что вышел из душа.

— Тони, вопрос не терпит отлагательства. Свяжись с офисом, пусть подготовят справку о всех наших инвестициях в Египте, а в кабинете Кроуи найдут материалы по тем каирским чиновникам, что получали от нас деньги. Меня интересуют самые высокопоставленные. Увидимся через полчаса.

— Будет сделано, Джесс.

Избавившись от грима, Юкико подошла к шкафу, достала сумку со своим особым снаряжением и начала одеваться.

Они совершили ошибку в самом начале, когда решили привлечь к операции исламистов. Юкико и сейчас не доверяла эль-Файки. Не стоило дяде нанимать кучку религиозных фанатиков для столь серьезного дела. Теперь, увидев, к чему это привело, он внес в планы существенные изменения. Юкико получила свободу действовать по собственному усмотрению и могла на практике применить то, чему два года училась в Киото.

Сейчас охрана Гилкренски не ожидает нового покушения, тем более с той стороны, откуда будет нанесен удар.

Юкико растерла вокруг глаз матовый черный крем, набросила на голову капюшон, прикоснулась к кожаному мешочку, где лежали смертоносные сурикэн, дымовые и ослепляющие шашки. На спине, под поясом, скрывался короткий меч в ножнах — его легко можно было достать правой рукой. Затем она выключила в комнате свет, отдернула штору и распахнула окно. В случае удачи Гилкренски окажется в номере один. За мгновение до смерти всесильный магнат узнает, почему он должен умереть.

— Это самая фантастическая теория из всех, что мне приходилось слышать, — сказал профессор эль-Файки. — По сравнению с ней летающие тарелки — детский лепет.

— Но как еще можно объяснить случившееся? — спросил Гилкренски. — Почему исчез Билл Маккарти, откуда взялись кусочки алюминия и модель самолета?

— Думаю, американский профессор все еще в пирамиде. Пропал он несколько часов назад. В гробнице полно потайных уголков, в какой-то при поисках просто не заглянули. Что касается алюминия… Видимо, в конце концов мы не были первыми, кто попал в крипту. Кто-то это сделал до нас.

— А модель?

— Археологи и раньше находили немало предметов, похожих на летательные аппараты. Подобия космических кораблей изображены на каменных стелах инков. Обломок бальсы может оказаться чем-то вроде обычного флюгера.

— Но его пропорции!

— Совпадение. Великая пирамида — всего лишь царское захоронение, видеть в ней машину времени — это уж слишком!

— Подождите, профессор! Вы говорили, что зодчий Имхотеп обладал тайными знаниями. Еще до сооружения пирамиды Хеопса в Гизе он построил другие гробницы. Не думаете ли вы, что он экспериментировал с неизвестными силами?

— Нет. Вряд ли фараон позволял ему тратить немыслимые ресурсы на какие-то эксперименты. Идея захоронения, по-моему, более разумна.

— Не уверена, — сказала Мария. — Мост Эйнштейна — Розена возникает лишь при наличии двух черных дыр. Имхотеп должен был знать, что для транспортировки души фараона в жизнь после смерти, в будущее, необходима вечная структура — поскольку машина времени функционирует только до тех пор, пока стоит пирамида с криптой.