Не бойся Жнеца - Стивен Грэм Джонс

Но так не должно быть.

Джейд упирает головку баллончика в левую ладонь, и белая трубочка трескается. Не давая аэрозолю вырваться наружу, она швыряет банку в сполох пламени; оно шипит и плюется по дуге, и когда кажется, что очередной длинный пас улетел в аут и горючие привидения вот-вот поглотят красного солдатика, огненная линия, будто струя мочи, тянется обратно к банке. Банка взрывается, озаряя все в радиусе взрыва.

«Нет, – говорит себе Джейд, – эта огненная струя не такая, какую оставляет за собой писающая собака в четвертом «Кошмаре», когда земля над Фредди раскрывается и позволяет ему вернуться в мир. Скорее бензовоз, который убивает симпатичного паренька в следующем «Кошмаре».

Но ждать, когда пламя разгорится, у нее нет времени.

– Идем. – Она подсаживается под Лету и ведет ее сквозь леденящий ветер. – Когда в такую передрягу мы попали в прошлый раз, меня вытягивала ты, – говорит Джейд, пыхтя от натуги. – Так что мы квиты.

Правой рукой Лета опирается на Джейд, а левая вышла из строя, поэтому захлопнуть челюсть ей нечем.

– Не беспокойся, – говорит Джейд Лете. – Он оттуда сразу не выкарабкается.

– Б-б-б… – пытается выговорить Лета, но, чтобы произнести этот звук, губы должны смыкаться.

Нет, в ближайшем будущем Лета вряд ли что-то произнесет. Когда кричишь предсмертным криком, как она, и после этого не умираешь, восстанавливать голос придется месяц, а то и два. Джейд это хорошо знает.

Но, черт возьми, что за девушка!

Она не убегала от Мрачного Мельника, так? Была готова сделать то, на что до нее никто не решался: дать ему бой и утащить с собой в могилу. А все ее оружие – ножичек из «Семейного доллара», который она вытащила из собственного плеча.

И что? Джейд сразу увидела это в Лете Мондрагон почти пять лет назад, когда Лета вышла из кабинки и встала около раковины туалета рядом со спортзалом.

Сказать, что Джейд была восхищена, значит не сказать ничего.

– Слушай, – говорит она, подлаживаясь под рукой Леты, которая, кажется, пытается дернуть Джейд за волосы, – ты, как никто, меня поймешь. Я сюда приехала не затем, чтобы умереть, верно?

В ответ из глаз Леты струятся слезы.

Джейд, как может, вытирает их рукавом куртки, потом тянет Лету вперед.

– «Я сюда не помирать приехал», Алекс, – бормочет она, стиснув зубы, потому что идет за двоих. – Две тысячи десятый год.

Через два шага они валятся в снег.

Еще через две минуты они с черепашьей скоростью двигаются вперед на трех ногах, нацелившись на старый дом Леты, пожить в котором ей так и не удалось.

– Элис, Элис Купер, – говорит Джейд Лете.

Лета ошалелыми глазами смотрит на Джейд. Кроме глаз, разговаривать ей нечем.

– Он написал песню для шестой серии про Джейсона, – говорит Джейд. – И он же был в шестой серии «Кошмара».

Лета смотрит вперед, возможно, ждет, когда сквозь буран проявятся очертания ее дома.

– Но ты это и так знала, – добавляет Джейд. – Любой ребенок знает, так?

Она вытирает слезы с правой щеки Леты. Остальная часть лица уже заиндевела: слезы, которые Лета не успела вытереть, замерзли.

– Гребаный декабрь, – говорит она, глядя на эту катавасию. – Подождал бы до июля, как подобает порядочному слэшеру.

Через три минуты они у задней двери дома Мондрагонов.

Но Джейд отказывается от соблазнительного тепла кухни и идет за дом, где стоит снегоход.

Она усаживает Лету сзади, все время ее поддерживая, потом устраивается перед ней, кладет руки Леты себе на талию.

Только…

– Блин, – говорит Джейд.

Она осторожно поворачивается, чтобы отстегнуть с куртки Леты ключ, но… его там нет?

Лета тоже оглядывает себя, немножко оседает. Из левого уголка широко раскрытого рта сочится кровь, и Джейд машинально хочет ее утереть, но тут же понимает: тогда Лета наверняка увидит красное на руке Джейд.

Придется оставить как есть.

Пусть сохнет.

Джейд проверяет карманы Леты, потом свои, но знает, что это безнадежно: когда она выталкивала Лету из рушащегося дома, а сверху сыпались доски и штукатурка, одна из них, наверное, наступила на спиральный кабель ключа и похоронила его вместе с Мрачным Мельником.

Либо так, либо Мрачный Мельник крюком утащил его за собой вниз.

– Блин, – повторяет Джейд жестче.

«Что?» – спрашивает Лета глазами.

– Надо идти, – отвечает Джейд и поднимается на длинном сиденье снегохода, стараясь не заехать каблуком Лете по подбородку.

Лета с трудом, но поднимается.

Джейд приставляет ее к дому, возвращается к снегоходу, отстегивает от пояса длинный синий молоток. Кровь и волосы на нем так и остались.

Она замахивается им, как топориком, и с размаху лупит по снегоходу, снова и снова.

Она успокаивается, когда все декоративные элементы отбиты, рычаги управления согнуты. Сиденье она надорвала раздвоенным концом молотка, хотя этого можно было и не делать.

Лета кладет руку на плечо Джейд, коротко качает головой: хватит.

Она права.

Джейд всего лишь тормозит приход Мрачного Мельника. Остановить его невозможно. Не пустить в Пруфрок – тоже.

Разве рваное сиденье оскорбит его и помешает привести снегоход в движение? Разве переход через озеро – такая проблема, что он заляжет в чьей-то спальне или подвале, чтобы переждать буран? Скорее, он найдет какую-нибудь пещеру или выгребную яму. Пещеры и выгребные ямы, как лежбище, подходят слэшеру лучше, чем старые дома.

В одном из них, фантазирует Джейд, под лужайкой, наверное, покоятся хрупкие кости Коди и Разных Перчаток, а заодно и целого стада лосей.

Мрачный Мельник будет там, как дома.

Как сказал Брэд Питт в фильме «Семь»: читаешь себе «Оружие и боеприпасы», а сам мастурбируешь, сидя в собственных фекалиях.

– Да, красота. – Джейд запускает тяжелый молоток под узенькую лямку лыжных штанов, отчего ткань вдоль бедра рвется.

Бывает.

Она выдергивает молоток, сует его под лямку на другой стороне, но ткань из-за этого рвется дальше.

Она смотрит на Лету в поисках сочувствия, чтобы хоть кто-то увидел, какие муки выпали на ее долю, но Лета поднимает здоровую руку и указывает в сторону дома.

– Нет, нам надо… – Джейд оглядывается, ищет глазами высокую, темную и омерзительную форму, которая вот-вот появится в снежном вихре.

Лета все равно показывает на дом.

– Хорошо, хорошо. – Джейд подтягивает штаны и через упавшую дверь снова заходит внутрь.

Через девяносто секунд она выходит в форменном окружном комбинезоне.

Старый, заношенный, самое то для механика. «В таком, – не без восторга думает она, – ходил Майкл». Джейд подбрасывает молоток, ловит его точным движением и рукояткой вниз сует в петлю на бедре.

А пошли вы все.

Она протягивает руку Лете,