Дитя - Фиона Бартон

– Как вы чудесно выглядите! – восхитилась Кейт.

– Просто немного подкрасилась помадой. Сразу поднимает настроение, верно? – сказала мисс Уолкер, явно польщенная похвалой.

– Я теперь почти что и не крашусь, – призналась Кейт. – Возни с этим много, а все равно никто не замечает. Доходишь до какого-то возраста и – пфф! Ты уже невидима. Люди уже смотрят сквозь тебя и, когда начинаешь говорить, вздрагивают от изумления. У меня все подружки уже такое заметили.

– Ну, с вашим лицом много что можно сделать, – молвила мисс Уолкер и, протянув руку, отвела назад непослушные волосы Кейт. – У вас красивые скулы, а избавить вас от этих ужасных мешков под глазами для меня – что глазом моргнуть.

Женщины переглянулись.

– Сейчас принесу свой волшебный ларчик, – сказала Барбара и скрылась в прихожей.

«Ларчик» оказался довольно большим и видавшим виды. За годы путешествий его розовая виниловая крышка изрядно поблекла.

– Ну, садитесь сюда, к свету лампы, – велела мисс Уолкер. – Дайте-ка я хорошенько взгляну…

Она взяла в руки спонжи – которые выглядели так, будто какую-то теледиву постоянно подкрашивали оранжевым – и принялась легонько похлопывать ими по лицу гостьи. Запах у них был несвежий, но Кейт старалась этого не замечать.

– Ну вот, а теперь посмотрите-ка вверх, пока я подведу глаза, – сказала мисс Уолкер, еще ближе наклоняясь к Кейт. Голос хозяйки стал увереннее и в какой-то степени даже моложе. – У вас красивые глаза, Кейт. Вам надо выделять их больше. А теперь зажмурьтесь…

Кейт сделала, как было велено, и попыталась насладиться тем, как ее холят и нежат.

– Как насчет румян? Думаю, чуточку не повредит. Всем нам надо, чтобы на щеках были розы, верно?

– Господи, а помните, как в семидесятых мы накладывали румяна полосками? – засмеялась Кейт. – И выглядели все как ирокезы!

Барбара тоже рассмеялась.

– Ну что, мне очень нравится, что получилось! – наконец сказала она. – Глаза словно в дымке, эффектные губы. И притом выглядит все это совершенно естественно.

– Держу пари, вы мужчин сражали наповал, – улыбнулась Кейт. – Как хотелось бы увидеть ваше фото той поры!

Мисс Уолкер чуть поколебалась, держа в руке кисточку для губ.

– Ну, думаю, у меня где-то они есть. А пока я хожу, промокните губы этим вот платочком.

Она вернулась с целым ворохом черно-белых студийных снимков.

– О боже! Да вы тут просто сногсшибательны! – поразилась Кейт, совершенно искренне впечатленная увиденным. И вдруг осеклась, как будто онемев.

– Я многим тогда вскружила голову, – скромно призналась Барбара.

Кейт не ответила, не в силах вымолвить ни слова. Она не отрываясь глядела на глянцевые фотографии Барбары. Это была одна из тех женщин с безжизненными глазами на поляроидных снимках Аль Соэмса. Кейт узнала эти изящные дуги бровей, эти волосы. Она глотнула еще «Чинзано», не представляя, что делать и что сказать. Нельзя же так просто взять это и выдать! А Барбара-то сама об этом знает?

Между тем хозяйка весело болтала о днях своей «модельной» юности, посмеиваясь над отдельными воспоминаниями.

– Да, мужчины, должно быть, так и валились к вашим ногам! – сказала наконец Кейт, поддерживая беседу в прежнем русле. – Так бы хотелось позаимствовать у вас один из снимков – показать фотографу, с которым я работаю. Представляю, как он был бы впечатлен! А кто явился вашей самой именитой победой? Мик Джаггер?

– Да бросьте! – весело усмехнулась Барбара. – Я совсем не из его лиги. Можете взять один, если хотите.

– А вы в ту пору тоже здесь жили, Барбара? – спросила Кейт.

– Да, в доме 63. Я ж вам вроде в прошлый раз говорила. Снимала там комнату с общим санузлом. Отличное жилье было, просторное. Там еще жила моя подруга по работе, Джуд.

– Ясно. А кто еще? Мужчин там, что ли, не было? В смысле, в вашем доме?

– Ну, Джуд не особо-то озабочивалась насчет мужчин – слишком много с ними заморочек, говорила она. У Джуд была работа, была дочь, так что ей находилось чем себя занять. Пока не появился Уилл… – И Барбара снова примолкла.

– Кто? – подалась вперед Кейт.

– Уилл Бернсайд, – сказала хозяйка с неожиданной ожесточенностью в голосе.

– А кто он был такой? – спросила Кейт. – Вам он, похоже, не нравился?

– Нет. Это был страшный человек.

– Страшный? А в чем это проявлялось?

– Он был совсем не таким, как представлялся. Я его сразу невзлюбила. А Джуд как раз наоборот. Она была полностью на нем помешана. Впрочем, я скоро оттуда съехала. Нашла другое жилье, сменила работу. Начала новую жизнь.

– А дом 63 тоже принадлежал Аль Соэмсу? – уточнила Кейт.

И Барбара Уолкер закрыла глаза. Впечатление было такое, будто она вообще отключилась. Кейт, встревожась, подвинулась к ней ближе и коснулась ее руки, словно напоминая, что она еще здесь, и глаза у пожилой женщины открылись.

– Вы в порядке, Барбара?

Мисс Уолкер слабо улыбнулась сквозь слезы.

– Простите, милая. Воспоминания нахлынули, только и всего. Они, сами знаете, порой застают нас врасплох.

– Но вам как будто не по себе, Барбара.

– Так оно и есть, – дрожащим голосом ответила мисс Уолкер. – Видите ли, люди бывают совсем не такими, какими кажутся. Вы можете встретить их на улице или на вечеринке, и они вроде бы с виду как обычные люди, но это не так. Порой они оказываются совсем иными.

– Что вы имеете в виду, Барбара? – спросила Кейт.

Еще минуту назад она потягивала выдохшийся «Чинзано» с лимонадом, а теперь едва не выслушивала доверительное признание. Вот тебе и туфли на платформе! Воистину, журналистика – совершенно непредсказуемое ремесло.

Мисс Уолкер некоторое время молчала. Кейт терпеливо ждала.

– Так, просто сказала, – ответила Барбара, беря на колени Коротыша.

– Но вы явно чем-то сильно расстроены. Мне кажется, вы говорите о каком-то конкретном человеке. Верно, Барбара? Может, вам стало бы легче, если бы вы с кем-нибудь этим поделились?

«Со мной! Поделитесь со мной!» – взмолилась про себя Кейт, скрестив и пальцы, и ноги.

Мисс Уолкер снова закрыла глаза… но тут же, вздрогнув, их открыла, услышав резкий дребезжащий звук вагнеровского «Полета валькирий».

– Господи, это мой телефон… – сказала Кейт, отчаянно роясь в бездонной яме своей сумки. – Я очень извиняюсь, Барбара.

Шесть гудков понадобилось, чтобы отыскать мобильник, шесть раз отыграли первые звуки бурной мелодии – и уже не было ни шанса на доверительную близость.

– Привет, Мик, – смогла наконец ответить Кейт. – Я сейчас немного занята.