Смертельные тайны  - Роберт Брындза

Эрика, Мосс, Питерсон и Макгорри смотрели, как Эльзу и Чарльза помещают в две разные полицейские машины. Эльза сидела с прямой спиной, гордо поднятой головой и смотрела вперед. Чарльз же плакал, уронив голову. Соседи вышли из домов к воротам, кто-то выглядывал из-за тюлевых занавесок.

– Могли ли они себе представить, что живут по соседству с убийцей и преступницей времен нацистской Германии? – сказал Макгорри.

– Они были бы в шоке, я уверена. Одевалась она очень респектабельно, под такой оболочкой легко прятать грехи, – ответила Мосс.

Эрика улыбнулась.

– Что теперь с ней станет? – спросил Макгорри.

– Даже учитывая ее преклонный возраст, мы будем настаивать на суде по делу об убийстве Мариссы, – сказала Эрика. – А Чарльз будет проходить как соучастник. А вот с остальными обвинениями не знаю, что будет. Как будут судить военные преступления? Я бы хотела, чтобы она пожила подольше и успела заплатить за все, что совершила во время войны.

– Будем надеяться, она сгниет в тюрьме, – сказал Питерсон.

К дому подъехал черный фургон, из него вышли криминалисты и направились в дом. Эрика достала сигарету и закурила. Питерсон бросил взгляд на Мосс.

– Джон, пойдем. Сходим за кофе, – обратилась она к Макгорри.

– Я сегодня уже две чашки выпил, – простодушно ответил тот, но Мосс многозначительно взглянула на него, и он последовал за ней к воротам.

Переминаясь с ноги на ногу, Питерсон смотрел на Эрику.

– Ты в порядке? – спросила она.

– В смысле?

– После того, что сказала тебе Эльза.

– К расизму невозможно привыкнуть. Он сопровождает меня всегда, каждый день, в том или ином виде…

Эрика кивнула. Казалось, она не знает, что сказать.

– Хотел поговорить с тобой кое о чем. Не о работе.

– О чем?

– Мне нужно было сразу же сказать тебе про Кайла и Фрэн. Пытался тогда, в кафе, но струсил.

– После всех этих открытий тот факт, что ты внезапно стал отцом, уже даже не шокирует.

– Как скажешь…

– Не могу сказать, что сильно рада за тебя, Джеймс, но постепенно я к этому приду.

– Хорошо.

– Ты всегда хотел детей, а тут все сложилось так удачно, что ты проскочил этап с памперсами.

Он покачал головой.

– Извини, это я что-то не то ляпнула.

– Ничего. Я понимаю тебя, – улыбнулся он. – Значит, между нами все нормально? Или хотя бы может быть нормально?

– Да, может, – ответила Эрика.

Она обрадовалась, что у него зазвонил телефон и он дал понять, что должен взять трубку.

– Тогда встретимся позже вместе со всеми в кафе?

Эрика кивнула, а Питерсон сделал несколько шагов и взял трубку, широко улыбаясь.

* * *

Она стояла у ворот и курила. На нее нахлынуло чувство облегчения и даже эйфории от того, что она закрыла дело. Эрика потеряла счет времени. Когда, очнувшись, она посмотрела себе под ноги, на асфальте лежало четыре окурка.

– Да и ладно, – сказала она самой себе. – Не каждый же день с утра ловишь убийцу и военного преступника.

Она достала пачку сигарет и зажгла еще одну. Из дома вышел криминалист и подошел к ней.

– Прошу прощения, мы только что обнаружили плащ, в котором, скорее всего, было совершено убийство. Он был под досками пола. И противогаз. Оба предмета – в засохшей крови.

– Подойду через секунду.

Он вернулся в дом, и Эрика еще несколько минут наслаждалась успехом. Где-то на дереве пела птица, и она подняла голову в небо, прислушиваясь к негромкому пению. Сделав одну затяжку, она затушила сигарету о собственную подошву и вернула в пачку.

Теперь она готова была идти в дом.