Белые тела - Джейн Робинс

Следующим вечером я иду на Керзон-стрит, не предупредив заранее о своем визите. Моя голова забита информацией с controllingmen.com, и я хочу увидеть, как Феликс ведет себя с Тильдой, когда это не запланированное событие, потому что теперь я думаю, что все наши встречи – вечер с кино, прогулка по реке, поездка на спорткаре – все было рассчитано, это были сюжеты, где Феликс мог сыграть роль заботливого и романтичного героя. В моей голове тревожным колокольчиком звенит комментарий с сайта: «На людях мой муж ведет себя как Прекрасный принц, весь такой любящий и заботливый. Когда мы наедине, он холоден, бьет меня, но никогда – по лицу. Только так, чтобы синяки были незаметны».

Сейчас я взяла на себя роль следователя и, возможно, спасателя, поэтому я нервничаю, когда стою на тротуаре перед дверью и нажимаю на кнопку звонка. Двадцать секунд тишины – и я разворачиваюсь, чтобы идти домой, если честно, чувствуя облегчение, что мне не придется проходить через это. Я могу пойти домой и поужинать кисло-сладкой курочкой. Но через трещание домофона я слышу сильно искаженный голос Тильды, недружелюбное «кто там?».

– Это я. Калли… Могу я войти?

– Что? Что ты здесь делаешь?..

Я собираюсь выдумать какую-нибудь отговорку, но она говорит:

– О, ладно…

И впускает меня внутрь.

Когда я поворачиваю за угол, поднимаясь по лестнице к квартире, то вижу Феликса в проеме входной двери, он одет в повседневную одежду: серая футболка и темные джинсы, но и это почему-то выглядит элегантно и хорошо сочетается – напоминает опрятных американцев, которые выступают на TED talks^[4]. Он встречает меня безупречной белоснежной улыбкой и быстрым объятием, которое в обычное время я охарактеризовала бы как теплое и дружелюбное.

– Заходи… Что случилось, Калли? Такой неожиданный сюрприз.

– О, я принесла Тильде книгу. – Я копаюсь в сумке в поисках книги, которую взяла для прикрытия. – «Американский психопат», – говорю я.

Он буквально взрывается от смеха. Вот правда.

– Безумный выбор! – говорит он добродушно, пока я оцениваю его поведение. Я бы сказала, что он на удивление расслаблен, – думала, он среагирует на это с хотя бы небольшим подозрением или неодобрением.

– Да я шучу… Вот что у меня. – Смеюсь вместе с ним и показываю ему книгу, это скандинавский триллер, который я сейчас читаю, – «Художник».

– Где Тильда? – Я внезапно отмечаю, что это странно: она ответила на домофон, но не встречает меня.

– Принимает душ, – говорит Феликс, глядя на закрытую дверь. – Она ненадолго, я уверен… Хочешь чего-нибудь? Бокал вина? Я присоединюсь.

– Хорошо.

Смотрю, как он открывает кухонный шкаф, обнаружив, что вместо мешанины не сочетающихся между собой разношерстных стаканов там стоит ряд из четырех бокалов на тонкой ножке, изящных, точно маленькие балерины, застывшие в па. Но не аккуратность настораживает меня, а то, что их всего лишь четыре. Очевидно, что Феликс не планирует собирать большие компании в этой квартире.

Мы садимся рядом. Он занимает довольно много пространства, его большая ступня лежит на колене, рука легла вдоль спинки дивана, а я приняла строгий вид, сижу с прямой спиной в углу, бокал с вином слегка дрожит в руке. Тишина, повисшая на мгновение, намекает, что единственный вариант, который у меня есть до тех пор, пока не придет Тильда, – это светская беседа ни о чем. Я не хочу бросать ему вызов, пока ее нет.

– Много дел на работе? – спрашиваю.

– Просто ужас… – Он отвечает так, как будто его это скорее забавляет, чем напрягает. – А у тебя?

– Знаешь… В книжном магазине никогда не бывает такой уж суеты. На прошлой неделе моя начальница пролила кофе на клиента. Это самое ужасное, что в принципе может случиться.