Мания - Крэйг Ларсен

– Понял, – откликнулся один из колов.

Патрульный посмотрел на небо.

– Поторопился бы ты, Мерф. Через пару минут опять дождь пойдет.

Коп скрылся в переулочке позади здания, и Ник услышал эхо его шагов и скрип металлических ворот в решетчатом заборе.

Через пару мгновений раздалось шипение в рации. Старший патрульный проверил оружие и вместе с еще одним копом направился к облупившейся двери на втором этаже. Четвертый остался на улице. Ник быстро сфотографировал двух полицейских, входящих в здание.

Они были друг от друга футах в двадцати, так что Ника не удивило, когда оставшийся коп обратился к нему:

– Вы из газеты?

– Из «Телеграф», – ответил Ник.

– Пал на вас жребий, да?

Ник пожал плечами.

– Рутинная облава, – поделился коп. – Мы не ожидаем никаких неприятностей.

– Вы нечасто закрываете подобные места.

Полицейский пожал плечами.

– Да, нечасто, – согласился он.

– И чем же вас заинтересовало это место?

– Говорят, тут работают несовершеннолетние девчонки.

Коп покачал головой.

Ник кивнул, вспомнив, что Дейли сказала ему по телефону то же самое: «Говорят, что они нелегально ввозят сюда молоденьких девчонок из Китая». Лора произнесла эти слова странным тоном, совершенно равнодушно, как будто такое происходит каждый день. Ее спокойствие удивило Ника, и он запомнил эти слова.

Сверху послышался какой-то визг. Коп, повернув голову, посмотрел на занавешенные окна.

– Наверное, одна из девчонок. Судя по всему, они застукали ее прямо во время сеанса. – Он подмигнул Нику. – Ничего, скоро все это закончится.

Через пять минут обшарпанная дверь распахнулась, и Ник поднес фотоаппарат к глазам. Первой на улицу вышла старая китаянка в халате и шлепанцах с наручниками на запястьях. За ней шел старший патрульный.

– Поднимись-ка сюда, Горос, – сказал он. – Помоги мне с этим.

Коп поднялся по лестнице, а командир вернулся в здание, чтобы вывести следующую арестованную – одну из проституток. Ник щелкнул фотоаппаратом, когда она спустилась на улицу. Несовершеннолетней ее назвать было никак нельзя – низенькая и толстая женщина в узких черных брюках, обтягивавших жирные ноги, и розовой рубашке в горошек. Спускаясь по лестнице, она наклонила голову и закрыла лицо руками, вероятно, от стыда. За ней вышли еще четыре женщины, все азиатки. Ни одна из них не была привлекательна, и, как и первые две, они были уже немолоды.

За проститутками вышли три клиента, и Ник сфотографировал каждого из них. Первый оказался неуклюжим юношей с прыщавым лицом, второй – высокий мужчина в клетчатой рубашке и джинсах – чем-то напоминал строителя, наконец третий был одет в дешевую синюю спортивную куртку и не подходящие к его наряду брюки цвета хаки. Это был коренастый мужчина с усами и густой курчавой шевелюрой. Его вывел последний коп. Заметив золотой отблеск, Ник навел камеру на тяжелое обручальное кольцо на толстом пальце третьего арестованного и сделал снимок.

Командир отряда что-то сказал в рацию, и к массажному кабинету подъехал белый фургон, Ник сфотографировал полицейских, усаживающих проституток и их клиентов в автомобиль. Коп оказался прав, это обычная облава. Здесь не было ничего особо зрелищного, но Нику показалось, что он сумел передать мрачную атмосферу, которая понравится Дейли. Фургон повез арестованных в участок.

Уже собираясь спрятать фотоаппарат в сумку, Ник с изумлением заметил, что толстяк в синей спортивной куртке по-прежнему говорит с командиром патруля. «Почему его не арестовали, как всех остальных?» Он сфотографировал, как полицейский снимает наручники с толстяка, и направился в редакцию.

Сидя в напоминающей склеп комнате отдела новостей, Ник смотрел на экран своего компьютера. Здесь было полно репортеров. Все столы были заняты, и посыльные бегали в проходах между ними. Редакторы сгрудились вокруг макета выпуска, готовя тексты следующего номера. Сдав фотографии, сделанные во время облавы, Ник успел на вторую половину заседания редакции, но так и не начал заниматься новым заданием. Вместо этого он «прогуглил» имя Сары Гарланд и провел остаток дня, просматривая обнаруженные в Интернете фотографии.

– Какая красавица, – сказала Лора, наклоняясь через его плечо.

Ник не слышал, как главный редактор вошла в отдел новостей, и теперь, развернув кресло, уставился на высокую седую женщину. Несмотря на массивность и мужской наряд, Лора Дейли, несомненно, была очень женственной. Она управляла газетой, считая каждый грош, и требовала уважения от всех, начиная с редакторов и заканчивая клерками. При этом она редко повышала голос и не пыталась давить на сотрудников. Ее авторитет основывался на силе характера. Лора руководила всеми, потому что люди хотели следовать за ней.

Ник проследил за ее взглядом.

– Я с ней сегодня познакомился.

– Вот как? – Дейли повнимательнее присмотрелась к фотографии. – Какие у нее странные глаза! Она выглядит так, словно многое повидала в жизни.

– Как вы думаете, сколько она может зарабатывать, снимаясь в фильмах? – спросил Ник. – Эпизодические роли, я имею в виду. На телевидении. – Он вспомнил «Ролекс» из золота и платины у Сары на запястье.

Дейли задумалась.

– Понятия не имею. Впрочем, такие актрисы зарабатывают мало. Пару сотен долларов, может быть, тысячу за эпизод, если повезет. Я ее не узнаю, а ты?

– Нет. – Ник подумал, что запомнил бы ее, даже если бы увидел всего лишь в эпизодической роли. Она была настоящей красавицей. – Ее зовут Сара. Сара Гарланд.

– Гарланд?

Дейли тихонько присвистнула.

– Вы ее знаете?

– Я знаю ее отца. Ты на него работаешь.

Ник, опешив, уставился на свою начальницу.

– Джейсон Гэмлин – ее отчим. Она дочь Джиллиан. Теперь я вижу сходство. Она очень похожа на Джиллиан, как тебе кажется?

Ник пару раз видел Джейсона Гэмлина в редакции, но с его женой никогда не сталкивался.

– Я никогда не встречал Джиллиан.

– Ну так «прогугли». – Дейли хмыкнула. – Так что неважно, сколько эта девушка получает, работая актрисой.

– Она сказала, что живет с родителями в Бельвью.

– Да, это Гэмлины, – подтвердила Дейли. – У них дом на озере Вашингтон. Прямо на озере, с собственной пристанью. Эти места произвели бы впечатление даже на самого Джея Гэтсби.[1]

– Я сегодня с ней обедаю, – сказал Ник и тут же пожалел о том, что решил похвастаться.