Тихий омут - Найджел Маккрери

Он допустил ошибку, сказав одному коллеге во время расследования автомобильной аварии, случившейся недавно:

— Что последним мелькнуло у водителя в голове?

Тот человек просто тупо посмотрел на него.

— Осколки лобового стекла, — пробормотал он и ушел.

Следы расплавленной резины заканчивались в том месте, где начинался изгиб дороги. Каменный бордюр отделял бетон от неровной поверхности, покрытой листьями, крошечными резными папоротниками и кустами. Машина явно ударилась в бордюр боком, и удар подбросил ее в воздух, снова закрутив, на этот раз вокруг продольной оси. Так что когда машина врезалась в деревья, она почти наверняка уже была вверх колесами. Два ствола были расщеплены на высоте примерно десяти футов от земли. Машина — или то, что от нее осталось, — лежала под ними, смятая, словно обертка от шоколадки.

Еще одно заграждение было установлено ярдах в пятидесяти вниз по дороге. Возле него, рядом с полицейским «Пежо-406», раскрашенным желтыми и синими шашечками — полицейские по всей стране в шутку называли их «баттенбургскими цветами», — стояли санитарная машина, запыленный «мондео» и микроавтобус. На нем, похоже, приехала криминалистическая бригада. Два фельдшера болтали с полицейским в форме. Они свою работу сделали, если им вообще было что делать, кроме как констатировать, что водитель погиб на месте.

Прямо у дороги, в нескольких футах от останков машины, была установлена палатка. Стоящие за ней дуговые лампы заставляли ее светиться. Внутри по ее бокам плясали громадные тени людей: согнутые фигуры с огромными руками двигались вместе и порознь, словно в странном ритуальном танце.

Все это было очень знакомым и все же, после отхода от дел, каким-то чужим. Даже странным.

Он вынул из кармана пиджака мобильник и после минутного раздумья набрал номер, который, как он думал, ему не вспомнить.

— Полиция Эссекса, чем могу служить?

— Суперинтенданта Роуза, пожалуйста.

— Соединяю.

Через несколько секунд послышался новый голос:

— Кабинет начальника криминальной полиции главного суперинтенданта Роуза.

— Это главный детектив-инспектор Лэпсли. Можно поговорить с суперинтендантом?

— Он еще не приехал. Могу я спросить, о чем вы хотите поговорить?

— Как оказалось, меня вытащили из отпуска по приказу суперинтенданта. Хотелось бы знать почему.

Голос на другом конце линии стал на мгновение приглушенным, словно помощница Роуза прикрыла трубку рукой и спрашивала, что ответить. Через мгновение она снова была на проводе.

— Я могу попросить суперинтенданта перезвонить вам позже. У него есть ваш номер?

— Я бы не удивился, — раздраженно бросил Лэпсли и отключился.

Засунув мобильник в карман, Лэпсли подошел к палатке и отодвинул клапан входа. Внутри было достаточно просторно, чтобы вместить свадебный прием или конкурс овощеводов. Криминалистическая бригада — все в желтой спецодежде, — разделившись на две группы, занималась фотографированием и осмотром местности в поисках вешдоков. С ними была женщина. Она беседовала со всеми сразу. Волосы короткие, торчат в стороны; макияж подчеркивает остроту скул. Дыхание изо рта вылетало в холодный утренний воздух, словно сигаретный дым. Когда она увидела Лэпсли, то замолчала и направилась к нему.

— Детектив-сержант Брэдбери? — спросил он.

— Доброе утро, сэр, — ответила она.

Лимон, как и по мобильнику, но теперь с привкусом грейпфрута. Ее костюм явно сшит на заказ, но выглядел так, будто она в нем спала, когда ей позвонили.

— Простите, что пришлось так рано вытаскивать вас из кровати.

— Не проблема. Я даже рад снова оказаться в седле. Отпуск через какое-то время надоедает.

Брэдбери сгорала от желания спросить, почему его отправили в домашний отпуск — такой емкий термин означает, что кому-то платят, чтобы он сидел дома, но не уточняет почему, — но была или слишком вежливой, или слишком осторожной, чтобы попытаться. Чтобы заполнить паузу в разговоре и помня высказанное Брэдбери по телефону сожаление по поводу гибели классного авто, Лэпсли кивнул в сторону машины за палаткой.

— Жаль было услышать о вашей утрате, — пошутил он.

Она вздохнула:

— «Порше». Великолепный аппарат. Списан к чертовой матери. Вдребезги.

— Судя по следам, его понесло при входе в поворот. Удар о бордюр поднял машину в воздух, а удар о деревья добил окончательно.

— Думаю, все именно так и было. Ничто не указывает на участие другой машины. Разумеется, машину обследуют, но пока нет причин предполагать механическую неисправность. — Она печально покачала головой: — Некоторые люди просто не заслуживают хороших машин.

Лэпсли посмотрел туда, где двумя группками стояли члены криминалистической бригады.

— Что с водителем?

— Вылез через боковое окно и отполз в заросли. Там мы его и обнаружили.

— Он был мертв?

— Как дуврский палтус на доске у торговца рыбой.

— А что с ним было?

Эмма Брэдбери улыбнулась, показав мелкие белые зубы:

— Видимо, оказался самым крупным неудачником в истории. Даже на той скорости, с которой он ехал, ремень безопасности и подушка должны были спасти ему жизнь, но обломанная ветка дерева пробила окно со стороны водителя и проткнула ему шею. Он, пока полз, истек кровью. — Она указала на группку криминалистов слева: — Он там. Ждем, когда появится судебный врач. Она явно задерживается.

— Нам известно, кто водитель?

Эмма покопалась в карманах и вытащила прозрачный пакет для вешдоков с кошельком внутри.

— Имя — Сазэрлэнд. Наверняка бизнесмен. Лет сорок пять, живет сразу за Хелмсфордом. Похоже, мог возвращаться домой после поздней встречи или что-то в этом роде. Я послала известить его жену.

Поздняя встреча. Торопливый обед в «Литтл шеф» или в «Бифитер» перед долгой дорогой домой, когда слепят встречные фары. Лэпсли хорошо помнил это. Давным-давно кто-то, примостившись в домашнем халате у телевизора, ждал, когда он появится. Кто-то, кому было бы не все равно, если бы он попал в аварию. Давным-давно.

Он встряхнулся и огляделся:

— Если здесь не было другой машины, то кто позвонил в полицию?

Эмма усмехнулась:

— Какая-то парочка, припарковавшаяся неподалеку, чтобы поиграть в машине в кроликов, услышала удар и звук бьющегося стекла.

— Значит, земля действительно содрогнулась под ними, — тихо проговорил Лэпсли.

— Они подъехали, конечно, предварительно приведя в порядок одежду, и, увидев, что произошло, позвонили. Полицейские взяли у них показания и отпустили домой.

Лэпсли переключил внимание на другую группу криминалистов, сгрудившихся над чем-то, лежащим на земле.