Сумка с миллионами - Скотт Б. Смит

– Черт возьми, – медленно произнес Луи, запустил руку в мешок и осторожно пощупал содержимое, как будто оно было живым и могло укусить его.

– Что? – спросил Джекоб и медленно, с трудом преодолевая сугробы, подошел к Луи.

С довольно смешанным чувством я вспомнил о весе мешка и подумал, что в нем могло бы быть тело человека или его отдельные части.

– Это деньги, – сказал Луи, улыбаясь. – Смотри.

И Луи раскрыл мешок шире. Джекоб, заглянув в него, от удивления непроизвольно открыл рот. Я тоже заглянул внутрь мешка. Действительно, он был набит деньгами. Каждая пачка была аккуратно обвернута тонкими бумажными полосками.

– Купюры по сто долларов, – добавил Луи. Он достал одну пачку и поднес ее к лицу, словно хотел проверить ее на нюх.

– Не трогай, – сказал я. – Останутся твои отпечатки пальцев.

Луи недовольно взглянул на меня, положил пачку на место и надел перчатку.

– Как думаешь, сколько здесь? – спросил Джекоб.

Они оба смотрели на меня, надеясь на мои знания в области бухгалтерии.

– В каждой пачке по десять тысяч, – ответил я и посмотрел на мешок, пытаясь прикинуть, сколько пачек в нем может поместиться. – Думаю, здесь около трех миллионов долларов, – сказал я, практически наобум. Потом, немного подумав, я пришел к мысли, что этого просто не может быть. По крайней мере, я не мог поверить в это.

Луи достал другую пачку, на этот раз он был в перчатках.

– Не трогай, Луи, – повторил я, начиная злиться на этого болвана.

– Я же в перчатках.

– Полицейские будут снимать отпечатки с купюр, а ты можешь смазать те, что уже есть на них.

Луи нахмурился, но послушался меня и положил деньги обратно в мешок.

– Они настоящие? – поинтересовался Джекоб.

– Конечно, настоящие, – ответил Луи. – Что за глупый вопрос.

Джекоб не отреагировал на последнюю фразу друга.

– Как ты думаешь, это грязные деньги? Может, за наркотики? – спросил он меня.

Я пожал плечами.

– Они из банка, – сказал я и показал на мешок. – В банках деньги обычно упаковывают именно так. По сто купюр в каждой пачке.

В этот момент на другом конце поляны появился Мери Бет. Пес, перепрыгивая через сугробы, бежал к самолету. Он был явно не в самом лучшем настроении, как будто мы помешали его погоне за лисой.

Мы молча наблюдали за приближающимся псом, и никто не проронил ни слова по поводу довольно неожиданного возвращения собаки. Одна из ворон каркнула, как будто предупредила о чем-то. Этот резкий и звенящий на морозе звук на пару секунд как будто повис в воздухе.

– Этот парень, должно быть, ограбил банк, – произнес я.

Джекоб покачал головой и сказал:

– Три миллиона долларов!

Тем временем Мери Бет подбежал к самолету и остановился, виляя хвостом. Вид у пса был усталым и грустным. Джекоб присел на корточки и рассеянно похлопал питомца по голове.

– Ты, наверное, собираешься вернуть эти деньги, – спросил Луи.

Я удивленно посмотрел на него. До этого момента мне даже в голову не приходило, что у Луи могут быть совершенно другие мысли.

– А ты что, хочешь оставить их себе? – поинтересовался я.

Луи в поисках поддержки посмотрел на Джекоба, а потом снова перевел взгляд на меня.

– Почему бы нам не сделать так – каждый возьмет себе по пачке, то есть по десять тысяч долларов, а остальное вернем.

– Вообще-то это воровство.

Луи недовольно фыркнул:

– Воровство? У кого? Мы у него украдем? – сказав это, Луи махнул рукой в сторону самолета. – Да ему уже все равно.

– Здесь очень много денег, – возразил я. – Кто-то должен знать об этой пропаже, такого нельзя не заметить, и я уверен, что эти люди ищут свои деньги. Это я вам гарантирую.

– Хочешь сказать, ты меня сдашь, если я возьму немного денег? – спросил Луи, достал одну пачку из мешка и протянул ее мне.

– А мне и не придется этого делать. Тот, кто ищет эти деньги, прекрасно знает, сколько их в этом мешке. Если ты возьмешь часть денег, а потом начнешь расплачиваться в городе купюрами по сто долларов, уж поверь мне, этим людям не понадобится много времени, чтобы понять, что произошло.

Луи махнул рукой и улыбнулся Джекобу.

– Я лучше рискну.

Джекоб улыбнулся ему в ответ.

– Луи, не делайте глупостей, – сказал я уставшим и раздраженным голосом.

Луи, улыбаясь, положил пачку денег себе в куртку, потом достал вторую и протянул ее Джекобу. Джекоб взял деньги, но, казалось, был в некотором замешательстве и не понимал, что теперь с ними делать. Он все еще сидел на корточках, держа в одной руке ружье, а в другой – деньги, и молча смотрел на меня. Мери Бет катался в снегу у его ног.

– Я не думаю, что ты сдашь меня, – сказал Луи. – И я уверен, что ты не сдашь своего брата.

– Как только у меня в руках окажется телефон, твоя уверенность сразу исчезнет.

– И ты сдашь меня? – спросил он.

– Да запросто, вот так, – ответил я и попытался щелкнуть пальцами, но из-за перчаток щелчка не получилось.

– Но почему? Это же никому не повредит.

Джекоб по-прежнему стоял в недоумении, молча держа в руках пачку с деньгами.

– Положи их на место, Джекоб, – произнес я, но брат даже не пошевелился.

– Да что ты понимаешь? – тихо заметил Луи. – У тебя есть работа в продуктовом магазине, а у нас с Джекобом нет. Конечно, тебе эти деньги не так нужны, как нам. А нам они крайне необходимы.

Голос Луи странным образом изменился – он стал таким жалобным, что, признаться, слушая его, я почувствовал, что я обладаю какой-то силой. А вернее то, что от моего слова сейчас что-то зависело. Да, пожалуй, впервые за все время наших отношений у меня было право решающего голоса, я решал, что будет с деньгами.

Подумав об этом, я улыбнулся Луи:

– Если вы возьмете деньги, у меня тоже возникнут проблемы. И если вас поймают, то я буду соучастником.

Джекоб встал на пару секунд и, встряхнув ногами, снова присел на корточки.

– А почему бы нам не забрать все? – поинтересовался он, переводя взгляд то на меня, то на Луи.

– Все? – переспросил я. Эта идея показалась мне настолько нелепой, что я даже рассмеялся. Только вот от смеха рана на лбу сразу же напомнила о себе резкой болью. Я осторожно потрогал пальцем шишку. До сих пор рана немного кровоточила.

– Просто возьмем весь мешок, и все, – сказал Джекоб. – Оставим труп в самолете, ему ведь уже все равно ничем не помочь, и сделаем вид, что нас здесь не было.