Убийство в стиле action - Питер Джеймс

– Не думаю, – возразил Гленн. – Ее обнаружили в багажнике автомобиля со сломанной шеей. – Прочую информацию он решил придержать.

Клингеры явно не могли переварить услышанное. Наконец Стивен прервал молчание:

– Кто это сделал? Зачем? По-вашему, один и тот же человек убил Лоррейн и Джоанну?

– В данный момент мы не можем сказать наверняка. Хотя имеются некоторые совпадения.

– Кто… кто мог убить Джоанну… а потом и Лоррейн? – проговорила Сью, нервно крутя золотой браслет на запястье.

– Известно ли вам, что Джоанна Уилсон унаследовала от матери дом, который продала незадолго до смерти? – спросил Гленн. – Получив за него приблизительно сто семьдесят пять тысяч фунтов. Сейчас мы пытаемся выяснить, что стало с этими деньгами.

– Вероятно, пошли на оплату долгов Ронни, как только поступили на счет, – сказал Стивен. – Я любил дурака, только он вообще не умел распоряжаться деньгами, если вы понимаете, что я имею в виду. Постоянно что-то задумывал, проворачивал сделки, но все делал не так, как надо. Хотел играть по-крупному, не обладая необходимыми качествами.

– Ты несколько преувеличиваешь, Стив, – заметила Сью, посмотрев на мужа. – У Ронни бывали неплохие идеи. – Она постучала себе по лбу. – У него были изобретательные мозги. Однажды он придумал штуковину, которая не пропускает воздух в откупоренные винные бутылки. Уже собирался запатентовать, когда появился этот… как его… «Ваку-вин» и полностью завоевал рынок.

– Потому что «Ваку-вин» пластмассовый, – вставил Стивен. – А недоумок Ронни предлагал медный. Любой ему мог бы сказать, что металлы вступают в реакцию с вином.

– Ты тогда сам признавал идею хорошей, забыл?

– Да, только не стал бы вкладывать деньги ни в одно предприятие Ронни. До того дважды вкладывал и оба раза выбросил деньги в помойку. – Стивен пожал плечами. – Чтобы наладить дело, мало одной хорошей идеи. – Он посмотрел на часы и несколько заволновался.

– Мистер и миссис Клингер, – вступила в беседу Белла, – вам что-нибудь известно о весьма значительной сумме денег, полученной Лоррейн за несколько месяцев до предполагаемого самоубийства?

Сью лихорадочно затрясла головой:

– Не может быть. Я первая знала бы. Ронни оставил бедняжку в ужаснейшем положении. Она была вынуждена вернуться на службу. Не могла получить никакого кредита из-за возбужденных против Ронни судебных исков. Даже на машину не наскребла. Я сама однажды одолжила ей несколько сотен, чтоб она продержалась.

– Может быть, для вас будет сюрпризом, – подхватил Гленн, – что Ронни Уилсон застраховал свою жизнь в «Норвич юнион» и в марте 2002 года компания выплатила Лоррейн больше полутора миллионов фунтов.

Супруги снова были огорошены. Тогда сержант добавил:

– А в июле 2002-го миссис Уилсон получила почти два с половиной миллиона долларов из компенсационного фонда семьям погибших 11 сентября. По тогдашнему курсу около миллиона семисот пятидесяти тысяч фунтов.

Последовало долгое молчание.

– Не верится. Просто не верится… – Сью тряхнула головой. – Помню, после ее исчезновения полицейские, с которыми мы разговаривали, кажется, не совсем верили в самоубийство, в прыжок с парома… А почему – не объяснили. Может быть, знали что-то, чего мы не знали. Но мы со Стивеном, остальные друзья и знакомые были убеждены в ее смерти, и с тех пор никто из нас о ней не слышал.

– Если то, что вы сказали, правда… – Стивен Клингер прервался на полуслове.

– Она снимала деньги наличными, разными суммами, с момента их поступления до своего исчезновения в ноябре 2002-го. Забрала полностью, – сообщила Белла Мой.

– Наличными?.. – тупо повторил Стивен Клингер.

– Не знаете, может быть, Уилсонов или, скорее всего, Ронни кто-нибудь шантажировал? – спросил Гленн.

– Мы с Лоррейн были очень близки, – заявила Сью. – Думаю, мне она рассказала бы… смогла бы довериться…

Стивен Клингер вдруг ткнул пальцем в воздух:

– Вот что… может быть, Ронни ее научил… Он пристрастился к торговле марками.

– Марками? – переспросил Гленн. – Имеются в виду почтовые марки?

Стивен кивнул:

– Дорогие. Всегда покупал и продавал за наличные. Считал, что таким способом легче скрыться от налоговой службы.

– На три с лишним миллиона фунтов можно накупить чертовскую кучу марок, – заметила Белла.

Стивен покачал головой:

– Не обязательно. Помню, Ронни как-то открыл бумажник, показал мне одну марку, завернутую в папиросную бумагу, – одну марку, за которую заплатил пятьдесят тысяч. Сообщил, что нашел покупателя, который дает за нее шестьдесят. Впрочем, зная, какой он удачливый, возможно, в конце концов продал за сорок.

– Не знаете ли, где мистер Уилсон покупал и продавал марки?

– Он называл нескольких местных дилеров, с которыми заключал мелкие сделки. Знаю, что иногда бывал в магазинчике «Хоукс» на Куинс-роуд… в паре мест в Лондоне и в Нью-Йорке. Упоминал еще крупного дилера, заключавшего сделки из дома… забыл фамилию… прямо за углом на Дайк-роуд. Хоуксы наверняка его знают.

Гленн записал информацию.

– По словам Ронни, марочный рынок маленький. Когда совершаются крупные сделки, всем об этом известно. Если Лоррейн покупала марки на такую сумму, кто-нибудь обязательно вспомнит.

– И вероятно, вспомнит, если она их продавала, – заключила Белла.