Линия крови - Джеймс Роллинс

2 июля, 18 часов 39 минут

по восточному поясному времени

Чарльстон, Южная Каролина

Кэт переступила через порог.

Эми последовала за ней, стараясь держаться у нее за спиной. Секунду назад она кричала от страха и отвращения, но теперь молчала. Красные стальные двери закрылись за ними сами, с легким шипением сжатого воздуха.

Кэт не знала, когда обнаружат их исчезновение и сколько у них осталось времени.

Когда двери сомкнулись, освещение стало приглушенным и приобрело красноватый оттенок. Это напомнило Кэт времена, когда она служила на флоте, на разведывательной субмарине; именно при таком освещении работа приборов ночного видения становилась оптимальной. Или же здесь приглушенный свет был призван как-то притушить, смягчить вид всех этих ужасных предметов, что находились в помещении?

Впереди простирался широкий и длинный коридор, по обе его стороны тянулись ряды резервуаров, заполненных розоватой желатинообразной жидкостью. Прозрачные шторки не могли полностью скрыть того, что находилось в этих стальных емкостях. Кэт подошла и отдернула одну из штор.

— Не надо, — простонала Эми, крепко сжимая в руках дубинку, но все равно двинулась следом, лишь бы быть поближе к Кэт. И не ради защиты, а просто чтобы оставаться рядом с живым человеком среди всей этой бесчеловечности, творившейся в лаборатории.

Кэт заметила вывеску под потолком коридора.

ЛАБОРАТОРИЯ

ОПЛОДОТВОРЕНИЯ/ИНКУБАЦИИ

А за стеклом находилась плоть, служившая этим целям.

В густой полупрозрачной жидкости плавала обнаженная женщина. Желатиновая среда защищала ее от пролежней и обеспечивала увлажнение тканей. Живот у нее был разбухший, пупок резко выступал, как бывает прямо перед родами. Груди обвисли — им не дано было подпитывать новую жизнь, растущую внутри этого тела. Голова женщины была резко откинута назад, шея опиралась об изогнутый край емкости, глаза закрыты; создавалось такое впечатление, словно она собирается вымыть волосы шампунем. Вот только никаких волос не было. Лысый череп поблескивал в слабом свете, и на нем были видны защитые надрезы, подсоединенные к коже электроды с проводками. В рот и нос вставлены какие-то трубочки, и от них тоже тянулись проводки — очевидно, к приборам, следившим за вентиляцией легких и подачей искусственного питания.

— Что это они с ней сделали? — в ужасе прошептала Эми.

Кэт смотрела на длинный ряд резервуаров, где плавали в густой жидкости другие женщины, примерно в таких же мучительно застывших позах, все на разных сроках беременности. И она поняла смысл происходящего. Всех этих несчастных превратили не более чем в мозговые стволы, имевшие лишь одну функцию.

— Они превратили их в безмозглые человеческие инкубаторы, — пробормотала Кэт, дрожа от бессильной ярости и печали.

А потом тихо ахнула. И, не мигая, продолжала смотреть на застывших в емкостях женщин.

Так вот где я должна была оказаться.

На лице Эми отражалось отвращение.

Кэт приказала себе не думать о том, что может стать одной из этих жертв. Она была не в силах даже сравнить с этим кошмаром простые чудеса и радости своей беременности и материнства, счастье вынашивания в чреве крохотных жизней. В голове не укладывалось. От охватившего ее ужаса можно избавиться, вспомнив первые крики своих малышей, вспомнив сладостное прикосновение крохотного ротка к набухшему соску, хватку маленьких пальчиков, такую на удивление крепкую и требовательную.

Она представила другие четыре корпуса клиники, представила уровень проводимых там исследований, тончайшие операции по удалению яйцеклетки и методологию криоконсервации спермы, инновационные разработки в области оплодотворения in vitro, самые современные достижения в создании культуры для развития и переноса эмбрионов. Здесь работали многие выдающиеся специалисты и ученые, в том числе генетики со всего мира. Многие ли из них знали, что позаимствовали из их исследований эти чудовища, что просочилось, точно токсичные отходы, сюда, в это ядовитое озеро издевательств над человеческим существом? Вряд ли. Возможно, никто не знал.

И Кэт отвернулась от резервуара, понимая, что получила лишь половину ответов на свои вопросы. Теперь она знала, где искать остальные.

— Пошли, — сказала она, чувствуя, что времени у них в обрез, и вернулась к центральному проходу между рядами.

В дальнем конце коридора Кэтрин заметила застекленные двери кабинетов и направилась прямо туда. Шла она быстро, Эми едва поспевала за ней. По пути Кэт перебирала в уме различные способы выбраться отсюда. Вряд ли в лаборатории есть запасная дверь или черный ход, ведь то, что здесь творилось, держали в строжайшей тайне. Единственный способ уйти — это все те же двойные красные металлические двери, через которые они попали сюда. Но за ними уже наверняка поджидают вооруженные охранники.

Торопливо шагая по коридору, она озиралась по сторонам в надежде отыскать хоть какое-то оружие или способ выбраться.

И, как выяснилось, занималась этим не одна.

— Дениз!.. — тихо ахнула за спиной Эми.

Не оборачиваясь, Кэт схватила Эми за руку и притянула к себе прежде, чем молодая женщина метнулась в сторону, к одному из резервуаров. Теперь Эми знала, какая печальная участь постигла ее сестру.

— Это не она, — сказала Кэт и еще ближе притянула к себе Эми. — Это всего лишь оболочка. Шелуха. Твоя сестра умерла, едва переступив порог этого… заведения.