Тварь - Питер Бенчли

— Всего одну. Маленький кусочек может наделать больших дел. Но, Вип... я никогда еще этого не делал. Я читал об этом, но я никогда не делал на практике.

— Я тоже никогда не гонялся за десятитонными кальмарами, — ответил Дарлинг.

* * *

— Это не похоже на бомбу, — заметил Шарп, когда они закончили. — Больше смахивает на дешевый фейерверк.

— Или на розыгрыш в представлении мясника, — сказал Дарлинг. — Думаешь, это сработает?

— Должно сработать.

— Одно утешение, Маркус: если не сработает, то не останется никого, чтобы выругать тебя.

Они смешали газолин и мыльный порошок в густую пасту, которую прижали, как комок резины, к концу «Семтекса». Затем Шарп вскрыл один из фосфорных трассирующих патронов Мэннинга. Он работал, погрузив руки в миску с водой, потому что фосфор возгорается при контакте с воздухом. Отбросив свинцовую пулю, он вылил остаток фосфора, пороха и воды в маленький стеклянный аптечный пузырек, который затем запечатал и погрузил в пасту. Используя клейкую ленту, они прикрепили все устройство к концу десятифутового багра. Дарлинг поднял багор и потряс его, чтобы убедиться, что бомба привязана крепко.

— А что произойдет, если кальмар проглотит ее раньше, чем раздавит пузырек? — спросил он.

— Тогда она не взорвется, — ответил Шарп. — Если воздух не соприкоснется с фосфором, он не загорится. Если он не загорится, то не приведет в действие детонатор. Это будет провал.

— Поэтому ты хочешь, чтобы я заставил эту тварь раскусить нашу бомбу.

— У тебя в распоряжении только одна секунда, Вип. Затем прыгай или...

— Я знаю, знаю. Если нам повезет, сработает план Тэлли и бомба нам не потребуется. — Дарлинг помолчал. — Конечно, если нам повезет по-настоящему, то мы вообще не найдем этого ублюдка.

Он взобрался на крыло ходового мостика, прошел вперед к штурвалу, повернул судно к югу и стал отыскивать плавающие буи.

Чтобы смастерить подрывное устройство и привинтить к перилам стойку для удилища, а к ней в вертикальном положении, от греха подальше, прикрепить багор, им потребовался час. Дарлинг не беспокоился о буях, даже не думал о них.

Он удивился, что не увидел их сразу. Судно не могло отдрейфовать больше чем на полмили от буев, а в такой ясный день, как этот, большие розовые бочки должны быть видны по крайней мере за милю. Он точно знал, где они были: он сориентировался по объектам на берегу, когда сбрасывал буи. Возможно, волнение на море было сильнее, чем он думал, и бочки находились между валами. Он увидит их через минуту.

Но не увидел. Ни через минуту, ни через две, ни через три. Вип двигался на юг в течение пяти минут и по береговым ориентирам понял, что был уже дальше того места, где оставил буи.

Они исчезли.

Вип взял бинокль и навел его на полосу саргассовых водорослей. Если буи дрейфовали по течению, то они продвигались в том же направлении, что и водоросли, поэтому он проследил полосу водорослей до самого горизонта.

Пусто.

Он услышал шаги сзади, затем голос Мэннинга:

— Вы потеряли их?

— Нет, — ответил Дарлинг. — Просто еще не нашел.

— Будь оно все проклято! Если бы вы не потратили столько времени на...

Дарлинг поднял руку, внезапно насторожившись: он что-то услышал, что-то почувствовал или уловил.

Ощущение шло от ног, понял он. Очень слабое и далеко внизу — странное ощущение глухого удара. Почти как далекий взрыв.

— Что, господи, вы...

Теперь Дарлинг понял, что это, хотя верилось в это с трудом.

— Черт побери! — выругался он, плечом отодвинул Мэннинга в сторону, подошел к поручням и посмотрел вниз, в бездонную синеву.

В этот момент в глубине появился буй, единственный оставшийся неповрежденным, он устремился к поверхности, как сорвавшаяся ракета. Бочка выскочила из воды с громким сосущим звуком «уф» и взлетела на полдюжины футов в воздух, обдав брызгами палубу, прежде чем упала в воду и запрыгала на поверхности. Клочья двух других буев волочились за ней.

Тэлли и Шарп услышали эту суматоху и вышли из каюты. К тому времени, когда Дарлинг спустился на палубу, Шарп подцепил трос кошкой и вытаскивал буй на борт. Дарлинг отцепил буй, бросил трос в сторону, намотал его конец вокруг лебедки и включил ее.

— Это он? — спросил Мэннинг. — Это кальмар?

Трос дрожал, с него стекала вода, Дарлинг ощупывал его пальцами.

— Я не могу утверждать, мистер Мэннинг, но я скажу вам вот что: любое существо, достаточно сильное, чтобы проволочить на расстояние полумили многослойный трос вместе с тремя швартовыми буями, каждый из которых рассчитан держать на плаву полтонны, и способное потопить их на такую глубину, что два из них лопнули, — это, конечно, огромный сукин сын. — Дарлинг нагнулся над бортом и продолжал: — Но я не могу сказать, там он еще или нет.

— Он был подцеплен на крюк, — сказал Тэлли. — Он там. Он не может разорвать такую проволоку или погнуть крюки.

— Никогда не говорите «никогда», док, особенно если имеете дело с чем-то, что выходит за пределы обычного.

Затем Дарлинг попросил Шарпа:

— Возьми нож, Маркус, и води по нему оселком, пока он не станет острым как бритва, а затем вернись сюда и стань рядом со мной.

Шарп отправился в каюту, Тэлли последовал за ним и принялся заправлять видеокамеру.

— Нож, капитан? — спросил Мэннинг. — Для чего?

— Если это действительно чудовище, если оно достигает хотя бы половины таких размеров, каких, по словам дока, оно может быть, и если в нем осталась хотя бы искра жизни, я собираюсь перерезать трос и оставить ублюдка в покое.

— Вы не сделаете ничего подобного. По крайней мере, пока я не выстрелю в него.

— Ну, это мы посмотрим.

— Конечно, посмотрим, — заключил Мэннинг и направился в каюту.

* * *

Тэлли установил треногу на крыле ходового мостика, пристроил к ней видеокамеру, а Мэннинг занял место у поручней; его винтовка, которую он держал у груди, была заряжена обоймой из тридцати патронов. Внизу Дарлинг управлял лебедкой, а Шарп пропускал трос на пластиковый барабан.

Когда барабан был заполнен наполовину, Дарлинг подергал трос. Затем он остановил лебедку, намотал трос на руку и потянул его.

— Он ушел, — бросил Вип. — Если вообще был там. Сейчас его нет; на этом тросе нет ничего, кроме самого троса.

— Этого не может быть, — возразил Тэлли.

— Через минуту узнаем, — сказал Дарлинг и снова запустил лебедку.

— Значит, он не был подцеплен на крюк.