Последний проект - Майкл Ридпат

– Еще одна интересная точка зрения, – едва заметно улыбнулась Дайна.

– Перестань, Дайна. Это же очевидно. И ты думаешь точно так же. Да и наши инвесторы тоже.

– В последнем ты совершенно прав, – сказала она, а на её губах играла все та же улыбочка.

Вспомнив про завтрак Дайны в отеле «Меридиен», я продолжил:

– Догадаться об этом было проще простого. Ты, наверняка, обсуждала проблему Арта с Джилом и Линетт Мауэр, не так ли? Да и с другими инвесторами тоже.

Дайна в ответ промолчала.

– Хочешь избавиться от Арта и стать старшим партнером?

Молчание.

– И думаешь, что это у тебя получится?

– Да, думаю, что получится, – позволив себе широко улыбнуться, ответила она. – Линнет входит в совет управляющих. Джил колеблется, но я продолжаю с ним работать. Но мне надо сколотить команду.

– Понимаю…

– Мне потребуется со стороны опытный специалист в области венчурного бизнеса на роль партнера. Кроме него, в команду войдут Рави и ты.

– Я?

– Да. Мне нужна твоя помощь.

– В качестве партнера?

– Да. Не сомневаюсь, что ты справишься. Мне нравится, как ты работаешь. Лизинг персональных компьютеров оказался классным проектом. Я думаю, что тебе удастся вытащить «Нет Коп», несмотря на то, что мы все её уже списали.

Я внешне спокойно отпил виски, а мои мысли кружились в бешеном водовороте. Мне страшно хотелось стать одним из партнеров в «Ревер». Нет смысла работать в венчурном капитале, если у тебя нет шансов стать партнером. Только в этом качестве там можно сделать по-настоящему хорошие деньги, и только партнеры принимают серьезные решения. Я мечтал об этом с момента поступления в фирму.

Но политические игрища в фирме были мне глубоко противны, а Дайна как раз и втягивала меня в дебри корпоративной политики. Она просила моей поддержки в борьбе с Артом. На это я еще мог согласиться, однако в случае выступления против Джила она моей поддержки не получит.

– Неужели ты колеблешься? – спросила она, видя мою нерешительность.

– О… Прости. Я просто задумался. Все это звучит весьма привлекательно, и передо мной открываются великие возможности. Но я не хочу ни в каком виде участвовать в заговоре против Джила. Я слишком многим обязан этому человеку.

– Джил – хороший парень. И ты ему очень нравишься. Арти со страшной силой давил на него, требуя твоего увольнения. Но Джил хочет видеть тебя в компании. Так же, как и я.

Итак, Арт хотел от меня избавиться, но я этой новости почему-то совершенно не удивился. Во время нашей последней встречи в субботу он, как мне показалось, мне поверил. Но с понедельника он стал меня избегать и через пару дней снова стал самим собой. Мне очень не понравилось его заявление в связи с моим меморандумом.

– Не беспокойся, – продолжала Дайна, – Джил и я – в одном лагере.

– Ну а как же следствие? – спросил я. – Неужели ты хочешь видеть партнером человека, которого подозревают в убийстве?

– Я знаю, что ты не убивал Фрэнка, – с улыбкой ответила Дайна. – В конечном итоге в этом убедятся и все остальные. Всё забудется.

Уверенность Дайны произвела на меня сильное впечатление, хотя я её до конца не разделял. Я никак не мог ожидать от неё такого доверия и был теперь за это бесконечно признателен. Со стороны Лайзы поддержка была бы вполне естественной, с неожиданным раздражением подумал я, но ничего подобного я от своей супруги не дождался.

– Спасибо за доверие и предложение. Чем мне предстоит заниматься?

– Ничем особенным. Делай прибыльные инвестиции. Избегай неудачных проектов. Разберись до конца с «Нет Коп» и…

– Постарайся избежать тюрьмы.

– Было бы прекрасно, если бы тебе это удалось, – кисло улыбнулась Дайна. – Но пока ты на воле, я хочу быть уверена в твоей полной поддержке, когда она мне потребуется. Это сейчас – самое главное.

– Считай, что ты её имеешь.

Она одарила меня улыбкой, которая наполнила теплом мое усталое тело.

– Итак, кто же все-таки убил Фрэнка? – спросила она. – У тебя есть на сей счет хоть какие-нибудь предположения?

– Нет. Полиция до сих пор уверена, что это сделал я, и лезет из кожи вон, чтобы собрать необходимые доказательства.

– Знаю. Мне даже показалось, что они считают, будто между нами что-то есть, – её глаза при этом лукаво блеснули.

– Да, – ответил я, стараясь изобразить ледяное спокойствие. – У Фрэнка тоже возникали подозрения на этот счет. Незадолго до его гибели мы даже повздорили с ним из-за этого.

Выражение лукавства на её личике исчезло, и на смену ему пришло выражение искреннего сочувствия.

– Тебе в последнее время так много пришлось пережить, – сказала она. – Умер Фрэнк. Полиция села тебе на шею. Тебя оставила жена.

– Да – время не из легких, – согласился я, бросив на неё быстрый взгляд.

– Это, конечно, дело не мое, – продолжала Дайна, – но как она могла покинуть тебя в беде?

– Ей крепко досталось, – попытался я вступиться за супругу. – Убили её отца, и она считает, что это сделал я. Правда, мне до сих пор не ясно, почему она так решила.

В моем голосе вдруг совершенно неожиданно для меня самого прорвался гнев. Дайна была права. Лайза в это трудное для меня время была просто обязана остаться со мною рядом!

– Ты выглядишь ужасно. Позволь мне налить тебе еще.

Мне следовало бы выразить свой протест, но я этого не сделал. Инстинкт самосохранения, видимо, переставал действовать. Лайза свалила в Калифорнию, так почему же я не могу пропустить еще один стаканчик с красивой женщиной, которая так внимательно меня слушает?

Дайна ушла и вскоре вернулась с новой порцией виски. Где-то на ходу она ухитрилась запустить музыку. Это был Моцарт или кто-то на него похожий.

Сев рядом со мной на диван, он подняла свой стакан и сказала:

– За тебя.

Я залпом выпил своё виски.

Дайна медленно склонилась ко мне и принялась развязывать мой галстук. Её ладонь легла на мое бедро.

– Расслабься, Саймон. Тебе надо расслабиться.

Она была рядом, и я мог думать только о ней. Аромат её духов, который всего лишь за мгновение до этого был едва уловим, теперь, казалось, заполнил все помещение. Я слышал, как шуршит шелк её блузки. Я повернул голову и увидел маленькое, изящное личико, безукоризненную кожу, полные, чуть-чуть приоткрытые губы. Затем она меня поцеловала. Это был ласковый, нежный и так много обещающий поцелуй. Я ответил ей поцелуем. Мне хотелось большего.

– Пойдем, – сказала она с улыбкой и, поднявшись с дивана, направилась к закрытым дверям спальни.

Я встал с дивана и двинулся следом за ней. Но в этот момент охвативший тело жар вдруг куда-то исчез, и я с ошеломляющей ясностью вдруг понял, на что иду.