Уже мертва - Кэти Райх

Я не понимала, что воздействует на меня более успокаивающе – чай или Райан. Наверное, все же не чай. Чего я хотела в те минуты, так это серьезно напиться. Не хотела даже, а жаждала. Я мечтала влить в себя целую бутылку виски, но сознавала, что не могу позволить себе ничего подобного.

"Забудь об этом, Бреннан! – твердил внутренний голос. – Ты завязала. Завязала".

Я пила чай и смотрела на Райана. На нем были джинсы и джинсовая рубашка. Класс! Голубой потрясающе подчеркивал цвет его глаз. Закончив телефонный разговор, он опустился на диван.

– Мы должны, – пробормотал он, кладя трубку рядом с собой и проводя рукой по лицу.

У него был уставший вид. Да и я, конечно, даже отдаленно не походила в этот момент на Клаудию Шиффер.

Что должны? – эхом отдалось в моих висках.

– Спасибо, что приехали, – произнесла я. – Я чересчур сильно перепугалась.

Я уже не раз сказала ему эти слова.

– Еще бы.

– Обычно я не...

– Все в порядке. Мы поймаем этого психопата.

– Мне следовало просто...

Он подался вперед и облокотился на колени. Два голубых лазерных луча завладели моим взглядом.

– Бреннан, все слишком серьезно. Где-то рядом с нами обитает парень с мутированными мозгами. Психопатологический урод. Хищник. Он похож на крыс, прорывающих ходы под кучами мусора и неслышно передвигающихся по городу по канализационным трубам. Теперь ему пришло в голову втянуть в свою очередную дьявольскую игру вас. Но он допустил ошибку, и вскоре мы сцапаем его и прихлопнем. Так поступают со всеми паразитами.

Райан говорил настолько горячо, что я растерялась и не знала, как реагировать. Вспоминать о прежних его высказываниях – насмешливых или издевательских – в данной ситуации было бы просто глупо.

По всей вероятности, он расценил мое молчание как скептицизм.

– Послушайте меня, Бреннан! У этого недоделка голова набита собачьим кормом. Вы должны прекратить выкидывать свои фокусы!

Я мгновенно озлобилась. Я чувствовала себя беспомощной и уязвимой и ненавидела свою беспомощность. И возненавидела ее еще больше, услышав его последнюю фразу, поэтому и вспылила:

– Фокусы?

– Черт побери! Бреннан! Я веду речь не о событиях сегодняшней ночи.

Мы оба прекрасно знали, о чем шла речь. И я сознавала, что он прав, и от этого сильнее раздражалась.

– Эта тварь, судя по всему, следила за вами, – настойчиво, как отбойный молоток, продолжал Райан. – Ему известно, где вы живете, каким образом к вам можно проникнуть.

– Он не проник ко мне.

– Но оставил в вашем саду эту чертову человеческую голову!

– Знаю! – вскрикнула я, теряя остатки самообладания.

Мой взгляд скользнул в угол, где спокойно и недвижимо, безропотно ожидая, когда его обработают, лежал принесенный из садика круглый предмет. Можно было подумать, что это упакованный в пакет волейбольный мяч. Глобус. Дыня.

Я пристальнее уставилась на него, и перед глазами возникли отвратительные картины. Череп. Пустые глазницы и розовый неоновый свет, отражающийся от эмали обнаженных зубов. Мне представилось, как этот чокнутый взламывал замок, проходил в мой садик и опускал на землю свой кошмарный сувенир.

– Знаю, – повторила я. – Вы правы. Мне следует быть осторожнее.

Я качнула кружку, наблюдая за плавающими в ней чаинками.

– Хотите чаю?

– Нет, спасибо. Проверю, подъехал ли патруль.

Райан поднялся с дивана и вышел в заднюю дверь. Я прошла на кухню приготовить себе еще чая.

– Одна машина стоит на аллее через дорогу, – сообщил Райан, вернувшись. – Сейчас подъедет вторая, остановится у фасада здания. Уходя, я дам им соответствующие распоряжения. Теперь ни один человек не сможет приблизиться к вашему дому незамеченным.

– Спасибо.

Я отхлебнула из кружки, прислоняясь к рабочему столу.

Райан вытащил пачку "Морье" и посмотрел на меня, вопросительно поднимая брови.

– Конечно, курите.

Я не выношу, когда в квартире курят. А ему в этот момент наверняка было невыносимо находиться в моей квартире. В жизни всегда приходится с чем-то мириться. Райан сел на стул и закурил. Я подумала было разыскать единственную в доме пепельницу, но почему-то не сдвинулась с места и продолжила пить чай. Мы оба задумались. Тишину, воцарившуюся в кухне, нарушало лишь монотонное гудение холодильника.

– Я не то чтобы напугалась, увидев этот череп, – пробормотала наконец я. – Я ведь постоянно с ними работаю и уже к ним привыкла. Но... в саду он выглядел настолько неуместно...

– М-да.

– Я чувствую себя премерзко. Так, будто какое-то странное существо грубо вторглось в мое личное пространство, укоренилось в нем, а потом ушло, потеряв к нему всякий интерес.

Я крепче сжала в руках кружку, ощущая себя еще более незащищенной и сильнее от этого бесясь. А еще сознавая, что я выгляжу глупо. Разумеется, Райан слышал подобные душевные излияния сотни раз. И поэтому, наверное, уже и не обращал на очередное из них особого внимания.

– Думаете, это Сен-Жак? – спросила я.

Райан взглянул на меня и стряхнул пепел в раковину.

– Понятия не имею. И потом, Сен-Жак – явно вымышленное имя. Не знаю, кого вы увидели тогда в той дыре, но он явно никогда не жил там постоянно. Та дама, как выяснилось позднее, встречала его всего-навсего пару раз. Ребята наблюдали за домом в течение целой недели, но в каморку так никто и не явился.

Он вновь наклонился к раковине, стряхнул пепел и сделал затяжку.

– В его коллекции нашли мою фотографию. Вырезанную из газеты и помеченную знаком "X".

– Угу.

– Что вы думаете по этому поводу?

Райан с минуту о чем-то размышлял, потом медленно произнес:

– Очень сомневаюсь, что это просто совпадение.

Я знала это, но не хотела слышать ничего подобного. Не желала верить в его слова и еще больше не желала осознавать, что эти слова означают.

– Наверное, череп принадлежит трупу, найденному в Сен-Ламбере?

– Вот вы и определите.

Он в последний раз затянулся, включил воду, чтобы затушить окурок, и повертел головой, ища, куда его можно выбросить. Я открыла дверцу шкафа в нижней части стола, показывая мусорное ведро. Когда Райан выпрямился, я положила руку ему на предплечье:

– Райан, вы считаете меня сумасшедшей? Полагаете, я просто выдумываю историю о серийном убийце?

Он посмотрел мне прямо в глаза: