За гранью - Микаэль Крефельд

– Дружочек, нельзя тут лежать, – сказала женщина с серебряными волосами и слегка тряхнула его за плечо.

Томас испуганно поднял глаза на склонившихся над ним трех женщин. Все три были одеты в одинаковые желтые пуховики.

– Так недолго и замерзнуть. – Пожилая женщина улыбнулась ему. – Пойдем лучше с нами. Хочешь супу?

Она махнула рукой в сторону небольшого фургончика у себя за спиной, который стоял у кромки тротуара с откинутой задней дверцей. Внутри находилась полевая кухня. Одна из женщин наливала из металлического бачка суп, раздавая его столпившимся у фургончика проституткам.

– Кто вы такие? – растерянно спросил Томас, переводя взгляд с одной пожилой женщины на другую.

– Мы – «ночные совы», волонтеры, старающиеся сделать город более безопасным.

– Не лучше ли вам подумать о собственной безопасности?

Женщины рассмеялись.

– Матушка Тове уже двадцать лет ходит по улицам, – сказала одна из женщин, кивнув на седовласую даму. – Она живая легенда. Настоящая героиня.

– Восемнадцать лет, если уж точно, и, конечно, я никакая не героиня, – сказала Тове, изучающе оглядывая Томаса. – Может быть, отвезти тебя в травматологический пункт? Вид у тебя сильно побитый.

Томас помотал головой и поднялся:

– Нет, спасибо. Со мной все о’кей. Но было бы хорошо, если бы вы указали мне дорогу в мою гостиницу. «Колониальный отель».

– Ладно, но сначала я накормлю тебя супом и взгляну на твой глаз, – сказала Тове и повела его к фургончику, там было светлее.

– Не могла бы ты налить этому господину чашку супа? – спросила она молоденькую африканку, распоряжавшуюся в фургоне.

Та изумленно взглянула на Томаса:

– Я обслуживаю только девушек. С какой стати я буду его кормить?

– Потому что мы помогаем всем уличным людям. – Тове достала из кармана пачку пластыря.

– Это по вине таких, как он, мы очутились на улице, – сказала женщина, наливая суп в картонный стаканчик. – Так что хлеба я ему все равно не дам, у нас его и без того в обрез.

– Уверена, что суп придется очень кстати, – ответила Тове и улыбнулась Томасу.

Женщина протянула Томасу стаканчик, он поблагодарил.

Велев ему повернуться лицом к уличному фонарю, Тове осторожно заклеила ссадину у него над бровью:

– Наверное, не надо объяснять такому взрослому мужчине, что не стоит драться из-за всяких пустяков?

– Конечно. Да и случилось это не по моей воле, – сказал Томас, отпивая из стаканчика. – Вам, вероятно, знакомо большинство здешних девушек? – обратился он к ней с вопросом.

– Да. Очень многие.

– Я разыскиваю одну, которая пропала несколько лет назад. Может быть, вы ее встречали? – Он расстегнул молнию на куртке и достал фотографию Маши.

Тове долго ее рассматривала:

– В последнее время – нет. Но я не исключаю возможности, что видела ее раньше. На улицах перед нами проходит столько девушек. Несколько тысяч в год. Тут большая текучка.

– Откуда у тебя эта фотография? – воскликнула африканка, выхватывая у Тове снимок.

– Разве можно, Табита! – сказала Тове. – Отдай ему фотографию!

– Пускай сперва расскажет, откуда она у него!

– Ее… От ее матери, она мне дала, – ответил ошеломленный Томас. – Ты знаешь Машу?

– Ты врешь! – бросила та, бешено сверкая глазами. – Я знаю, кто ты такой! Ты – тот, от кого она нас предостерегала. Ты – тот, из черного «мерседеса»! Тот, кто делает из девушек чучела и мажет их известкой. Ты – серийный убийца! – закричала она, указывая на него пальцем.

Три проститутки, стоявшие около машины, торопливо ретировались.

– Звоните в полицию! Это он, убийца! – кричала Табита.

Одна из девушек вынула из кармана куртки выкидной нож и раскрыла, блеснуло лезвие.

– А ну-ка, успокоились! – Тове положила ладонь на плечо Табиты. – Сара! Быстро убери ножик! Ты знаешь, как я отношусь к оружию.

Девушка сложила нож и спрятала его обратно.

– Я приехал в Швецию, чтобы найти ее, – сказал Томас и показал свое полицейские удостоверение. – Я всего лишь оказываю услугу ее матери. Если ты знаешь, где она, мы будем тебе очень благодарны за помощь.

Табита отдала ему фотографию и стала, скрестив руки.

– Ты знаешь ее, Табита? – спросила Тове.

Табита кивнула:

– Однажды она спасла мне жизнь. Она была мне как старшая сестра. – На глазах Табиты выступили слезы.

– Когда ты видела ее в последний раз?

– Несколько лет назад. До того, как попала в больницу.

– Ты знаешь хотя бы приблизительно, куда она могла деться?

Табита помотала головой:

– Мы тогда все работали на эту гадину Славроса. Он наверняка знает.

– С ним я уже поговорил. – Томас показал на свое расквашенное лицо.

– Это все Славрос? Когда?

Томас вкратце рассказал о своем посещении «Аризоны».

– «Аризона» – это ад, – произнесла Табита с таким выражением, словно боялась «Аризоны» больше всего на свете.

– Славрос сказал, что она уехала.

Табита замотала головой:

– Оттуда мало кто выходил живой. Скорее уж, она умерла.

– Во всяком случае, там не нашлось ее следов, – заметил Томас.

– Очень сожалею, что мы не можем помочь, – сказала Тове. – Но нам пора переезжать на следующий пункт нашего маршрута. Желаю удачи!

Томас кивнул и выбросил стаканчик.

Тове объяснила ему, как пройти к «Колониальному отелю», который находился в нескольких кварталах от того места, где они встретились. Затем она повернулась к другим сестрам, которые закрывали полевую кухню.

– Прости, что накричала на тебя, – сказала Табита Томасу. – Ты совсем не похож на человека, который делает из людей чучела.

– Ничего, – ответил Томас.

– Может быть, даже лучше, если Маша уже умерла. Так она хоть освободилась из подвального борделя Славроса.

– Подвал… подвальный бордель… Что это значит?

Она посмотрела на него с удивлением:

– Бордель, который он держит в «Аризоне». Тот, что находится глубоко под землей.