Доктор Шанс - Кем Нанн

– Узко смотришь, мужик. Позволь я расскажу тебе короткую историю. Вторая боевая командировка в Гиндукуш…

– Дариус, – сказал Шанс, чувствуя, как его захлестывают ярость, безысходность и ощущение обреченности, – при всем моем уважении, дружище… я читал твою медкарту. Ты никогда не был в Гиндукуше. Ты никогда не был на Ближнем Востоке. Ты вообще не служил в армии, Дариус.

Под деревьями стало очень тихо. Старый торговец антиквариатом принялся внимательно изучать землю у себя под ногами и замолчали даже насекомые.

– Есть две вещи, – сказал Большой Ди, не сводя глаз с Шанса. – Это все эмоции. Ты напуган. Ты в центре адреналинового выброса. Времени достаточно. Я могу научить тебя, как действовать и как думать, но есть и вторая вещь, и тут я хочу внести ясность. Если ты еще раз назовешь меня Дариусом, я тебя ударю. Прямо в лицо.

– Понял, – сказал Шанс.

– Соберись, – сказал Ди, а потом рассказал историю, что-то о том, как во время операции «Рейнджеры» случайно встретили старика и мальчика.

Без сомнения, она должна была проиллюстрировать двойственность морали в сочетании с бесповоротным выбором в боевых условиях, и оканчивалась плохо, но Шанс не слушал. Он думал о бесповоротном выборе, который привел его сюда, о том, что, скорее всего, настала последняя минута, когда еще можно обратиться в полицию, и о том, как все может обернуться: развалившаяся карьера, конец Жаклин, дочь в более или менее постоянной опасности. Но думал он и о том, что совсем недавно сказал Блэкстоун… мол, если только он будет говорить и делать правильные вещи… да еще о словах Жаклин, что Реймонд переменился, выходит на пенсию, хочет уехать… Он спрашивал себя, разве все это вместе взятое не говорит о патовой ситуации между ними двумя, Блэкстоуном и им самим, в которой можно избежать дальнейшего кровопролития? Он задал этот вопрос Ди, когда показалось, что его история подошла к концу, но здоровяк лишь мотнул головой с гротескной татуировкой на макушке.

– Ты знаешь, зачем это нужно? – спросил Ди. – Чтобы ты помчался к нему сломя голову с копиями какой-то древней обличительной макулатуры, о которой он, как мы прекрасно знаем, в курсе? Ради двух целей. Он дает тебе надежду, что ты все еще сможешь выйти сухим из воды. Но на самом деле на месте происшествия копы найдут макулатуру и тебя. Мертвого. Все будет выглядеть так, будто тебя кто-то шантажировал или пытался шантажировать, но дело не выгорело. И на том дело закроют.

Точно, подумал Шанс, именно так все и будет выглядеть, и впервые за долгое время он вспомнил о Майре Коэн, о ее насильственной смерти, которая так и осталась нераскрытой.

– Я просто хочу поступить по-умному.

Ту же самую банальность он сказал Жаклин.

– Поступай по-умному, если тебе хочется, но дело тут вот в чем. Ты либо встречаешься с ним сейчас лицом к лицу, либо поворачиваешься к нему задницей и молишь Бога, чтобы тебе повезло, чтобы он отступил, чтобы ты мог просто снова стать тем, кем был раньше.

Шанс вздохнул. Он всегда считал, что знает, кто он есть. Но из-за недавних событий засомневался в этом.

– По моему скромному мнению… – сказал Ди, – об этом в любом случае бесполезно спорить. Этот мужик знает, где ты живешь. А хорошая новость в том… что ты еще можешь заказывать музыку.

– Он уже заказал ее, Ди. Я должен приехать в мотель. Один.

– Этого не будет.

– Он сказал, что узнает, если я не послушаюсь.

– Слушай меня… звонок с этого телефона – это несколько очков в твою пользу, знаешь ты об этом или нет. Придет пора ими воспользоваться.

– Если я сейчас ему позвоню, он узнает, что я не один. И даже, наверно, в общих чертах догадается, с кем.

– И что он сделает – полицию вызовет? Кроме того… Ты позвонишь не отсюда. Позвонишь, когда мы уже приедем на место. Вызовешь его из номера, а потом уж предоставишь мне со всем разбираться. – Он вытащил из внутреннего кармана армейской куртки плоский обоюдоострый клинок и положил его на стол между ними. – Поверь мне, братан. На данный момент не ты рулишь ситуацией. Он рулит.

И служки Церкви Большого Ди, насельники Дома Пространства и Времени, разразились финальным хором, выражающим согласие.

Неотъемлемой особенностью индуцированного психотического расстройства (folie à deux) является бредовая идея, которая развивается у здорового индивида, вовлеченного в близкие отношения с другим индивидом (по психологической терминологии «индуктором» или «доминантным лицом»), уже страдающим тем или иным психозом, который держит верх в отношениях и способен таким образом постепенно встраивать в свое наваждение изначально здорового, но более пассивного человека.

Шанс посмотрел на нож.

– Это тебе, – сказал ему Ди, подразумевая оружие. – Из того, что разбираться с этим уродом придется мне, вовсе не следует, что ты даже не вспотеешь.