Полночь - Дин Кунц

Томми исполнилось уже двенадцать лет. На дворе стояло лето. В один из жарких дней мальчик узнал, что случилось с двоюродными братьями его друга-индейца. По крайней мере, он узнал кое-что из их жизни. Остальное он дорисовал в своем воображении.

В тот день индеец и он сидели во внутреннем дворике, завтракали и любовались радугой, которая то возникала, то пропадала в брызгах фонтанчиков, орошавших водой лужайку перед домом. Томми до этого несколько раз спрашивал о судьбе братьев индейца, но никогда не получал ответа. На этот раз Бегущий Олень, взглянув на видневшиеся вдали туманные вершины гор, сказал сам:

– Я открою тебе мой секрет.

– Я слушаю.

– Этот секрет, так же как и знаки, подаренные тебе судьбой, надо хранить от всех в тайне.

– Обещаю.

– Тогда слушай. Несколько молодых людей, вчерашних школьников, напились допьяна и отправились гулять. Может быть, они искали женщин, может быть, просто приключений. Случайно на автостоянке они встретились с моими братьями. Жена одного из братьев тоже была там. Подвыпившие белые люди начали издеваться над индейцами, начали приставать к жене моего брата. Они вбили себе в голову, что она должна непременно пойти с ними. Началась драка. Их было пятеро против двоих индейцев. Они забили одного из них насмерть железными прутьями. Второй брат остался инвалидом на всю жизнь. Жену брата они увели с собой и изнасиловали.

Томми потерял дар речи после этого откровения индейца.

Через несколько минут, справившись с собой, он произнес:

– Я ненавижу белых людей. Индеец улыбнулся.

– Я говорю серьезно, – настаивал Томми, – А что потом было с этими парнями? Их посадили в тюрьму?

– Нет, о чем ты говоришь? – Индеец рассмеялся прямо в лицо Томми. Смех был очень горький. – У них родители – очень важные персоны. У них у всех – мешки денег. Они все могут. Судья просто отпустил их детишек «за недостаточностью улик».

– Если бы их судил мой отец, он бы точно посадил их в тюрьму.

– Думаешь? – ехидно спросил индеец.

– Он бы ни за что их не отпустил.

– Уверен? Томми замялся.

– Ну да… я уверен. Индеец молчал.

– Я ненавижу белых людей, – повторил Томми, желая скорее угодить индейцу, а не выразить то, что было у него на душе.

Индеец снова рассмеялся и потрепал Томми по плечу.

Лето кончалось. Однажды в августе на закате душного дня индеец подошел к Томми и прошептал торжественным и зловещим голосом:

– Сегодня в небе взойдет полная луна, Маленький Вождь. Вечером ты пойдешь на задний двор и будешь смотреть на нее. Мне кажется, что именно сегодня перед твоим взором появится наконец тот самый знак, самый важный из всех знаков.

Стемнело, в небе взошла полная луна. Томми вышел во двор и встал на краю бассейна, на том самом месте, с которого он семь лет назад увидел змею, пожирающую собственный хвост. Он долго смотрел на луну, в воде красовался овальный желтый диск ее отражения. Луна была идеально круглой, она висела низко над землей и казалась огромной.

Вскоре во внутренний двор вышел судья. Он позвал Томми, тот ответил, но не сразу:

– Я здесь.

Судья встал рядом с ним на край бассейна.

– Что ты здесь делаешь, Томми?

– Жду.

– Чего ты ждешь?

Именно в этот момент Томми увидел ястреба на фоне лунного диска. На протяжении многих лет он слышал о том, что однажды увидит это зрелище, он был готов его воспринять, он понимал, что это означает для него. И вот – свершилось – ястреб застыл в своем полете на желтом круге луны.

– Он там! – закричал Томми, забыв в это мгновение о том, что нельзя доверять тайну знаков судьбы никому, кроме индейца.

– Что там? – не понял судья.

– Разве ты не видишь?

– Это просто луна.

– Ты плохо посмотрел, ты не увидел это.

– Что «это»?

Непонимание отцом важной приметы только еще раз убедило Томми в его собственной исключительности и в том, что этот знак судьбы был послан именно ему. В этот момент он вспомнил о предупреждении индейца. Он быстро нашел выход из положения:

– Я видел только что… падающую звезду.

– Так ты стоишь здесь, чтобы понаблюдать за падающими звездами?

– Это метеориты, – затараторил мальчик, – видишь ли, сегодня ночью Земля должна пройти через метеоритный пояс, так что их должно быть много.

– С каких это пор ты стал увлекаться астрономией?

– Я вовсе и не увлекаюсь ею, – пожал плечами Томми, – я просто хотел посмотреть, как это выглядит. Оказалось, довольно невыразительно.

Томми повернулся и пошел к дому. Судья отправился вслед за ним.

На следующий день, в среду, мальчик рассказал индейцу о знаке лунного ястреба, увиденном им накануне.

– Вот только я не получил никакого послания от великих духов. Я не знаю, каких доказательств они хотят от меня.

Индеец в ответ улыбнулся и долго, мучительно долго молчал. Затем произнес:

– Маленький Вождь, поговорим об этом во время обеденного перерыва.

По средам мисс Карваль не приходила, и Томми с индейцем были в доме одни. Они сели во внутреннем дворе дома. У индейца ничего с собой не было на обед, он принес только леденцы из сока кактуса. Томми такое угощение вполне устраивало.

Уже давно мальчик полюбил эти леденцы, но не за их вкус, а за действие, которое они оказывали на него. За долгие годы он так пристрастился к этой сладости, что уже не мог без нее обходиться.

Вскоре Томми оказался в уже ставшем для него привычным состоянии наркотического опьянения, краски дня сразу стали ярче, а звуки – отчетливей. Он ощущал восхитительные запахи природы, мир, казалось, раскрылся перед ним во всей своей красоте. Они проговорили с индейцем около часа, и после этой беседы Томми понял, чего хотят от него великие духи, – они хотели, чтобы он через четыре дня, в воскресенье, убил своего отца.

– В воскресенье у меня, как обычно, будет выходной, – сказал Бегущий Олень, – поэтому я, к сожалению, не смогу поддержать тебя в эти мгновения. Но ведь именно этого и хотят от тебя великие духи – они хотят, чтобы ты смог доказать свое право на власть в одиночку, безо всякой поддержки. Но у нас, к счастью, есть еще несколько дней на подготовку, так что в воскресенье ты будешь чувствовать себя во всеоружии.

– Да, конечно, – ответил в полусне Томми, – конечно, мы все подготовим.

Вечером этого дня отец Томми пришел позже обычного, так как после заседаний в суде встречался со своими коллегами по политической деятельности. Жалуясь на ужасную жару, он сразу прошел к себе наверх, чтобы принять душ. Мать Томми пришла на полчаса раньше, чем отец. Она сидела в кресле в гостиной, положив ноги на низкую подставку, и читала последний выпуск журнала «Город и деревня». Миссис Шаддэк потягивала из бокала то, что она называла «маленьким коктейлем перед ужином». Она даже не подняла головы, когда муж крикнул ей сверху, что он пришел домой.