Разбитое окно - Джеффри Дивер

В ту же минуту зазвонил его собственный телефон; на дисплее высветился ряд цифр с двумя четверками во главе.

Райм обрадовался.

– Команда, ответить.

– Детектив Райм?

– Инспектор Лонгхерст?

– Я знаю, вы заняты тем другим делом, но, возможно, захотите узнать, как у нас развиваются события.

– Несомненно, прошу вас. Как чувствует себя преподобный Гудлайт?

– В порядке, немного напуган. Настаивает, чтобы среди охраняющих его секретных агентов и полицейских не было новеньких. Доверяет только тем, кто провел вместе с ним не меньше месяца.

– Его можно понять.

– Гудлайта постоянно прикрывает один из моих людей. Бывший сасовец. Они в этом деле самые лучшие. Далее, мы обшарили олдамский тайник от чердака до погреба, и только там удалось обнаружить медную и свинцовую стружку, как будто высверлили пулю и закупорили пробкой из свинца, а еще крупицы пороха и едва заметные следы ртути. Мой эксперт по баллистике не исключает, что Логан изготовил разрывную пулю «дум-дум».

– Да, похоже на то. Полая пуля, заполненная жидкой ртутью. Наносит страшные раны.

– Также нашли следы ружейного масла, а в умывальнике остатки светлой краски для волос. А еще несколько темно-серых хлопковых нитей, довольно плотных, обработанных крахмалом. Проверили по базе данных; оказалось, из этой материи шьют военную форму.

– А вы не думаете, что эти вещдоки вам подбросили нарочно?

– Нет, во всяком случае, по мнению наших криминалистов. Слишком малое количество, можно сказать, чудом заметили.

Светлые волосы, снайпер, в военной форме…

– Далее, у нас здесь случилось ЧП. Кто-то пытался проникнуть поблизости от Пиккадилли в офис некоммерческой неправительственной организации, известной как Агентство по оказанию помощи Восточной Африке. Учреждено преподобным Гудлайтом. Незваного гостя спугнули охранники. Он успел сбросить отмычку в решетку уличного сточного люка. Но нам повезло. Нашелся свидетель, видевший это. Короче, наши люди достали отмычку и обнаружили на ней остатки грязи. А в ней содержались частицы хмеля, произрастающего исключительно в графстве Уорикшир. Этот хмель используется в производстве биттера.

– Биттера? Это что-то вроде пива?

– Да, сорт эля. У нас в Скотланд-Ярде весьма кстати оказалась база данных на алкогольные напитки и их ингредиенты.

«У меня такая тоже есть», – подумал Райм, а вслух изумился:

– Вот как?

– Я сама составила, – похвасталась Лонгхерст.

– Отлично. И?

– Единственная пивоварня, использующая данный вид хмеля, находится близ Бирмингема. Далее, у нас есть снимок человека, проникшего в офис этой организации, сделанный с камеры видеонаблюдения. Теперь я намерена сверить его с видеозаписями охранной системы пивоварни в Бирмингеме. Нам известно, что этот же мужчина несколько часов назад прибыл на станцию «Нью-стрит» и вышел из поезда с большим рюкзаком. К сожалению, мы потеряли его в толпе.

Райм обдумал услышанное. У него возник вопрос: а не нарочно ли оставлены следы хмеля на отмычке с целью увести их в ложном направлении? В такой ситуации криминалист мог быть в чем-либо уверен, только если сам обследует место преступления и получит на руки вещественные доказательства. Но сейчас ему оставалось полагаться только на то, что он «печенкой чует», по любимому выражению Сакс.

Ложная улика или настоящая?

Райм принял решение.

– Инспектор, я не верю этому. Думаю, Логан специально разыграл спектакль с проникновением в офис и манипуляцией с отмычкой. Он такое и раньше проделывал. Хочет, чтобы мы сосредоточились на Бирмингеме, а сам тем временем нанесет завершающий удар в Лондоне.

– Рада слышать это от вас, детектив. Я и сама склонялась к такой версии.

– Нам надо подыграть ему. Где сейчас находятся члены нашей команды?

– Дэнни Крюгер со своими людьми в Лондоне. Там же ваш фэбээровец. Француз и агент Интерпола занимаются проверкой наших зацепок в Оксфорде и Суррее. Они там еще не закончили.

– Я бы их всех перебросил в Бирмингем. Тотчас. И пусть их присутствие там будет недемонстративным, но заметным.

Инспектор рассмеялась:

– А у Логана не должно оставаться сомнений по поводу того, что мы заглотили наживку.

– Вот именно. Пусть думает, что мы поверили в счастливую возможность схватить его в Бирмингеме. И пошлите туда группу спецназовцев. Можно поднять вокруг их отправки немного суеты, создать впечатление, что мы забираем и часть снайперов из охранения в Лондоне.

– А в действительности лишь усилим там наблюдение.

– Правильно. И пустите слух, будто мы думаем, что он намерен нанести удар со значительного расстояния. И что у него светлые волосы и серый военный комбинезон.

– Блестящая мысль, детектив. Немедленно займусь этим.

– Держите меня в курсе.

– Счастливо!

Райм дал телефону команду «отбой» почти одновременно с голосом, донесшимся с другой стороны помещения:

– Короче, ваши друзья в «ССД» в общем и целом молодцы. Я не смог докопаться даже до первой базы.

Это был Родни Шарнек. Райм о нем совсем позабыл.

Он встал из-за компьютера и подошел к остальным.

– Их innerCircle неприступнее, чем Форт-Нокс[13]. И система управления базой данных Watchtower не легче. Я, в натуре, сомневаюсь, что их можно крэкнуть, имея на вооружении суперкомпьютеры, приобретаемые в «Бест-бай» или «РадиоШеке».

– Ну-ну?

Райм понял по озабоченному лицу компьютерщика, что это еще не все.

– Так вот, на системе «ССД» установлена защита, какой я еще нигде не встречал. Реально суровая. Я бы даже сказал, стремная. Короче, вхожу я в их систему в качестве анонимного пользователя и по мере продвижения вытираю за собой следы. И что же происходит? Их программа взламывает мою систему и пытается идентифицировать меня по информации, выявленной на свободном пространстве.

– Родни, а что, собственно, означает «свободное пространство»? – Райм пытался сохранить остатки терпения.

Шарнек объяснил, что в свободной памяти жестких дисков могут быть найдены разрозненные данные, включая фрагменты уничтоженной ранее информации. Программа способна даже восстановить их в «читабельной» форме. Охранная система «ССД» поняла, что Шарнек стер свои следы, проскользнула в его компьютер и стала изучать информацию на свободном пространстве жесткого диска, чтобы узнать, кто он.

– Честно признаюсь, я сдрейфил. Перехватил этого секьюрити-червя по чистой случайности… – Шарнек сокрушенно пожал плечами и принялся топить свое огорчение в кофе.