Скрипка дьявола - Йозеф Гелинек

Элена осторожно взяла Пердомо за правую руку и поднесла ее к раструбу инструмента. Затем подула в мундштук, но единственным звуком, достигшим их ушей, был шум горячего воздуха, который, пройдя по трубе, вылетел с другого конца. Пердомо очень возбудил влажный и горячий воздух, попавший от Элены к нему на ладонь, которую она по-прежнему осторожно поддерживала, но он не сделал ничего, чтобы продлить удовольствие. Его пугала одна мысль о том, что Грегорио заметит хотя бы намек на флирт между ним и девушкой.

— А это что? — спросил мальчик, пытаясь открыть маленький клапан на жезле.

— Не трогай! — крикнула Элена, и Грегорио отдернул руку от инструмента, словно его укусил скорпион. — Это клапан для слюны, — прибавила девушка со смехом. — Время от времени необходимо очищать инструмент, но, пока ты этого не сделаешь, слюна накапливается здесь. К счастью для тебя, здесь ничего не было.

— Теперь, когда мы познакомились с его устройством, почему бы тебе не сыграть нам что-нибудь? — предложил Пердомо.

— С огромным удовольствием, хотя предупреждаю, мне придется играть без аккомпанемента. Посмотрим, понравится ли вам вот это.

Элена пару раз подвигала кулису тромбона, чтобы убедиться, что та хорошо смазана, и после секундной паузы начала с большим изяществом и чувством наигрывать мелодию Гершвина «Summertime».[35]Отец и сын слушали с благоговейным вниманием, а когда музыка стихла, стали бурно аплодировать.

— Я здесь ни при чем, это заслуга Гершвина, он настоящий гений, — скромно пояснила она. — Вы знаете, что в этой мелодии, имеющей более четырех тысяч интерпретаций, всего шесть нот? Меньше, чем в гамме. Послушайте.

И она медленно сыграла шесть простых нот, из которых состояла замечательная колыбельная нью-йоркского композитора.

— Фантастика! — воскликнул Пердомо. — Если не возражаете, за ужином мы можем послушать диск, который ты принесла Грегорио. А потом посмотришь на его скрипку, хотя, как я уже сказал, это не слишком приятное зрелище.

Пока Пердомо разогревал в микроволновке битки, Элена спрятала тромбон в футляр и начала рассказывать Грегорио случаи из жизни музыканта, которым она восхищалась.

— Кристиану Линдбергу в молодости нравился один джаз, но, так как научиться играть на тромбоне можно только в консерватории, на классическом репертуаре, ему пришлось смириться. Через два года он уже играл в оркестре. Но знаешь, что случилось, когда его сделали первым тромбоном? В первые двадцать минут после начала концерта он не сыграл ни одной ноты. Потом немного поиграл и снова сидел без дела двадцать минут. Тогда он сказал себе: «Я этого не выдержу!» В классической музыке нет соло для тромбона.

— А ты играешь джаз?

— Каждую пятницу в баре «Голубая нота», в центре города. Но я тебя туда не приглашаю, потому что там подают спиртные напитки и не пускают несовершеннолетних.

Наконец Элена вытащила из футляра диск, и зазвучал концерт для тромбона Римского-Корсакова.

— Ужин готов! — провозгласил Пердомо, держа в одной руке блюдо с битками, а в другой бутылочку с соусом.

— Мне нужно ненадолго в ванную, — извинилась Элена.

— По коридору налево. Нет, подожди, лучше воспользуйся моей, потому что там засорилась раковина.

Пердомо проводил девушку до двери и, вернувшись в столовую, решил спросить, какое впечатление она произвела на сына.

— Ну, как она тебе?

— Классная.

— Вот видишь! Нельзя отвергать людей безо всякой причины.

Услышав шум спускаемой воды, а затем приближающиеся шаги Элены по коридору, оба быстро сменили тему.

— Вот здорово! — воскликнула она, как только появилась на пороге. — Ты пользуешься «Гартманом», как и я!