Фабрика кроликов - Маршалл Кэрп

– Скажите, Фэлко, это вообще как, престижный район считается?

– Раньше здесь селился средний класс. Но после одиннадцатого сентября ньюйоркцы как с катушек съехали – стали скупать все, что имеет четыре стены. Еще бы – отсюда до Нью-Йорка всего два часа езды. Цены подскочили до заоблачных высот. Нам с Лизой повезло – мы еще до ажиотажа купили домик.

Мы остановились у въезда в город. На указателе красовался прикрепленный Торговой палатой плакат следующего содержания: «Добро пожаловать в Вудсток, колонию художников!» На плакате также имелось напоминание о том, что празднование Хэллоуина состоится 31 октября, а церемония зажигания рождественской елки – 24 декабря, на главной площади. На дворе было 24 апреля.

– Говорили мне, что Вудсток законсервировался во времени, но я почему-то думал, будто здесь вечные шестидесятые, – заметил я. – Горожанам, похоже, календарь не указ.

– Ничего подобного, – отвечал Фэлко. – Просто они экономные. Какой смысл каждый месяц платить художнику за смену плаката, пока не наметилось новое событие? Вот скоро будет парад в честь Дня памяти, тогда и уберут Хэллоуин с елкой.

Мы повернули налево, выехали на главную улицу, миновали банк, универмаг, частную клинику, пиццерию, тату-салон и целый ряд витрин, оформленных, по всей вероятности, в рамках сугубо местной программы излечения шопоголиков.

– Вообще-то я большего ожидал от городского пейзажа. Как-никак в непосредственной близости от Вудстока проповедовали мир, любовь и рок-н-ролл, – заметил я.

– Надеюсь, вы простите горожанам это маленькое разочарование. Обычно на двери скобяной лавки висит Ричи Хэйвенс, запечатленный за исполнением «Свободы», но сегодня у него, похоже, выходной. Кстати, вы же, наверно, проголодались. Винс готовит отличные сандвичи с мясным рулетом, – произнес Фэлко, указывая на вывеску «Вудстокские мясные деликатесы».

– Спасибо, меня в самолете накормили.

Мы свернули направо и поехали Дорогой Рок-н-ролла.

– Ну, что теперь скажете о пейзаже? – Прямо на наше лобовое стекло надвигалась огромная гора.

Мы миновали кладбище. Дорога Рок-н-ролла плавно перешла в Дорогу к Горным лугам. Через полмили мы снова повернули направо.

– Это Калифорнийская дорога к карьеру, – пояснил Фэлко. – Странно, что Иг живет именно здесь. В смысле, вы из Калифорнии, а он ваш источник сведений – иными словами, карьер, подлежащий разработке.

Дорога пошла в гору. Проехав не больше мили, мы увидели на обочине темно-синий «форд». За рулем сидел блондинчик столь юного вида, что само наличие у него водительских прав вызывало недоумение. При нашем появлении блондинчик опустил боковое стекло и доложил:

– С утра Иг поехал в город. Заправился, купил газеты, зашел на почту. Потом вернулся и с тех пор сидит дома.

– Спасибо, – бросил Фэлко и добавил, обращаясь ко мне: – Ну и что вам подсказывает интуиция?

О выкупе я поспешил поведать Фэлко еще накануне вечером. Биггзу моя затея не нравилась – он мне всю плешь проел: «Майк, ты уверен, что этому шерифу надо обо всем рассказывать? Вудсток – город маленький. Откуда ты знаешь, может, Фэлко с Игом – лучшие друзья?»

Теперь я убедился, что Фэлко – в высшей степени надежный человек, и про себя порадовался, что не попытался его обойти.

– Интуиция? Интуиция мне подсказывает, что Иг невиновен. Но я хочу использовать его как источник информации. Он же был в курсе и насчет второго убийства.

– Майк, вы хотите, чтобы я помалкивал во время вашей беседы с Игом, или я тоже могу вставить словечко-другое? Я не обижусь, не волнуйтесь.

– Можете вставить словечко-другое. А то Иг подумает, будто вы мой личный шофер.

– А разве это не так? – усмехнулся Фэлко, поворачивая к дому.