Ты должна была знать - Джин Ханф Корелиц

Сильвия кивнула:

– Ничего, еще заметишь. Думаю, уже через несколько часов. На большее не рассчитывай.

И тут Грейс поняла, что до сих пор привыкла смотреть на свою жизнь неправильно, в категориях пространства и границ. Теперь этот принцип не работал. В этой ситуации не имело ни малейшего значения, что Грейс видела себя как часть маленького семейного круга. Этот круг окружал другой, в него входили отец с Евой и люди, с которыми они с Джонатаном общались по работе. Дальше шли просто знакомые. А потом – город, который всегда был домом Грейс. Были ли эти границы проложены правильно, сейчас не имело ни малейшего значения. Привычную жизнь можно было сравнить с автомобилем, на полной скорости мчащемся в тупик, прямо на кирпичную стену, и ни свернуть, ни остановить машину не получится.

– Сочувствую, – продолжила Сильвия. – С одной моей клиенткой тоже вышла похожая история. Правда, тогда времени у нас было побольше.

У Грейс голова шла кругом. При обычных обстоятельствах она сразу захотела бы удовлетворить любопытство. Сильвия специализировалась на трудовом праве и представляла интересы работников, которых незаконно уволили. Были среди ее клиентов и те, кто подвергался сексуальным домогательствам на рабочем месте. Интересно, что это за скандальная история, которая просочилась в прессу? Может, Грейс даже читала о ней в «Нью-Йорк таймс» или «Нью-Йорк мэгэзин». Она часто обращала внимание на такого рода статьи. Потому что они интересные. Кому не любопытно читать о разных людях и о том, как они по собственной глупости попадают в непростые ситуации? Впрочем, сейчас отвлекаться от темы ни к чему.

– И как ты вышла из положения? – вместо этого спросила Грейс.

Сильвия нахмурилась:

– Для начала перевезли ее на другую квартиру. Потом перевели деньги с ее счетов в другой банк. Правда, счета были общие с ее деловым партнером, но тот уже успел прихватить свою долю и смыться. А еще наняли кризисного менеджера. – Сильвия взглянула на Грейс. – Правда, речь идет о достаточно известной женщине. Сама понимаешь, у тебя совсем другая ситуация.

Грейс взглянула на нее. Сильвия в первый раз говорила с ней о работе – во всяком случае, в подробностях. Это была совсем другая Сильвия. Женщина, сидевшая напротив нее и наливавшая в кофе обезжиренное молоко из металлического молочника, казалась незнакомкой. Сильвия плеснула молока так резко, что кофе едва не перелился через край.

– И чем же закончилось дело? – спросила Грейс.

– История вышла долгая, – коротко ответила Сильвия. – Но сейчас не о моей клиентке речь. Давай думать, что делать с тобой.

По телу Грейс пробежала дрожь. Похожим образом она чувствовала себя в колледже, когда ее уговорили – почти заставили! – выступить в качестве рулевой на соревнованиях по гребле. Непосредственные обязанности удавались Грейс хорошо. Сильные и слабые стороны членов команды она тоже чувствовала. Да и наметить стратегию во время гонки тоже была в состоянии. Но хуже всего был час перед стартом. Час паники, волнения и абсолютной убежденности, что именно она, Грейс, и не восемь других участниц, высоких и крепких девушек, все испортит и приведет команду к поражению.

Грейс склонилась над чашкой с кофе. Возможно, дело было в поднимавшемся над горячим напитком паре, который попал ей в глаза и осел на щеках, но Грейс вдруг показалось, что она то ли вот-вот расплачется, то ли уже плачет.

– Давай, – выговорила она. Сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и выпрямилась.

Сильвия терпеливо ждала.

– Но сначала… – продолжила Грейс, – прежде чем что-то обсуждать, я должна узнать… Что тебе известно?

Сильвия решительно покачала головой:

– В том-то и дело, что ничего. Учти, единственное, что до меня доходило, – это слухи. А мои профессиональные стандарты слишком высоки, чтобы принимать за факт непроверенные сведения из ненадежных источников.

– Учту, – произнесла Грейс. А потом, почувствовав, что это будет уместно, прибавила: – Спасибо.

– Но слухи ходят следующие: твой Джонатан состоял в каких-то отношениях с Малагой, детективы захотели с ним побеседовать, но он пропал. Ты знаешь, где он, но скрываешь от полиции. Последнему пункту категорически не верю.

– Это хорошо, – коротко произнесла Грейс, будто этот факт и вправду приносил какое-то облегчение.

– Любопытно, что хорошего ты нашла в этой ситуации? – произнесла Сильвия, разрывая пакетик с сахароза-менителем и высыпая в чашку.

– Что ты не веришь, будто я в курсе, где Джонатан, и чуть ли не сама его прячу. На такое у меня бы смелости не хватило. Да и глупости тоже. Понятия не имею, где он может быть. Джонатан просто…

Тут Грейс запнулась.

– Он действительно был знаком с этой женщиной? С Малагой Альвес?

– Ну-у… Ее сын был пациентом Джонатана. Об этом мне сказали полицейские, а значит, сведения, по всей видимости, достоверные. А что касается остального…

Но Грейс оборвала саму себя на полуслове. Что она хочет сказать – что это все клевета, грязная ложь? Грейс и сама знала, что у полицейских не было никаких причин клеветать на Джонатана. Она понимала, что это лишь верхушка айсберга, но не хотела, чтобы все тайны Джонатана обрушивались на нее разом, иначе ей с ними просто не справиться. А объявлять всем вокруг о невиновности Джонатана Грейс не собиралась. Если хочет, пусть сделает это сам. Только тогда придется дать о себе знать, и Грейс такой поворот событий более чем устраивал.

– М-да… – К удивлению Грейс, Сильвия прибавила: – Теперь понятно.

– Интересно, что тебе может быть понятно в этой истории?

– Сейчас я скажу тебе то, что ты, возможно, уже знаешь. Но если нет, пожалуйста, сделай вид, будто в курсе дела. Видишь ли, я оказалась в довольно двусмысленном положении.

Грейс уставилась на Сильвию.

– А еще хочешь, чтобы я притворялась, будто понимаю, о чем ты!

Сильвия вздохнула:

– Претензии справедливые. Я, конечно, надеялась, что ты знаешь, но теперь вижу, что нет.

– Перестань вести себя как адвокат, – не выдержала Грейс. Прозвучало грубовато. Впрочем, она сейчас была не в настроении любезничать. Придется Сильвии потерпеть.

Сильвия между тем вертела зажатую в ладонях белую чашку. Ручка ритмично ходила туда-сюда.

– Он меня нанимал. Еще в январе.

– Нанимал?.. – недоверчиво переспросила Грейс. Прозвучало так, будто Сильвия только что призналась в чем-то предосудительном. Грейс тут же пожалела о своей резкости.

– Да. Позвонил, назначил встречу, приехал и подписал контракт, чтобы я стала его официальным представителем.

– Господи, – пробормотала Грейс. – Еще в январе…

– Должно было состояться дисциплинарное слушание. Джонатану нужна была консультация. – Сильвия отпила маленький глоток кофе, поморщилась и поставила чашку обратно на блюдце. – Ты знала про слушание?