Самые темные дороги - Лорет Энн Уайт

Рикки сидел рядом с Тори у камина в гостиной на ранчо Броукен-Бар. Тори учила его играть в шахматы. Оливия и Коул поднялись в библиотеку, чтобы не мешать им, и это казалось Рикки чем-то непостижимым. Они оставили Эйса внизу, и он посапывал перед очагом.

Дом был огромным. Вся их квартирка уместилась бы в этой гостиной с открытой планировкой, массивными балками, деревянными панелями и громадным столом для приема гостей и семейных ужинов. Они разделили трапезу за этим длинным столом: он, Тори, Коул и Оливия. Готовила домохозяйка по имени Рошен. На стол были поданы пирог с олениной и другая выпечка, плюс десерт и напитки. Оливия и Коул непринужденно беседовали с Рикки о том, собирается ли он покупать новый снегоход и намерен ли он устроиться летом на временную работу. Они спрашивали, сколько у него родственников, какие фильмы и книги ему нравятся. Что он думает о проекте строительства нефтепровода на севере, поскольку многие члены индейской общины, к которой принадлежал Рикки, принимали участие в политических протестах по этому поводу.

Его изумило, что людям не безразлично его мнение о таких абстрактных вещах. Как будто оно имело какое-то значение. Как будто им на самом деле было интересно. Это заставило его призадуматься. Раньше он не обращал внимания на возможные последствия такого строительства на индейских территориях и не думал, что произойдет с лесами, реками и животными в случае утечки нефти.

Мысли Рикки обратились к Бегущему Ветру, поскольку его дед заботился и беспокоился о подобных вещах. Но воспоминания о Бегущем Ветре были горькими. Слова Эша мелькнули в голове Рикки, когда он передвинул пешку.

«Бегущий Ветер вручил тебе этот нож как тотем, как память о себе. А не для того, чтобы вскрывать сарай у несчастного старика и красть его брагу… Он ушел туда отчасти ради себя, а отчасти ради тебя, Рикки. Ради тебя, твоей матери и Патти… Ты думаешь, что ему было бы лучше, если бы он позволил подключить себя к медицинским аппаратам? Месяцами валяться в стерильной клинике и высасывать из вашей семьи деньги, которых у вас все равно нет?»

Эти слова наполняли его чувством вины. Но они зажгли крошечный огонек в его груди – желание прожить жизнь так, чтобы его дед мог гордиться им. Как будто Бегущий Ветер был компасом, и, может быть, если Рикки будет следовать указаниям этого компаса, у него появятся такие вещи, как этот фермерский дом. Вкусная еда за большим столом. Люди, которым интересно, о чем он думает. Если у него будет такой замечательный дом, то Патти переедет к нему и избавится от паршивого любовника его матери. Рикки беспокоило поведение этого типа. Рикки боялся, что и младенец, родившийся от этого парня, тоже может пострадать. Мысли переключились на то, что Ребекка говорила Эшу о кетамине, и постепенно становились все более мрачными.

Тори вдруг наклонилась вперед и сняла одну из его пешек с доски, освободив путь для своего слона к его ферзю.

– Эй!

Тори хихикнула и помахала снятой пешкой.

– Ты обречен, приятель. У меня все схвачено.

Рикки нахмурился и уставился на доску в поисках выхода из тяжелого положения. Эйс заворочался перед очагом. Снаружи завывал ветер, и Рикки ощущал не только физическое, но и душевное тепло. Безопасность и уют. Он поднял голову и встретился со взглядом Тори. Его сердце странно сжалось. Возможно, когда-нибудь, если такой день настанет, он сможет жениться на такой девушке, как Тори.