Точка кипения - Али Найт

— Мама, мне страшно!

Я обнимаю плачущего Джоша и испытываю приступ сильнейшего гнева к женщине, стоящей по ту сторону двери. Пол тяжело дышит. Попытка оказалась напрасной. Он подходит к разбитому окну и кричит — его голос соревнуется с дождем, барабанящим по железной крыше соседского сарая. Возможно, кто-то нас и услышит. Но это только возможно, а нам нужна определенность. Нам необходимо спастись. Пол какое-то время всматривается вдаль. Когда он поворачивается, его глаза блестят.

— Ты пройдешь здесь.

Я подхожу к окну и смотрю вниз. Осколки разбитого компьютера блестят под дождем на земле далеко внизу.

— Я буду тебя держать и раскачивать веревку, а ты пролезешь через окно в спальню внизу.

Я смотрю на него с недоверием. Он распахивает вторую створку окна. Я снова выглядываю из окна.

— Слишком далеко, — шепчу я.

Но Пол настаивает:

— Это наш единственный выход. Ты не сможешь меня удержать, а я тебя смогу. Ты сделаешь это…

— Нет, Пол, я не смогу!

— Ты должна это сделать. Доверься мне.

Я вздрагиваю. И снова возвращаются сомнения, яркие и страшные. Мы как будто снова в трех милях от Хэмпстед-хит в тот жаркий летний вечер, когда Пол не поймал меня. Что он тогда сказал? «Неужели ты не доверяешь мне?» Эти же самые слова он произнес, когда мы шли через тоннель в Вулидже, — слова, из-за которых мне пришлось заявить на него в полицию, после чего вся наша жизнь пошла наперекосяк.

— Доверься мне, Кейт, это наш единственный выход.

Я смотрю в глаза своего мужа. Он задыхается от волнения. Неужели такой конец ты так долго планировал, Пол? Ты никогда бы не навредил своим детям, в этом у меня нет никаких сомнений. А мне? Как сильно ты будешь бороться за меня? Тогда в Хэмпстед-хит ты сказал:

— Финальная часть падения самая значительная.

Как долго ты будешь держать меня, Пол?

Любовь — это вера, а вера слепа. Ты выбираешь или А, или Б. В данный момент я выбираю окно, потому что мне надо выбраться отсюда, найти Аву и закончить эту ужасную историю. Я хватаюсь за руку Пола — руку, за которую держалась у алтаря много лет назад.

— Я доверяю тебе, Пол.

Он сжимает меня в объятиях.

— Я люблю тебя, Кейт. Больше, чем ты думаешь.

Я выглядываю в окно, идет проливной дождь. Из-за него наши руки будут влажными, а подоконник скользким. На земле далеко внизу видны большие лужи. Я заправляю джинсы в носки, застегиваю кожаную куртку, поднимаю воротник — словом, делаю все возможное, чтобы защититься от разбитого стекла. Потом завязываю веревку вокруг талии.

— Мама, что ты делаешь?

Я не смотрю на Джоша, зная, что ничто не должно отвлекать меня от предстоящего, ничто не должно ослабить мою решительность.

— Я хочу, чтобы ты отошел в другой конец комнаты и стоял там, понятно?

Джош не отвечает.

Мы придвигаем кровать ближе к окну, и Пол цепляется за нее ногами.

— Эгги, это должно сработать.

Я слабо улыбаюсь.

— Я всегда была хорошей альпинисткой.

— Только доберись до двери. Я буду ждать тебя.

Я киваю, ложусь на подоконник и опускаю одну ногу. Я стараюсь не смотреть вниз. Потом, глядя Полу в глаза, перекидываю вторую ногу. Пол вытирает руки о брюки, и я хватаюсь за его запястье, заставляя его вздрогнуть от боли, потому что там остались раны от веревки.

— Извини, — шепчу я.

Он кивает, показывая, что все в порядке. Под ногами я чувствую ужасную пустоту. Я вскрикиваю и хватаюсь за его второе запястье.

— Только не отворачивайся! — прошу я.

Пол смотрит на меня огромными глазами. В течение многих лет я тонула в этих глазах в мгновения удовольствия, и боли, и экстаза. Если я упаду, это будет последнее, что я увижу.

— На счет три оттолкнись от стены, и я опущу тебя на несколько футов.

Я упираюсь ступнями в мокрую стену.

— Раз.

Кровать Джоша стоит прямо под окном этажом ниже и должна смягчить удар, если я сильно раскачаюсь и влечу в окно.

— Два.

Ужас одолевает меня, но прежде чем я успеваю выкрикнуть «Стой!» и забраться назад в комнату, он говорит:

— Три!

Мое сердце уходит в пятки, когда Пол отпускает веревку, и я повисаю в воздухе на высоте третьего этажа. Если бы у меня было время, я бы молилась, но едва эта мысль проносится в голове, мои ноги касаются окна спальни Джоша. Я уже почти там, но потом восторг сменяется паникой, потому что я только-только успеваю встать коленями на подоконник, как мое тело отклоняется назад, и я кричу, а затем вижу канал — правда, в перевернутом виде, потому что повисаю вниз головой. Я извиваюсь, сквозь слезы вижу перепачканное лицо Пола, хватаюсь за усыпанный стеклом подоконник и напрягаю все силы, чтобы приподняться. В это мгновение дверь в комнату Джоша открывается, и Порша идет к окну. Она спешит, но я, охваченная животным страхом, действую быстрее и наконец оказываюсь в комнате. Мои руки в крови.

Порша держит в руке тяжелую статуэтку Будды размером с большой камень.

— Так вот чем ты убила Лекса! А сейчас хотела оставить ее здесь и уйти!

— Кейт! — Ее голос спокоен даже сейчас. — Ты что, не понимаешь? — Она язвительно смеется, медленно подступая ко мне. — Сейчас, когда все актеры на месте, мы можем завершить наше шоу. И согласись, Кейт, это будет то еще зрелище!

Меня охватывает эйфория от осознания того, что я пережила этот спуск и все-таки проникла внутрь. Я делаю шаг в сторону к столу Джоша. Я знаю, что там посреди груды стеклянных шариков лежит кирпич. Но мне необходимо, чтобы Порша продолжала говорить. Моя футболка прилипла к спине, и я стараюсь не думать об изрезанных стеклом руках.

— Зачем? Зачем ты это сделала?

Пол кричит наверху, и все больше чувствуется запах газа.

— Да ладно тебе, не прикидывайся. И не делай вид, что ты не понимаешь причин. Невыносимо осознавать, что теряешь все, что заработала тяжким трудом, не так ли, Кейт? Твое видео отлично доказывает это. Боль от разрушенного брака…

— Полиция знает, что это сделала ты.

Порша улыбается.

— Ты хватаешься за соломинку. Когда они придут сюда, то решат, что ты убила Джерри в попытке самообороны.

— Как ты заманила его сюда?

— Это не я. Это ты. Ты отправила ему утром сообщение с заманчивым предложением, от которого он не смог отказаться. — Она видит мое замешательство и продолжает: — О, Пол не мог об этом не рассказать! Он так гордится тем, что ты нашла Джерри в Челтнеме и что он пришел на передачу, потому что уважает тебя. Тебе следовало бы лучше следить за своей сумочкой у Джесси, твой телефон чуть ли не вываливался из нее.