Искусство Игры - Скотт Макбейн

— Придет время, Дэвид, и я все расскажу. А пока у меня к тебе две просьбы.

— Давай говори.

— Первая простая. Мне надо открыть счет в твоем банке и провести через него транзитом крупную сумму.

— Нет проблем.

— Вторая сложнее. Есть на Тайване один человек, с которым я хотел бы встретиться. Может, ты или кто-либо из твоих знакомых знает, как с ним связаться.

— Конечно. На нашем острове я знаю почти всех значительных людей. Кто он?

— Хью Ли.

Дэвид поперхнулся виски. Достал платок, откашлялся и тревожно посмотрел на Эндрю.

— Зря ты в это ввязываешься. Не надо играть с огнем.

— Но ты с ним знаком?

— Нет! — отрезал Дэвид. — И не собираюсь. От таких людей лучше держаться подальше.

— Почему?

Дэвид помрачнел.

— Потому что Хью Ли — глава тайваньской триады. Очень опасный человек. О его жестокости ходят легенды.

— Откуда он появился?

Дэвид понизил голос:

— До прихода к власти коммунистов он орудовал в Южном Китае. Вместе с братом верховодил в преступном мире в Гуанчжоу. Там были и наркотики, и проституция, и продажа людей в рабство, и игорный бизнес, и еще много чего. Они двое фактически правили городом. Когда же в Китае стал верховодить председатель Мао, Хью Ли сбежал и пристроился на Тайване. А вот брату не повезло. — Дэвид подлил им еще виски. — Его арестовали, и, насколько мне известно, он до сих пор сидит где-то в тюрьме в Китае. Хью Ли же за короткое время создал на Тайване мощное отделение триады. В основном контролирует игорный бизнес и проституцию. А также занимается контрабандой в Китай разных товаров и наркотиков. И до сих пор уцелел, потому что очень мудрый.

— Мудрый?

— Не то слово, — усмехнулся Дэвид. — Он приручил тут почти всех. Кого не удалось запугать, купил. Поэтому полиция ничего не может с ним сделать. К Хью Ли на Тайване не подступишься. У него много влиятельных защитников. Стоит полиции завести дело, как оно сразу разваливается. Свидетели умирают, улики исчезают, присяжных подкупают, а он сидит как ни в чем не бывало, притаившись в тени, как крокодил. Высматривает добычу. Одно время нацелился на наш банк. Мы переполошились, но у президента банка есть родственник на самом верху, так что Хью Ли не захотел связываться. Я же говорю, он очень мудрый.

— Но если так, почему не вызволит брата из тюрьмы? — спросил Эндрю. — Не хочет?

— Как не хочет? Говорят, он до сих пор мучается этим. Ты же знаешь, насколько важны для китайцев родственные связи. А Хью Ли, несмотря на свое богатство и влияние, не способен вытащить брата на свободу. Это же позор. Добраться до Китая у него оказались руки коротки. Да и вообще, возможно, его брат уже умер.

Входная дверь щелкнула. Вернулась жена Дэвида.

Он наклонился и прошептал:

— Советую тебе, как старый друг, не связывайся с ним. Опасно.

Эндрю кивнул.

— Последний вопрос: где обитают люди из его триады?

Дэвид обреченно вздохнул:

— Зачем это тебе?

— Нужно.

— Поищи в Запретном квартале, — пробормотал Дэвид и посмотрел на стоящую в дверях жену.

— Как? — спросила она улыбаясь. — Хорошо поговорили? Вспомнили старые времена?

— Да, вспомнили. — Эндрю тоже улыбнулся.

Они посидели еще часок втроем. Потом Эндрю собрался уходить. Жена Дэвида обняла его у двери.

— Пожалуйста, приходи почаще, не пропадай. Мы всегда тебе рады.

Дэвид проводил его до лифта. Он был очень расстроен.

— Эндрю, мы были друзьями много лет, и… я очень боюсь тебя потерять.

— Все в порядке, не беспокойся, Дэвид. Я буду звонить.

Тот на секунду задержал его руку.

— Очень прошу тебя, Эндрю, будь осторожен. Очень осторожен.

«Я покажу тебе страдания, покажу и конец страданий». Так сказал Будда.

«Сохранил бы Будда свой оптимизм после посещения Запретного квартала?» — подумал Эндрю.

В этом районе на окраине Тайбэя царили преступность и порок в чистом виде. Здесь, в обнесенном высокой стеной огромном гетто, обосновалось отделение триады, предводимое Хью Ли. Рядом обитали также и субъекты его грязного бизнеса. Девочки и мальчики, женщины и мужчины на любой вкус, пребывающие в подлинном рабстве, их сутенеры, разнообразные гангстеры, наемные убийцы, мелкие воришки, владельцы ночных клубов, казино — все их существование направлялось злой волей этого небожителя, которого они никогда не видели, так же как не видели его и живущие на другом берегу реки банкиры, адвокаты, судовладельцы, хозяева магазинов, биржевые маклеры, которые постоянно ощущали исходящую от него угрозу и часто подчинялись его приказам.

О месте пребывания владыки не ведали даже многие приспешники. Где-то за мерцающими неоновыми вывесками, дешевыми барами с караоке и борделями, в самом сердце Запретного квартала свил себе гнездо Хью Ли, окруженный невероятной роскошью. Гостиная размером с оперную сцену, бассейн олимпийского класса, личный кинотеатр в саду, обширная библиотека порнографии, богатейшая коллекция нефритовых скульптур, одна из лучших на Дальнем Востоке, — все это предназначено только для одного человека, ему на потребу. Но никто не знал, что Хью Ли тоже живет в страхе. Он не решался признаться даже самому себе, что живет в тревожном ожидании непрошеного гостя, которого невозможно ни запугать, ни купить. Он жутко боялся смерти и, чтобы оградиться от нее, предпринимал все мыслимые и немыслимые меры. К его услугам была многочисленная изощренная охрана, самые лучшие врачи, китайские народные целители. Основными продуктами его питания являлись женьшень, медвежьи лапы и львиные пенисы. Вот так и жил Хью Ли, как крокодил, старея и становясь все более злобным.

Произведя изыскания в Запретном квартале, Эндрю снова поехал в Пекин к профессору Вану. Они опять беседовали во дворике. Когда Эндрю рассказал, зачем ему нужен Хью Ли, профессор помрачнел.

— Это очень влиятельный злодей. На юге страны его до сих пор помнят и говорят о нем с ненавистью и страхом.

— А можно что-нибудь выяснить о его брате?

Профессор Ван посмотрел на Эндрю и сделал несколько глотков чая.

— Как вам известно, я пострадал во времена «культурной революции». Со мной в ссылке были несколько человек, которые теперь занимают в стране высокое положение. Попробуем узнать у одного из них.

Они прошли в кабинет профессора. Он сел за письменный стол, написал записку и протянул Эндрю.

— Много лет назад этот человек был в большой беде, и я помог ему. Вероятно, сейчас он поможет вам.

У двери, прощаясь, профессор Ван добавил:

— Эндрю, хочу напомнить вам одну строчку из дао, которую вы, наверное, забыли: «Если не можешь чего-то сделать, остановись вовремя».