Ночной поезд - Эмили Барр

Из персонала там находился круглолицый мужчина, который широко мне улыбнулся. Он, очевидно, спекся в своей деловой рубашке и шерстяной фуфайке-безрукавке, но его лицо не выдавало негативных эмоций.

– Вы хотели бы купить обувь, – высказал он догадку, затем посмотрел на мои ноги. – О, вот это да! Вам просто необходима другая обувь.

– Да, – согласилась я. – Я забыла о туфлях.

– Мы подыщем вам какие-нибудь сандалии. Когда вы в них походите, вы найдете их такими прекрасными, что не будете покупать обувь ни в каком другом магазине.

Я представила себе, как лечу сюда на самолете всякий раз, как мне понадобятся туфли.

– Возможно, – кивнула я.

– Скажите вашим друзьям: лучшие туфли в начале улицы Хао-Сан.

– Хорошо, скажу, – отозвалась я. Интересно, как бы отреагировал этот человек, узнав, как мало у меня друзей: женщина, подозреваемая в убийстве и укравшая мой паспорт; полицейский, поцеловавший меня, несмотря на то что знал о моих тревожных иллюзиях; умерший бойфренд, дух которого испарился; и бизнесмен из Сити шестидесяти с лишним лет, единственный человек, с которым я общаюсь. – Да, – прибавила я. – Я скажу им всем.

Я вышла из магазина в удобных сандалиях, пропускающих воздух, который вдруг стал казаться свежим и чистым, с каждым шагом ублажая мои разгоряченные ноги. Я решила купить чашку кофе. Буду задавать себе по одной цели за раз. Как только сяду с чашкой кофе, то снова включу телефон и продолжу свои манипуляции.

Пресловутая Хао-Сан-роуд, место, где Лара встретила Джейка и где, возможно, оба они прячутся сейчас, оказалась вовсе не такой, как я представляла. В моем воображении она была грязной и устрашающей, забитой жуткими наркоманами и контрабандистами, где на меня из мрака станут выскакивать психи и преступники. Мне представлялось место, в котором я буду выделяться своей наивностью и чужеродностью и стану целью для всякого рода зловещих персонажей.

Это, однако, оказалась совсем другая улица. В ее начале размещались лотки с едой, и, повинуясь импульсу, я купила пакет ананасовых ломтиков и пошла дальше, обливаясь соком, потекшим по подбородку. Улица была уставлена лавками, многие из которых представляли собой обычные ларьки с одеждой, забегаловками, гостиницами и настоящими магазинами с дверьми. Дул легчайший теплый ветерок, и я с благодарностью подставила ему лицо.

Мне кивнула проходящая мимо пара средних лет. У обоих были седые волосы, подстриженные благоразумно коротко, длинные шорты и сетчатые футболки, и они выглядели как люди, которые скорее поедут пешими туристами в Швейцарские Альпы, чем в какой-то Таиланд. Две женщины примерно моего возраста сидели за столиком поблизости, сосредоточенно изучая путеводитель и делая записи. Они были одеты в короткие майки с открытыми плечами и короткие юбки и точно так же могли бы выглядеть в Италии. Я осмотрелась вокруг в поисках фриков и людей без определенных занятий, но самое большее, что мне удалось нарыть, был мужчина с длинной седой бородой и бегающими глазами, а в лондонской подземке я видела людей и почуднее. Это точно не Джейк; во всяком случае, я так решила. У меня не имелось четкой фотографии, с которой можно было бы свериться. Шансы, что он окажется Джейком, были невелики.

Я выбрала кафе со странной тростниковой крышей и села за столик рядом с дорогой.

Алекс написал мне пять электронных писем. В первый раз с тех пор, как я от него сбежала, я заставила себя открыть одно из них.

«Айрис, – говорилось в самом последнем. – Я ходил в ваш отель. Не с целью вас преследовать, а потому, что очень о вас беспокоюсь. Мне сказали, что вы выехали несколько дней назад. Я позвонил вам в Корнуолл, но, конечно, никто не ответил. Не знаю, что еще можно сделать. Бросились ли вы в Азию искать Лару? Или же прячетесь от меня в Лондоне? Вам нет нужды больше со мной видеться. Не могли бы вы, умоляю, сообщить, что вы в безопасности? В ином случае мне придется надеть свою полицейскую фуражку и искать вас по-настоящему.

Я еще раз прошу прощения за все, что произошло между нами. Я был слишком агрессивен, признаю это. Я был груб. Понятия не имею, о чем я думал.

Это все. Пожалуйста, берегите себя и, пожалуйста – пожалуйста! – сообщите мне, что с вами все в порядке. После этого вам никогда не придется иметь со мной что-то общее.

Ваш друг Алекс».

Я сглотнула комок в горле. Алекс ждал ответа, и я заставила себя его написать, набив чопорный короткий текст на телефоне и отослав его, не перечитывая.

«Я в Бангкоке, не слишком преуспела, но со мной все будет хорошо. Извините, что так умчалась тогда. Это было невежливо с моей стороны. В любом случае не волнуйтесь. Я позвоню вам, когда приеду домой. Я в полной безопасности. И еще, Алекс: я отправила вам кое-что, что объяснит, зачем я здесь. Я не знала, куда это отослать, поэтому отослала в фалмутский полицейский участок. Вам надо получить это и прочитать. Спасибо».

Я пожалела об этом письме, как только оно ушло: ни капли моего расположения к Алексу не проглядывало в ответе. Все равно. По крайней мере, он будет знать, что я в безопасности и что нужно проверить почту в Фалмуте. Я написала еще один твит на аккаунт Лары, хотя уже не надеялась на ее ответ. Я написала ей, что у меня есть деньги: ведь, если только Лара не принялась за старое, она вполне могла нуждаться в наличности. Затем я послала письмо на ее электронный адрес, хотя это и было бесполезно: Алекс сказал мне, что этот адрес отслеживается и, если она выйдет по нему на связь, в полицейском участке получат сигнал. Лара не поступит так опрометчиво.

Я оставила на столике горку батов^[67] и отправилась обратно в отель, неся свои невостребованные ботинки в полиэтиленовом пакете, ручки которого врезались мне в запястье. По дороге я сделала телефонный звонок, заказав билет на обратный рейс домой. Имея банковскую карту, это было нетрудно.

Это случилось на углу. Я поворачивала к гостинице, когда моя новая сандалия угодила в маленькую ямку в дегтебетонном тротуаре и я потеряла равновесие. Кто-то материализовался рядом и протянул обе руки, чтобы меня удержать. Я споткнулась, но не упала. Причем совершенно самостоятельно.

Я в замешательстве подняла глаза и, увидев его, зажмурилась.

– Нет, – проговорила я. – Нет. Абсолютно нет.

– Привет, Айрис, – произнес он своим собственным голосом, который ни с чьим нельзя было спутать. – Все нормально?

Я покачала головой.

– Нет, – повторила я. – Тебя здесь нет. Все кончилось.

– Почти кончилось.

Я повернула прочь.

– Ты у меня в голове. Хотя выглядишь лучше. Извини, я сделала тебя таким жалким в конце.

– Ничего, – сказал он. – Все нормально.

Я быстро посмотрела на него, потом в сторону. Он отличался от того Лори, который слонялся по дому в Будоке. Этот походил на настоящего Лори, на того, каким был когда-то мой парень. Высокий и сильный, с блестящими глазами и гладкой кожей, и, будучи в Таиланде, он был одет в шорты, свободную футболку и вьетнамки. Я протянула к нему руку, затем ее отдернула. Я хотела сохранить иллюзию, хотя бы ненадолго.