Поденка - Джеймс Хэйзел

– Ты хорошо знаешь историю. – Сандра изобразила улыбку.

– Подожди, – сказал Чарли. – О чем ты говоришь?

– Та группа, за которой охотился Рен, была создана в шестидесятых, так он мне сказал. Нет, они не неонацисты, все обстоит куда более странно. Они пытаются повторять опыты нацистских врачей.

– Они ставят опыты на людях? – в ужасе спросила Джессика. – Это и сказал вам Рен?

Сандра молча кивнула.

Прист отхлебнул чаю, и ему показалось, что у напитка металлический привкус. Он уже начал строить в воображении картинку – дерево с ветвями, представляющими собой частички сведений: о нацистских врачах, яде, деньгах… Но каким боком сюда вписывается убийство Майлза Эллиндера?

Врач-нацист, о котором говорил Тифф, Курт Шнайдер, вроде бы разработал тот самый яд, который применили для убийства того человека в лесу.

– Могу догадаться, что случилось потом, – задумчиво проговорил Прист.

Сандра стыдливо опустила взгляд.

– Я запаниковала. После того как Рен ушел, я несколько ночей не могла спать. Раз за разом открывала сейф и просматривала этот список имен. Ты должен меня понять: если бы Рен добился постановления суда об изъятии данных, моей фирме пришел бы конец. Все бы узнали, что я их хранила.

– И тогда ты отослала ему эти данные и уничтожила файл? – тихо спросил Чарли.

Глаза Сандры наполнились слезами.

– Да, и мне за это гореть в аду. Но как он оказался у тебя?

– Мне его прислал Рен. Думаю, та группа, о которой ты говорила, добралась и до него. Очевидно, они угрожали его семье, его дочери, так что проблем у него было по горло. Вот он и отправил флешку с этим файлом мне.

Прист в который раз вспомнил письмо, которое написал ему Рен: «У меня мало времени. На кону стоят жизни людей. Я пишу эти слова вполне осознанно, зная, что своими действиями я могу подвергнуть опасности и тебя».

– Почему ты решил, что его дочери что-то угрожало? – спросила Сандра.

– Она пропала без вести. Исчезла без следа. Последнее, что она слышала, был голос ее отца на автоответчике, просящий ее спасаться бегством.

Сандра откинула волосы со лба и сложила руки на груди, удрученно покачав головой.

– Я думала, что буду спасать людей, а не подвергать их риску.

Чарли хотел сказать, что она поступила правильно, но был отнюдь не уверен, что сумеет убедительно солгать. Возможно, именно из-за этого файла Рен и погиб. У него были имена преступников, но он оказался к этому не готов. Возможно, после разговора с Сандрой он вообще передумал, потому что они добрались до него и до Хейли.

Лицо старой знакомой отражало все возрастающую тревогу: беспокойство буквально сочилось сквозь кожу.

Чарли пытался увязать одно с другим.

– Сандра, получив обновления для базы данных, ты регистрируешь время и дату их внесения?

– Да. И?

– В этой базе, судя по всему, указаны имена и адреса членов преступной группы, о которой говорил Рен. Вероятно, это своего рода страховка.

– Так что все эти люди повязаны круговой порукой, – подвела итог Джессика.

– И если кто-нибудь проговорится, то эта информация выйдет наружу, и все те, кто значится в списке, будут разоблачены.

– Что-то я не пойму, – нахмурилась Сандра, – к чему ты клонишь?

– Ты же не хочешь, чтобы стало известно, что это ты слила базу данных, и чтобы члены группы пришли за тобой?

Сандра провела рукой по лицу.

– Прист… ты можешь уладить это дело?

– Зависит от обстоятельств. – Чарли сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.

Он был измотан, комната кружилась перед глазами, и очертания предметов то и дело расплывались.

– От каких обстоятельств?

– От того, скажешь ли ты мне, откуда этот файл взялся.

Повисло молчание. Сандра кусала губы и смотрела с вызовом, но Прист не сомневался – она что-то скрывает.

– Как я уже говорила…

– Только не держи меня за дурака. Просто скажи, кто создал этот гребаный файл. Ведь тебе известно имя.

Мисс Барнсдейл с усилием сглотнула.

– Мне грозит опасность. Ты наверняка и сам это понимаешь.

– Верно. Поэтому скажи мне, и я постараюсь сделать так, чтобы тебе ничего не грозило.

Сандра все еще сомневалась. Прист сидел, сложив руки на груди, и молча ждал. В конце концов она тряхнула волосами и встала.

– За это меня убьют. – Хозяйка офиса пошарила в шкафу, стоящем у двери, и, достав из него потрепанную папку, положила ее на стол.

Прист и Джессика наклонились над ней.

Миллер, Ева.

– Кто она такая? – спросил Прист, беря в руки папку и открывая ее.

Бумаг в ней оказалось немного. Несколько коротких писем, записи, сделанные от руки, и завещание.

– Она была клиенткой нашей фирмы, – призналась Сандра. – И не так давно умерла. Ее имуществом распоряжалась я. Это она оставила папку на ответственное хранение моему отцу. На всякий случай я не стала уничтожать содержащиеся в ней бумаги.

Достав из папки завещание, Прист положил его на стол. Провел пальцами по пожелтевшим листам бумаги, сшитым лентой. Ева Миллер умерла, но наличие завещания означало одно: ей было что оставить в наследство, и был тот, кому она его оставила.

Наконец-то мы как будто к чему-то пришли.

– Я сэкономлю тебе время, – сказала Сандра. – В этом завещании значится только один наследник. Полковник Альберт Рак.