Убить Пифагора - Маркос Чикот

Цифры, геометрические фигуры, символы…

В течение нескольких минут глаза человека в маске всматривались в письмена: это было не просто внимательное изучение, а сложный процесс, представлявший собой ворота в математическое измерение. Затем он опустил веки и погрузился во вселенную знаний, используя исключительно силу разума. Он преодолевал неизмеримые расстояния, исследовал неизвестные пространства, наблюдал, изучал… и время от времени распутывал еще один узел, открывал закрытую дверь, отыскивал новый, пусть смутный, но ведущий к великим открытиям, которые сделают его мудрее и дадут власть над природой и людьми.

Легкий шум за спиной вывел его из транса. Внимание вернулось к телесным чувствам, и он увидел себя сидящим в подземелье своего убежища.

— Проходи, Крисипп, — донесся его глухой каменный голос.

За спиной открылась дверь. Вместо того чтобы повернуться, он искоса посмотрел в высокое бронзовое зеркало, стоявшее у стола. В полированной поверхности отразился Крисипп, вошедший в подземелье и остановившийся в паре метров.

— Учитель, задание выполнено.

— Какие-нибудь неприятности?

— Ни одной, господин.

— Превосходно.

Крисипп повернулся и вышел, закрыв за собой дверь. Человек в маске почувствовал, как внутри зарождается ликование, теплое и шипучее. Он не стал ему препятствовать, и из-под черной маски вырвался гортанный смех.

Последний пункт его плана был успешно осуществлен. Благодаря Крисиппу моряк в это время плыл в Афины с приказом не возвращаться в Великую Грецию. Он завербовал его двенадцать дней назад среди теринских рыбаков, в паре дней пути к западу от Кротона. Человек без привязанностей, с мутным прошлым, бежавший два года назад из Сиракуз. Промышлял он тем, что продавал рыбу, которую удавалось поймать с лодки размером чуть больше доски. Его недостижимая мечта состояла в том, чтобы однажды отправиться в Афины и промышлять рыбной ловлей на приличной лодке. Человек в маске понимал, что ради этой мечты он готов сделать все, что от него потребуют.

Из Терины он перевез моряка в убежище, располагавшееся между Кротоном и Сибарисом. Во время поездки использовал нужные слова, чтобы промыть ему мозги, отключить сомнения и разжечь амбиции. Это заставило моряка почувствовать, что служение богам или человеку в маске — почти одно и то же. К концу путешествия человек в маске добился от моряка абсолютной преданности. Если бы его поймали, он бы без колебаний выбрал смерть, не выдав хозяина ни словом.

Уже в убежище он объяснил, что моряк должен ежедневно являться в таверну и ждать молодого пифагорейского учителя, а дождавшись, заболтать его и запутать тщательно продуманной ложью. В конце он передал ему все необходимое для завершения обмана: мешок с золотыми дариками, которые тот должен был показать неосторожному учителю, и заготовленные пергаменты, раскрывающие тайны додекаэдра.

Человек в маске снова издал смешок, похожий на хруст мелких камней.

«Я должен успокоиться, чтобы продолжить занятия», — упрекнул он себя. Он применял на практике совершенно новые знания. Когда овладеет ими сполна, его сила возрастет.

«Через несколько часов я закончу, и тогда… — вздохнул он под маской, стиснув зубы. — Тогда все будет возможно».

Ему понадобилось время, чтобы успокоить волнение, которое вызывала в нем близость безграничной власти. Он чувствовал себя кукольным мастером, заставляющим плясать под свою дудку моряка, Крисиппа, обманутого учителя из общины, охваченного слепым пламенем гнева… В убийстве Ореста все исполняли его желания, подобно рабам, лишенным выбора. Замысел казался ему шедевром, однако для его исполнения понадобились определенные знания: тайна додекаэдра, грязное прошлое Ореста, точные детали пифагорейской клятвы.

* * *

Возле двери подземелья Крисипп пристально наблюдал за обстановкой. Вокруг небольшого каменного строения лес был особенно густым. С расстояния, превышавшего двадцать-тридцать метров, никто не мог бы разглядеть человеческое жилище. Тем более подземелье, куда можно было попасть через единственную замаскированную дверь. Гористая местность, удаленная от дорог, делала чье-либо появление маловероятным. Без сомнения, это было отличное укрытие.