Древние - Дэвид Линн Гоулмон

— Нужно найти телефон и сообщить плохие вести.

— Думаешь, она разговорится?

Коллинз, пошатываясь, встал и попробовал собраться с мыслями. Далия понемногу приходила в себя.

— Разговорится. Иначе вдруг останется одна-одинешенька в стране, где регулярно пропадают люди.

Американское консульство

Аддис-Абеба, Эфиопия

Джек, Карл, Менденхолл и Райан следили за допросом через одностороннее зеркало. С Лорейн Мэтисон, известной в коалиции под псевдонимом Далия, беседовала Вирджиния — ее еще мутило после перелета с базы «Неллис» в кабине F-15. Пленница сидела в кресле с прямой спинкой, ее руки были прикованы к подлокотникам.

Сара и геологи следили за трансляцией из Невады, надеясь узнать что-нибудь полезное для расшифровки свитков.

— Значит, волну создали по тем самым свиткам, что сейчас у нас? — спросила Вирджиния, скрестив руки на груди. Она держалась спокойно, однако в душе пылала гневом: ведь эта женщина отдавала приказы убить с такой же легкостью, с какой просила меню в ресторане.

На Далии был тот же костюм, в котором ее привели, и, как женщина, Вирджиния сразу поняла, что это страшно раздражает собеседницу.

— Да.

Джек запросил у «Европы» досье на Далию. Суперкомпьютер проник в базу данных ФБР и извлек из архива весьма прозаические факты. Лорейн Мэтисон, дочь преуспевающего литератора, закончила Беркли, потратила пару лет на исследовательскую работу в ЦРУ, но ей быстро наскучило. Всю свою юность Лорейн стремилась быть непохожей на отца и друзей, исповедовавших либеральные идеи. Наконец она ушла из ФБР и подалась на вольные хлеба — больше никаких сведений в досье не было.

— Нам известно, что часть членов коалиции — прямые потомки Древних, а значит, им знакомы легенды, что именно ключ и волна погубили Атлантиду. Почему Томлинсон уверен, что сможет управлять оружием и не уничтожить весь мир?

— По оценкам его ученых, мощность волны с ключом увеличится на двадцать тысяч децибел, а тоновые канавки на бриллианте позволят направлять нужную мощность на определенные разломы и геологические структуры с хирургической точностью. Больше я ничего не знаю. Томлинсон не любит распространяться о своих планах.

При упоминании геологических структур Сара задумалась. Откуда-то из глубин сознания снова всплыла та самая неуловимая мысль — и снова исчезла.

— Ради чего коалиция затеяла все это безумие? Хочет править миром?

— Вы по-прежнему не понимаете. Коалиция хочет стереть границы между государствами, которые ограничивают рост благосостояния. Власть зиждется лишь на армии, которая держит собственный народ в подчинении. Томлинсон намерен стереть такую власть с лица Земли. Не народы, как раньше, а только их правителей.

— Если так, то зачем убивать политических лидеров Запада? Зачем устраивать войну в Корее? Ведь это ослабит Соединенные Штаты.

— США всегда поддерживают статус-кво во всем мире, а если Америка ослабнет, то будет поглощена внутренними делами. Тогда все блага мира потекут в руки национальных лидеров, которых поддерживает коалиция, а их народы получат пищу, деньги, предметы роскоши. Зачем покорять, если можно купить? Волна — лишь для тех стран, которые не признают новый порядок. Быстро и просто, — улыбнулась Далия.

Вошли Джек c Эвереттом и протянули Вирджинии папку.

— Прежде чем перейти к следующим вопросам, скажите, разобрались ли вы во всем, что касается ваших друзей — Древних?

Коллинз бросил на нее равнодушный взгляд. Его не сильно интересовало, что эта женщина знает о Марте с Ротманом.

— Полагаю, вы будете удивлены, когда узнаете, что они вовсе не невинные овечки, какими стараются казаться, — усмехнулась Далия.

Вирджиния сделала паузу. Джек с Карлом замерли спиной к зеркалу, ожидая приказа.

— Пожалуй, пришло время мне посоветоваться с адвокатом, — заявила Далия, разглядывая своих противников.

— Не-а. Никаких адвокатов, — отозвался Эверетт.

Вирджиния достала из папки листок и положила на стол, чтобы Далия могла прочесть.

— Узнаете бланк? — спросила она.

Наверху красовалась эмблема в виде президентской печати.

— Да.

— А подпись видели?

— Видела.

— Этим документом с вас снимается ответственность за все преступления, совершенные на территории Соединенных Штатов и союзных им государств. Говоря попросту, мисс Мэтисон, вам даровано прощение, и жесточайшие убийства граждан США не будут преданы огласке. Президент очень не хотел подписывать этот документ. Вам все ясно?

Далия и глазом не моргнула. Она ждала, что будет дальше. Вирджиния нахмурилась, убрала документ в папку и встала. Держалась она не хуже заправского адвоката в зале суда.

— Да, все ясно, — ответила Далия.

— Хорошо. — Вирджиния снова положила бумагу перед собеседницей. — Теперь вам нужно быстренько ответить на вопросы моих коллег — и можете подписывать, а потом отправляться в душ и переодеться. Вижу, вы давно об этом мечтаете.

Коллинз обошел Далию сзади и снял наручники с правой руки.

— Где он? — спросил Джек, не отходя от спинки стула.

Блондинка посмотрела на документ, потом на Вирджинию, явно избегая встречаться глазами с Джеком.

— На Крите.

— Почему именно там?

— Оттуда коалиция нанесет последний удар.

— Сколько? — спросил Джек, вернувшись на место.

— Вам не справиться. Ваши основные силы завязли в Корее, как и планировал Томлинсон.

— Сколько? — повторил Коллинз.

— Тысячи две на подготовленных позициях. Точнее не знаю.

— Вооружение?

— Тоже не знаю.

— Тогда повторяю вопрос: почему именно Крит?

— Там до них не добраться. Убежище глубоко под землей, — ответила Далия с усмешкой и наконец посмотрела в глаза Коллинзу.

— Зачем?

— Чтобы управлять волной с помощью ключа атлантов. Он ударит по России и Китаю. Больше мне ничего не известно.

Вирджиния положила ручку на указ президента.

— Подписывайте.

Далия нацарапала собственное имя. Карл подошел к ней, взял ручку, освободил вторую руку. Затем помог женщине подняться и повел ее к двери.

— Пойдем, орхидея моя, поищем мыло, а то что-то ты немного перезрела.

У самой двери Далия вдруг обернулась к Джеку.

— Не могу устоять перед искушением… — заявила она и захохотала. — Томлинсон скрывается в городе, затонувшем пятнадцать тысяч лет назад. Удачи в атаке на Атлантиду, полковник.

Глумливый смех Далии еще долго стоял в ушах у оставшихся в комнате.