1977. Кошмар Чапелтауна - Дэвид Пис

Я поднял голову, мне хотелось пить, дыхание замедлилось.

Пожилая женщина вела за руку ребенка, они шли по проходу в мою сторону. Проходя мимо меня, ребенок протянул мне открытую Библию. Я взял ее и глядел им вслед, пока они не скрылись из виду.

Я опустил глаза и прочитал первые попавшиеся слова:

«В те дни люди будут искать смерти, но не найдут ее;

пожелают умереть, но смерть убежит от них».[33]

И я пошел через собор, через двойные двери, через конец дня, через улицы, полные полиэтиленовых мешков и змей, я прошел через все.

Все пропало, все не так, все ложь.

В редакции стояла мертвая тишина.

Я прошел по коридору в архив.

В 1974 год.

Я заправил микрофильм в проектор, прогнал его

до нужного места.

До пятницы, 20 декабря 1974 года.

Первая полоса:

ЧЕСТЬ И ХВАЛА.

Фотография —

Три широкие улыбки:

Старший констебль Ангус поздравляет сержанта Боба Крейвена и констебля Боба Дугласа с хорошо проделанной работой. «Они – выдающиеся сотрудники полиции, которые заслужили нашу самую искреннюю благодарность».

Я включил принтер.

Я стоял и смотрел, как из него выползают выдающиеся сотрудники полиции и их широкие улыбки.

Смотрел на строку под заголовком:

ДЖЕК УАЙТХЕД, СПЕЦКОРРЕСПОНДЕНТ ГОДА ПО КРИМИНАЛЬНОЙ ХРОНИКЕ.

Я постучал в кабинет Хаддена и вошел.

Он по-прежнему сидел за своим столом, повернувшись спиной ко всему Лидсу.

Я сел.

– Джек, – сказал он.

– Билл, – улыбнулся я.

– Ну?

– Фрейзер сделал ноги.

– Ты знаешь, где он?

– Возможно.

– Возможно?

– Мне надо проверить.

Он шмыгнул носом и стал собирать ручки, валявшиеся на его столе.

– А у тебя есть что-нибудь новое? – спросил я.

– Джек, – сказал он, не поднимая глаз. – В прошлый раз ты что-то говорил о Поле Гарланд.

– Да, говорил.

Он посмотрел на меня:

– И что?

– В смысле?

– Ты, кажется, говорил о причастности, о возможном связующем звене?

– Да?

– Черт побери, Джек. Что тебе удалось разузнать?

– Ну, как я уже говорил, Клер Стрэчен…

– Это та, которую Потрошитель убил в Престоне?

– Да, она самая. Так вот, она пользовалась фамилией Моррисон и под этой фамилией давала показания как свидетель по делу об убийстве Полы Гарланд.

– Это все?

– Да. Фрейзер говорит, что Радкин и, может быть, еще кто-то из полицейского начальства знали об этом, но этот факт никак не был отражен в официальных протоколах престонского расследования. И ни в каких других тоже.

– И это действительно все?

– Да.

– И ты от меня ничего не скрываешь?

– Нет. Конечно нет.

– Значит, ты узнал об этом от сержанта Фрейзера?

– Да. А что?

– Я просто пытаюсь во всем этом как следует разобраться, Джек. Я просто хочу разобраться.

– И как, получается?

– Да, – ответил он, глядя мне прямо в глаза.

Я встал.

– Присядь-ка еще на минуту, Джек, – сказал он. Я сел.

Хадден открыл ящик своего стола и вытащил оттуда большой желтый конверт.

– Это доставили сегодня утром, – сказал он, кидая его через стол. – Взгляни-ка.

Я вытащил журнал.

Мужской журнал, порнография.

Дешевая порнография.

Любительская:

«Горячая сперма».

Уголок одной из страниц был загнут внутрь.

– Страница семь, – сказал Билл Хадден.

Я открыл обозначенную страницу и увидел ее:

Белые волосы и розовая плоть, влажные красные дырки и сухие голубые глаза, раздвинутые ноги и палец на клиторе:

Клер Стрэчен.

У меня снова встало.

– Сегодня утром? – переспросил я сиплым голосом.

– Да, с престонским штемпелем.

Я перевернул конверт и кивнул.

– Это все?

– Все.

– Только один выпуск?

– Да, только один.

Я поднял голову, все еще держа журнал в руках.

– Значит, ты не знал, что она занималась такими вещами? – спросил Хадден.

– Нет.

– И ты не знаешь, кто мог это послать?

– Нет.

– А ты, случайно, не думаешь, что сержант Фрейзер мог двинуть на запад?

– Нет.

– Ясно, – сказал Хадден, кивая самому себе.

– Так что мы будем с этим делать? – спросил я.

– Я хочу, чтобы ты сел на телефон и выяснил, что это за херня такая.

Я встал.

– И вот еще что, Джек, – сказал он, снимая трубку.

– Да? – откликнулся я, берясь за ручку двери.

– Будь осторожен, ладно?

– Как всегда, – ответил я. – Как всегда.

Я позвонил ей домой.

Никого.

Я положил трубку и снова набрал номер.

Никого.

Я положил трубку и снова набрал номер.

Никого.

Я положил трубку и снова набрал номер.

Никого.

Я положил трубку.

Я посмотрел на часы:

Начало седьмого.

Небольшие изменения в планах.

Вдоль по коридору – обратно в архив.

Обратно в 1974 год.

Я снова заправил микрофильм в проектор, прогнал его до нужного места.

До вторника, 24 декабря 1974 года.

«Ивнинг пост», первая полоса:

РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ПЕРЕСТРЕЛКА В УЭЙКФИЛДЕ: ТРИ ЖЕРТВЫ

Подзаголовок:

Герои-полицейские предотвратили ограбление бара.

Фотография —

«Стрэффорд», Булринг, Уэйкфилд.

В результате вчерашней кошмарной перестрелки в центре Уэйкфилда три человека погибли и еще трое получили тяжелые ранения. Полиция описывает инцидент как «безуспешную попытку вооруженного ограбления». Согласно официальному сообщению, перестрелка началась около полуночи в пабе «Стрэффорд», расположенном на Булринге. Первыми на место происшествия прибыли сержант Боб Крейвен и констебль Боб Дуглас. На прошлой неделе этим офицерам была вынесена благодарность за участие в операции по аресту человека, подозреваемого в убийстве Клер Кемплей, школьницы из микрорайона Морли.