Последнее пророчество - Скотт Мариани

Люди Каллахана выволокли Зои из машины и повели к дому. Сам Каллахан шел впереди. Он же и открыл дверь. Брыкающуюся, кричащую Зои втащили в дом. Дверь захлопнулась.

Сердце колотилось, как работающий на пределе мотор. Алекс посмотрела на часы — 11.09. Она попыталась сообразить, куда попала.

Пройдя через оставшиеся открытыми ворота, Алекс двинулась к дому. Окон было много, но ее скрывали деревья и кусты. Она подобралась поближе. Сердце едва не выскакивало из груди. Прислушалась. Тихо.

И тут за спиной у нее отчетливо щелкнул курок, а в затылок ткнулось что-то твердое.

— Как неосторожно, — произнес незнакомый мужской голос. — Вы следили за ними, а я — за вами.

Алекс обернулась. На человеке с пистолетом был длинный черный плащ, из-под которого выглядывал дорогой костюм. Глаза озорно блестели. Над головой он держал зонт, и волосы оставались сухими. Рыжие волосы.

— Вы Слейтер.

— А вы, должно быть, агент Фиоранте. Много о вас слышал.

У нее вдруг закружилась голова. Каллахан и Слейтер. Они вместе. Заодно.

— Поднимите руки и идите. — Он указал пистолетом на дверь. — Опустите — стреляю без предупреждения.

Алекс ничего не оставалось, как только подчиниться. Слейтер втолкнул ее в дом. В полутьме тускло поблескивали деревянные панели. В камине стыли давняя зола и почерневшие поленья. Со стен бесстрастно взирали остекленевшими глазами охотничьи трофеи, закрученные рога отбрасывали неузнаваемые тени.

В пустом коридоре шаги прозвучали неестественно громко. Скрипнула дверь. Из комнаты вышел Каллахан с перекошенным злостью лицом. За ним вывалились трое агентов с пистолетами наготове.

— У нас гость, — объявил Слейтер.

Каллахан тяжело посмотрел на нее.

— А вы смышленая, агент Фиоранте. Но сделали лишний шаг, переступили черту и попали в чертовски неприятную ситуацию. — Он кивнул агентам. — Обыщите.

Ее обыскали, грубо, но тщательно.

— Чисто.

Алекс смахнула упавшую на глаза прядь и повернулась к Каллахану.

— Что вы сделали с Зои?

Каллахан улыбнулся.

— Хотите ее повидать? Пожалуйста.

Ее провели по мрачному, петляющему коридору. Спустились по лестнице. Остановились перед тяжелой, обитой железом дверью. Каллахан достал из кармана длинный ключ, вставил в замочную скважину, повернул. Кто-то из агентов толкнул Алекс в спину, и она, пролетев несколько ступенек, упала на жесткий цементный пол. Во рту появился вкус крови. Она поднялась.

Слейтер, спустившись до середины короткого пролета, остановился, опершись на железный поручень. В его глазах прыгали веселые огоньки.

— Как жаль. — Он прошелся по ней откровенным взглядом. — Такая хорошенькая.

За спиной кто-то всхлипнул, и Алекс обернулась. У стены, в тени, сидела Зои с мокрым от слез лицом. Над глазом — глубокая царапина. Алекс подошла к ней.

— Сволочи! — прошипела она.

Каллахан тоже спустился на пару ступенек и встал рядом со Слейтером.

— И вот здесь, леди, наши пути расходятся.

Он вынул из кармана девятимиллиметровый «глок» и прицелился в Зои, потом перевел ствол на Алекс. Ну нет, моего страха ты не увидишь, подумала она, перебарывая инстинктивное желание отвернуться.

Зои шмыгнула носом и схватила ее за руку.

— Пошел ты! — бросила Алекс, глядя Каллахану в глаза.

— Эта женщина определенно мне нравится, — заметил Слейтер. — Такая упрямая. Жаль, нет времени узнать ее получше.

— Она — чума, а от чумы избавляются.

Каллахан поднял пистолет и прищурился.

— Подожди, — сказал Слейтер. Каллахан нетерпеливо посмотрел на него.

— Что?

— Не стреляй.

— Что?!

— Мы не станем их расстреливать. Есть идея получше, — ухмыльнулся Слейтер. — Ты часто сюда приезжаешь?

— Реже, чем хотелось бы. Сам знаешь, дела.

— Раз в четыре-пять месяцев?

— В спокойный год.

— Этот год спокойный?

— Этот год сумасшедший.

— Ладно. Запрем их здесь и вернемся через шесть месяцев. Посмотрим, что с ними станет.

Каллахан скривил гримасу.

— Представляешь, какая тут будет вонь?

Слейтер покачал головой.

— Я тебе никогда о своей собачке не рассказывал? Был у меня ретривер. Давно. Сначала все шло хорошо, но потом он мне надоел, и я посадил его в подвале. Надо сказать, подыхал долго. Но никакой вони в конце концов не осталось — крысы все мясо объели. Потом и червяки свою долю взяли. Жидкости высохли. В результате осталась одна шелуха.

— Больной недоносок, — сказала Алекс.

— Что ж, мне нравится, — согласился Каллахан. — А вы, леди, что думаете? Успеете узнать друг дружку получше. Может, попытаетесь даже выбраться. Да только фундамент здесь очень уж глубокий, а ниже — скальная порода.

— Будет чем заняться, пока не умрете, — усмехнулся Слейтер и посмотрел на часы. — А вот нам пора. Меня ждет самолет сенатора.

Алекс нахмурилась.

— Сенатора?

— А вы думали, кто это все финансирует? Армия спасения?

— За вами — американский сенатор?

— Ну, сам-то он ни о чем не догадывается. Бад Ричмонд — просто богатенький мальчик, болванчик, который дальше своего носа ничего не видит. Спросите, какой сегодня день недели, — не скажет. Так что чеки подписываю я. Его дело — вести за собой верующих, а эта операция — моя, от начала и до конца.

— И что вы надумали? — крикнула Алекс.

Слейтер пожал плечами.

— Неприятно думать, что такая женщина умрет в неведении. Я объясню. Начинается самое большое шоу на земле, и честь поднять занавес досталась нам. Жаль, вы его не увидите. А планы у нас большие. Скоро случится такое, по сравнению с чем взрыв на Корфу — жалкая хлопушка.

Он рассказал все и закончил с улыбкой, явно довольный произведенным впечатлением.

— Вы безумец, — в ужасе выдохнула Алекс. — Ваше место — в сумасшедшем доме.

— Ошибаетесь, агент Фиоранте. Мы всего лишь ускоряем события, — сказал Каллахан. — Наша роль невелика — сие есть Божий план. А если он приведет к войне, то, значит, такова Его воля.

— Каллахан у нас повернулся на религии, — пояснил Слейтер.

Цэрэушник бросил на него неприязненный взгляд.

— Вам это с рук не сойдет. — Алекс покачала головой. — И ничего у вас не получится. Зои ждут в Англии. Когда она не вернется, там ударят во все колокола.

Каллахан улыбнулся.