Оперативный центр. Корейская угроза - Том Клэнси

Дремавшего Ким Хвана разбудило прикосновение к плечу. Это был Чой Хонгтак.

– Господин Хван!

Хван медленно открыл глаза.

– Да... В чем дело?

– Прошу прощения за беспокойство, но с вами хочет поговорить господин Пол Худ из Вашингтона.

Хонгтак протягивал Хвану телефонную трубку. Хвану пришлось сделать немалое усилие, чтобы взять эту трубку. Он положил ее на подушку рядом с ухом и немного повернул голову.

– Здравствуйте, Пол, – слабым голосом сказал он.

– Ким! Как вы себя чувствуете?

– Могло бы быть и хуже.

– Конечно. Ким, у нас мало времени, так что я сразу перехожу к делу. Мы нашли того, кто организовал террористический акт в Сеуле, им оказался южнокорейский офицер. И еще одно – мне нелегко сообщать вам эту трагическую весть – Грегори Доналд погиб, пытаясь предотвратить очередное преступление.

У Хвана было такое ощущение, словно в его тело еще раз вонзился нож. У него перехватило дыхание, внутри все будто обожгло огнем.

– Понимаю, что вам очень тяжело, – продолжал Худ. – Я хотел бы как-то смягчить этот удар или по крайней мере сообщить вам позже, но руководители Северной Кореи не верят, что группа террористов действовала без санкции правительства, и готовы развязать войну. Вы меня слышите?

– Да, – с трудом произнес Хван.

– Недавно мы перехватили сообщение, которое посылала сеульская Оу-Мийо. У вас есть возможность с ней связаться?

– Я.., я не знаю.

– Ким, дело в том, что нам нужен такой человек, которому поверило бы правительство Северной Кореи. Он должен подтвердить, что террористическая группа действовала без ведома и одобрения южнокорейского правительства. Мы знаем частоту, на которой Оу-Мийо связывалась со своими, и полагаем, что сможем воспользоваться этой частотой. Если она выйдет на связь, вы сможете с ней поговорить? Попросить ее послать радиограмму на север и попытаться убедить своих шефов?

– Да, – коротко ответил Хван. По его щекам текли слезы. Жестом он попросил Хонгтака помочь ему приподняться. – Я сделаю все, что от меня зависит.

– Благодарю вас, – сказал Худ. – Не кладите трубку, пока я не подготовлю связь с нашей стороны.

В ожидании возобновления разговора Хван не обращал внимания на вопросительные взгляды Хонгтака. Даже если войну удастся предотвратить, думал майор, этот день уже стал ужасной трагедией. И ради чего были принесены эти жертвы? Ради военных и политических амбиций, которые всегда были так ненавистны Грегори.

Язык, говорил Доналд, язык и искусство – это все, что отличает человека от животных. Используйте эти отличия в полной мере и наслаждайтесь ими...

Все происходящее казалось ужасной несправедливостью, и хуже всего было то, что не стало человека, к которому Ким всегда мог обратиться за советом, за помощью, за утешением.

– Ким?

Хван прижал телефонную трубку к уху, отчаянно пытаясь противостоять убаюкивающему действию анестетиков, которые грозили снова затянуть его в тяжелый сон без сновидений.

– Я здесь, Пол.

– Ким, у нас возникла еще одна проблема... Голос Худа перебил отчаянный вопль, заглушивший даже треск статических помех:

– Они хотят меня убить!

Хван узнал голос Ким Чонг, и его сонливость как рукой сняло.

– Ким, это Хван. Вы меня слышите?

– Да!..

– Кто вам угрожает?

– Здесь кружит вертолет... И за мной гонятся двое мотоциклистов. Я остановилась в горах... Сверху мне их видно. Глаза Хвана застыли на Хонгтаке:

– Это наши люди?

– Я не знаю, – ответил Хонгтак. – Директор Юнг-Хун сказал, что в операции задействовано много управлений...

– Мне наплевать, даже если в ней задействован сам Господь Бог. Отзовите всех.

– Господин...

– Хонгтак, позвоните по другому телефону директору Юнг-Хуну и скажите ему, что я беру на себя всю ответственность за госпожу Чонг. Скажите ему, что с завтрашнего дня вы откомандированы на американскую станцию радиослежения в Мак-Мердо.

Хонгтак заколебался, не будучи уверен в том, что путешествие в Антарктику не нанесет ущерба его чувству собственного достоинства, и вышел из палаты.