Живая мишень - Тед Белл

Юг залива Бискейн

Посмотрев несколько минут на то, как молодые кубинские парни из спецназа управляются с надувной лодкой, Сток не выдержал, вынул свое старое удостоверение личности, сохранившееся с тех времен, когда он был «морским котиком», и показал его Пепе. Этого документа оказалось достаточно, чтобы кубинский командир позволил ему вести лодку. Его собственные парни, казалось, жутко боялись даже мысли увеличить скорость двигателя выше средней, и поэтому лодка двигалась ужасно медленно. Этот парень у руля с трудом мог удерживать курс, вихляя в разные стороны.

— Твой кильватер больше напоминает змею, чем прямую линию, сынок, — сказал Сток парню, отстраняя его от управления. — Лучше уж позволь разобраться с непогодой настоящему профессионалу. А сам найди место, где сесть, и держись покрепче!

Сток схватил руль, дернул рычаг газа и почти плоскодонная лодка яростно запрыгала по волнам.

Сток разогнал сдвоенный двигатель «Ямаха-250» до таких оборотов, что лодка почти летела. Ну и пусть волны были слишком высоки и перехлестывали через борт, он разбивал их в брызги. Другие три лодки начали отставать, но у Стока не было времени ждать. Ведь они с Пепе и так едва успевали удерживать в поле зрения хвост брызг из-под кормы катера Родриго. Эти сигарообразные катера специально создавались для максимальных скоростей, их глубокие V-образные корпуса разрезали любые волны, как нож масло.

Стоку в голову пришла мысль связаться по телефону с какой-нибудь силовой структурой, в данном случае — с американской береговой охраной. Их вертолет минут через десять уже высветил бы своими прожекторами этого нехорошего мальчика. Но Сток хотел достать Родриго лично — не только ради себя, но и ради Хока. Разве он не обещал Алексу, что они с Россом обязательно найдут его и прижмут? Проклятие, это они и собирались сейчас сделать. «Доставлю его живым или мертвым», — сказал он Алексу, когда они прощались два дня назад в аэропорту Логан. Стоку больше хотелось доставить его мертвым. Если он останется жив, Алекс, вероятнее всего, просто пнет Родриго под зад и отправит то, что от него останется, в Скотленд-Ярд. Лучше все-таки мертвым, и тогда уже никто не будет говорить о какой-нибудь долбанной экстрадиции или о чем-нибудь подобном. Лучше мертвым. Чтобы не оставалось у этого мерзавца очередной лазейки.

Четверо кубинских парней, сидящих на корме, были столь потрясены увиденным удостоверением «морского котика», что, казалось, вот-вот начнут брать автографы. Сток уже пожалел, что рядом с ним нет его старой доброй команды под руководством Грома и Молнии. Как было бы здорово, если бы настоящие контртеррористы мирового уровня были здесь вместо этого Рэмбо-младшего и его бездельничающих коммандос подросткового возраста.

По крайней мере у него был Росс. Пусть и раненый. Пока катер рассекал волны, один кубинский капрал, медик, пытался наложить шину на левую ногу Росса.

— Эй, Росс, — закричал Сток, пытаясь заглушить рев ветра и двигателей. — Как ты там поживаешь, брат? Все нормально?

Росс улыбнулся и поднял в ответ большой палец. Этот парень был будто каменный, все ему нипочем. Он лежал на поперечном сиденье на корме и держал санитара, который колдовал над его ногой, за шею, чтобы тот не вывалился за борт.

— Ого-го! — кричал Сток.

Внезапно он услышал, что идущие сзади катера нагоняют их, и взглянул на топливный расходомер.

— Дерьмо, Пепе, о чем вы думали? У нас кончается горючее, брат! Как мы, интересно, поймаем эту задницу без топлива в баке? И у вас, конечно же, даже нет запасных канистр с бензином на борту, я прав?

— На других лодках есть! Мы ведь рассчитывали, что после операции вернемся в порт Майами! — закричал Пепе, держась за ветровое стекло левой рукой, а в правой зажав бинокль ночного видения. — На погоню не рассчитывали!