Подснежник - Джейк Арнотт

В день открытия у нас был полный зал. Все шло, как было задумано. В кои-то веки «Звездная пыль» могла принести Гарри какие-то деньги. Уже поздно вечером, когда последние клиенты покидали клуб, я заметила в глубине зала крепкого, коротко стриженного мужчину, который как ни в чем не бывало сидел за одним из столиков. Присмотревшись, я узнала старшего детектив-инспектора Муни.

– Добрый вечер, инспектор, – приветствовала я его вежливо, но с чуть заметной издевкой.

– Для вас – Джордж, Руби.

– Вы к нам по службе или решили немного развлечься?

Его крошечные глазки чуть заметно блеснули. Муни что-то пробурчал и слегка покачал головой.

– Ну что вы, Руби, – сказал он насмешливо. – Разумеется, по службе.

– Вот как?..

– Да. Мой сегодняшний визит носит строго официальный характер. Театрализованные представления, которые могут оскорблять общественную нравственность, я посещаю исключительно по прямому приказу комиссара полиции.

– Ну и как вам наше сегодняшнее представление?

– Можете ни о чем не беспокоиться, Руби. Ваше шоу поставлено с большим вкусом и не выходит за рамки пристойности. В своем рапорте я обязательно отражу это, так что вам никто больше докучать не будет.

Тут к нам подошел Гарри.

– Привет, Джордж, – сказал он и ловко сунул полицейскому плотный коричневый конверт.

– Привет, Гарри. Поздравляю с новым успешным начинанием.

Гарри опустился на стул рядом с Муни. Я видела, что им надо поговорить, поэтому я оставила их одних, а сама отправилась за кулисы проведать девочек.

Несколько позднее Гарри позвал меня к себе в кабинет. Когда я вошла, он сидел за своим рабочим столом, погрузившись в глубокую задумчивость. Впервые «Звездная пыль», его убыточное хобби, принесла прибыль, причем весьма неплохую прибыль. Клиент, что называется, валом валил, чего никогда прежде не случалось. Другое дело, что привлекала их грязь – именно ее они стремились увидеть. Гарри не хотел, чтобы его клуб был таким. Теперь он больше не мог фотографироваться со знаменитостями и другими важными персонами на благотворительных вечеринках. Снимки, которые он так любил, висели теперь на стенах его кабинета, и, когда я вошла, он с тоской их разглядывал.

– Ты хотел меня видеть, – сказала я.

Гарри вышел из задумчивости и повернулся ко мне.

– А-а, Руби… – сказал он и улыбнулся.

– Возьми, – добавил он, протягивая толстую пачку денег.

– Что это?

– Это премия.

– Ну зачем ты, Гарри, не надо.

– Бери, бери, ну?..

И я взяла.

– Скажи, Руби, ты бы хотела зарабатывать гораздо больше, чем сейчас?

Этот вопрос мне совсем не понравился.

– Что ты имеешь в виду?

– Я собирался попросить тебя помочь мне в некоторых других моих деловых предприятиях.

Я никогда не лезла в дела Гарри, не интересовалась ими. Как-то раз он упомянул, что намерен заняться «издательским делом, полиграфией». Я знала, что под этим подразумевается порнобизнес.

– Знаешь, Гарри, вряд ли у меня получится.

– Не спеши, Руби. Выслушай меня сначала.

И Гарри рассказал мне, как он платит полицейским из ОБП, а они за это не мешают ему заниматься распространением порнографии. Но для общения с полицией ему был необходим посредник.

– Зачем тебе посредник?

– Видишь ли, Руби, – сказал Гарри со вздохом, – меня не должны слишком часто видеть с легавым. Кто-нибудь может подумать, будто я – стукач, понимаешь? Кого-то случайно арестуют, а винить во всем будут меня. Может распространиться слух, будто я сдаю своих в обмен на какие-то привилегии.

– Но почему я?

– Ну…

– А все-таки?

– Дело в том, что ты нравишься старине Джорджу.

– Этого только не хватало!

Гарри усмехнулся.

– Должен сказать откровенно, Руби, – проговорил он, – Муни очень хочется работать со мной. Между тем я столкнулся с гораздо более сильным сопротивлением, чем рассчитывал. Я думал, это будет сравнительно простая работа, которая принесет достаточно средств, чтобы я мог отойти от дел и жить припеваючи, однако в действительности все оказалось несколько сложнее. Но все еще можно наладить, только для этого мне необходимо наладить тесные контакты с «грязным взводом».

– И ты хочешь, чтобы я наладила «тесные контакты» с Муни?

– Считай это чем-то вроде работы по связям с общественностью. Пусти в ход свое обаяние. У тебя это хорошо получается.

– А если старший детектив-инспектор захочет большего?

– Я знаю, что ты в состоянии о себе позаботиться, Руби. Главное, ты должна выяснить, что у него на уме. Если у нас будет на Муни какая-то компрометирующая информация, в случае каких-либо осложнений мы сможем использовать ее, чтобы выйти сухими из воды. Честно говоря, я уже пытался подослать к нему пару девочек, но они его не заинтересовали.

– Может, он «голубой»?

Гарри рассмеялся:

– Нет. Во всяком случае, я так не думаю. Ходят слухи, что больше всего он любит, гм-м… подсматривать. Как это называется-то? Ах да, вуайеризм.

– Вуайеризм?

– Ну да. Он просто балдеет от порнографии – картинок, фильмов и прочего. Похоже, после того, как Муни столько времени прослужил в «грязном взводе», он сам немного свихнулся на этом.

– Грязный старикашка.

– Но безвредный.

– Ну и что в таком случае ему понравилось в такой старой кошелке, как я?

Гарри театрально вытаращил глаза. Подобная аффектация проявлялась у него каждый раз, когда он пытался кого-то очаровать.

– Но, Руби, дорогая! – запротестовал он. – У тебя есть шарм!

– Но он знает про Эдди…

– Конечно знает. Но я думаю, что для него это дополнительная приманка – ну, то, что ты жена преступника. Он обязательно на это клюнет.

– Почему ты так считаешь?

– Просто интуиция подсказывает.

– Тебе следовало бы заниматься психологией.

Гарри улыбнулся.

– Так каков будет твой ответ? – спросил он.

– Даже не знаю, Гарри.

– Сделай мне одолжение, Руби, – сказал он негромко.

Я посмотрела на него и наткнулась на этот его специфический взгляд. Слово «одолжение» в его устах означало вовсе не просьбу – это было напоминание. Напоминание о всех тех одолжениях, которые он сделал мне. С самого начала я знала, что когда-нибудь Гарри попросит о взаимной любезности. И вот пришло время расплачиваться.