Морзист - Ирина Камнева

Я надеялся что-нибудь заснять там, в поместье, хотя бы на память. Да и сестра попросила ее пофоткать. В руках я крутил поистине гениальную вещь – флешку-диктофон, два в одном. Заказал год назад с китайского сайта. И для лекций в колледже, и для подслушивания чужих разговоров – полезная вещь, универсальная…

Глубокий внутренний мир, пустые карманы.

Дороги не доделаны, прыгаем на ямах…

По дороге я хотел разобрать содержимое своего рюкзака, потому что перед выходом, как всегда, сгреб все вещи в кучу и кинул в сумку. Я не любил долго собираться перед выходом, зато во время езды мне всегда нравилось раскладывать свои пожитки перед собой. К тому же езда на машине, а особенно в даль далекую, для меня была мукой. Не такой, как мои приступы, но все же мукой. Надо иметь чугунный зад, чтобы обездвиженно просидеть на одном месте несколько часов подряд. К сожалению, мой не такой. А вот у сестры такой. Плоский чугунный зад, да простит меня Машка. Она очень любила поездки и всю жизнь мечтала о собственной машине и сейчас, должно быть, пребывала в эйфории, которую тщательно скрывала за равнодушной физиономией.

⁂

Когда мы подъехали к заправке, уже смеркалось. Я так долго ждал этого момента, что даже заранее отстегнул ремень и, когда машина остановилась, первым выскочил наружу.

Пока сестра доставала деньги и ковырялась с заправочным пистолетом, я успел размять затекшие ноги и осмотреться: по обоим краям трассы неприступной стеной стоял еловый массив, высокие фонари проливали тускловатый свет на дорогу, а рекламные щиты, практически все, почему-то пустовали. В душноватом воздухе повисла странная, еле заметная глазу дымка. С бешеной скоростью, периодичностью секунд в десять, проносились легковушки, но ни одна не заехала на заправку, словно стремясь поскорее удрать с дороги, сжимаемой по краям недружелюбными гигантами.

Я решил непременно это заснять. Камера не передаст той тревожной атмосферы, которая царила здесь, на одинокой заправке, но при пересмотре видео пережитые эмоции всегда возвращаются. Я вытащил камеру из машины, включил запись и начал безмолвный репортаж. Вдруг в кадр попала сестра, которая что-то бурно обсуждала с кассиром, а потом и вовсе убежала куда-то за кассовую будку. Я ничего не понял, но, выключив камеру, поспешил за Машкой. Что она там еще натворила?

Обойдя будку, я заметил приоткрытую дверь – Машкина привычка оставлять в двери щелочку, как будто провернуть ручку было непосильной задачей. Даже не знаю, откуда это у нее взялось, но сестра постоянно забывала закрывать за собой двери, отчего у меня тоже появилась привычка – громко хлопать дверьми за собой. Сначала просто хотелось позлить Машку, потому что ее щелочки порой выводили меня из себя, а потом я стал делать так на автомате. Но если мои громкие уходы могли лишь по утрам будить соседей, то Машкины щелочки иногда грозили закончиться чем-то нехорошим. Последний такой случай как раз произошел вчерашним вечером.

Я осторожно заглянул внутрь кассовой будки и в следующую секунду пожалел об этом. В тусклом свете оранжевой лампы я встретился взглядом с чьей-то огромной задницей, напомнившей мне мою жизнь в целом. Оказалось, это богатство принадлежало кассирше преклонных лет (таких принято называть женщинами, но я бы предпочел просто «тетка» или «бабка», потому что «женщина» с ней не вязалась совсем), которая усердно шарила руками по красновато-грязному ковру. Как ни странно, Машка занималась тем же, правда, ее задницы я сначала вообще не заметил.

– Здрасте… – неуверенно протянул я, кивком спросив у Машки: «Что происходит?»

– Здрасте, – пыхтя, отозвалась тетка, даже не повернувшись ко мне.

Они собирали рассыпавшиеся по полу монеты, тускло поблескивавшие в свете одной-единственной лампы. Я тут же присел на корточки и принялся шарить по ковру руками, вылавливая мелочь, – было бы странно стоять в дверях и наблюдать не самую приятную картину. К тому же мы рисковали опоздать на квест.

– Вы простите бабку, – вытирая пот со лба, сказала кассирша, и выражение ее лица вдруг изменилось, когда она окинула нас с Машкой странным недоумевающим взглядом. – Годы не те, вона че. Просыпала. Вы вдвоем, что ли, куда-то поехали, а? На ночь глядя-то?

– Вдвоем, – непринужденно ответила сестра и зачем-то положила несколько десятиков к себе в карман, пока смотрела тетке в глаза. Задумалась, что ли?

– И без родителей? – изумилась бабка, пытаясь подняться с колен. – И куда вас только носит, молодежь… Небось, в лесу заночевать решили? Ездят тут такие полуночники парочками… А у нас там клещи!

– Да нет, мы в поместье Страховых заночуем, тут недалеко, – ответил я, решив шокировать кассиршу наповал. – В бетоне клещей не должно быть.

Бабка так и плюхнулась обратно на колени со словами: «О господи…», и я кинул взгляд на Машку, которая в эту же секунду пихнула меня в бок, мол: «И что я такого сказал?»

– Острых ощущений вам мало? – осуждающе протянула кассирша. – Хотите, чтоб и к вам руку приложили?

– В смысле? – усмехнулся я. – Какую руку?

– А что, не слышали, что в той местности девчонку мертвую нашли? И месяца не прошло. Вы почитайте, почитайте в интернете, а потом еще раз подумайте, стоит ли вам туда тащиться. Я тот день надолго запомню. Даже у меня показания брали, хотя я-то тут при чем… Милиция приезжала, скорая… И телевидение было! Они у меня тоже интервью взяли. Правда, я сказала, что ничего не знаю, и в эфир это не вошло… Вы посмотрите, посмотрите и езжайте домой. Головы бы вашим родителям поотрывать!

– Всякое в жизни бывает, – ответила сестра, толкая меня к выходу. – Обязательно посмотрим и почитаем… До свидания.

– Помяните мое слово! – крикнула кассирша каким-то истеричным тоном, когда мы уже вышли из будки.

Неприятная тетка, не зря Машка у нее десятики сперла. Не люблю таких: все про всех знают, будто самые умные, и с незнакомцами говорят, как с родными внуками. Хотя, конечно, скучно целый день сидеть в одиночестве на пригородной заправке. А тут счастье привалило: нашла бабка, с кем последние новости обсудить… Лучше б я тогда промолчал.

⁂

Проехав еще пару километров, сестра наконец свернула с трассы на лесную дорогу и сбавила скорость. Теперь мы ехали в полном одиночестве.

Я и не заметил, как вечерний сумрак сменился ночной темнотой. После заправки я решил пересесть на переднее сиденье, чтобы поснимать природу и ту заброшенную деревеньку на подступах к поместью.

Из-за облаков выглянула мертвецки бледная улыбка полумесяца, которая, казалось, распугала все звезды. Но если долго вглядываться в черное небо, все же можно заметить крошечные белые глазки. Деревья то редели, а то и вовсе пропадали, открывая перед собой широкие поля с высокой травой. Вдалеке уже начинала виднеться река, про которую нам рассказывала организаторша, и еловый массив, уходивший в гору.

«Всякое в жизни бывает», – эхом раздавались в голове слова сестры. Я до последнего не хотел открывать интернет, но в какой-то момент не выдержал и стал искать информацию о той девчонке. Надо же себя чем-то занять. Интернет тоже сопротивлялся как мог, совершенно не хотел ничего загружать, но в конце концов сдался.