Код каббалы - Натан Барридж

— Их чаще надо разнимать, — фыркнул Эшвин.

Он скрылся в глубине коридора, пока Элиз дожидалась, когда закипит чайник. Когда кофе был готов, она собрала поднос и пошла в гостиную. Эрик и Морган сидели вместе на диване, сильно смахивая на преподавателя и студентку. В вельветовых брюках и твидовом пиджаке Эрик выглядел лет на двадцать старше, тогда как Морган была в джинсах, черной водолазке и своих любимых сапожках.

— Надеюсь, ты не возражаешь, — сказал Эрик, — я убрал их, чтобы освободить место для кофе. — Он подал ей аккуратно сложенную колоду ее карт Таро.

— Спасибо, Эрик. — Элиз опустила поднос на стол, взяла у него потрепанную колоду и убрала в специальную шкатулку из полированного орехового дерева.

— Я смотрю, ты еще не переросла это свое увлечение. — Эрик не старался скрыть неодобрение.

— Нет, не переросла, — сказала Элиз. Она старалась не выглядеть оправдывающейся, но безуспешно. Лицо ее вспыхнуло, и она кляла свою бледную кожу за то, что та немедленно выдала ее смущение. — Мне хочется верить, что в мире осталось множество тайн.

Эрик состроил гримасу, но Морган сказала:

— Это именно так, во всяком случае в сфере моих интересов. Разве ты не согласишься, Эрик, что история хранит массу неразгаданных тайн?

— Только потому, что мы не располагаем всеми фактами, — пробурчал Эрик, наклоняясь, чтобы положить сахар себе в чашку.

Элиз бросила на Морган благодарный взгляд за то, что та прервала спор.

И вот все наконец расселись поудобнее с чашками кофе, и у Элиз не осталось больше причин откладывать разговор, к которому она готовилась целый день.

— Спасибо за то, что вы сегодня пришли, хотя мы и не предупредили вас заранее. Я полагаю, вы знаете, зачем мы здесь.

Морган кивнула, но Эрик лишь отпил кофе, лицо его было непроницаемым.

— Мы все знаем характерец Джеймса, — сказала Элиз, красноречиво подняв глаза к небу. — Щедрый, милый и донельзя безответственный. Я первая это признаю. Но на этот раз он крепко влип, и ему нужна наша помощь. Для того ведь и существуют друзья.

Элиз оглядела своих слушателей. Морган была внимательна, но Эрик, похоже, не разделял ее чувств, а Эшвин казался расстроенным.

— Как ты предлагаешь ему помочь? — спросил Эрик.

— У меня есть два предложения насчет того, как мы можем ему помочь. Для начала, я думаю, Джеймсу будет полезно уехать ненадолго из Лондона, чтобы обдумать свои дальнейшие действия. Мне кажется, было бы здорово, если бы мы провели вместе с ним выходные за городом.

— И правда здорово придумано, — согласилась Морган. — Нам всем не помешает проветриться. Меня моя диссертация почти что свела с ума. — Ее взгляд скользнул к Эшвину, и она тут же отвела глаза.

— А каково твое второе предложение? — Бледное подобие улыбки промелькнуло на лице Эрика.

— Джеймсу никогда самому не найти пяти тысяч фунтов. Так что, если мы ему не поможем, ему точно придется отсидеть в тюрьме. — Элиз остановилась, пытаясь оценить их реакцию. — Если бы каждый из нас вложил тысячу фунтов, Джеймсу осталось бы наскрести последнюю тысячу.

Эрик поставил на стол свою чашку.

— Я думаю, это неудачная мысль. Джеймс забыл об ответственности в этой жизни давным-давно. Знаю, ты иного мнения, Элиз, но как бы ни тяжело далась ему тюрьма, возможно, это необходимо ему, чтобы наконец-то взять себя в руки.

— Ты ведь не можешь желать ему такого? — сказала Элиз.

— Могу и желаю.

— Морган? — Она повернулась к ней с надеждой, зная, что Эшвин примет сторону Эрика. Они сказали почти одно и то же — глупые, лишенные сочувствия мужчины.

— Эрик в чем-то прав, — сказала Морган. — Джеймс явно не способен контролировать свои действия, причем с давних пор. Ему не хватает дисциплинированности.

— Тюрьма не дисциплинирует Джеймса. Она сломает его. Он действительно выйдет оттуда другим человеком, но вряд ли лучшим, чем был, — взмолилась Элиз. Она вглядывалась в их лица в поисках надежды. — Я единственная, кто помнит, как мы заключали пакт о взаимопомощи в ночь перед выпуском. Я про то, чтобы помогать друг другу, куда бы ни вела нас судьба. Помните?

— Никто из нас не забыл, — мягко произнесла Морган, — потому мы и здесь. Но нам уже не по двадцать два, Элиз.

Рик хмуро поглядывал сквозь свои дурацкие очки.

— Элиз, это твое отчаянное стремление помогать Джеймсу больше связано с тобой, чем с ним.

— О чем это ты?

Беседа явно зашла не туда.

— Ты всем хочешь помочь, — сказал Эрик. — С тех пор как я с тобой знаком, ты всегда была в первых рядах добровольцев-благотворителей и заступалась за каких-нибудь несчастных и обделенных. Но иногда лучший способ помочь человеку — это позволить ему самому справиться с трудностями. Я знаю, это трудно, но тебе пора прекратить нянчиться с Джеймсом.

— Ты не хочешь помочь Джеймсу из-за того, что я люблю помогать людям? — Элиз бросила на Эшвина взгляд, ясно говорящий: «Ты можешь в это поверить?» Он поежился, но не сказал ни слова.

— Эрик, хватит читать нотации Элиз, — сказала Морган. — Мы здесь из-за Джеймса, а не из-за нее.

— Но это правда, — запротестовал Эрик, — она вечно...

— Я и в тот раз слышала, что ты сказал, — оборвала его Морган. — Если ты это повторишь, больше правды в твоих словах не станет.

Элиз покраснела, а Эрик смолк. Два предложения. Морган обошлась всего лишь этим. Двумя фразами она сбила спесь с Эрика. Почему же ей это всегда так трудно дается?

— Так, скажу честно, — начала Морган. — Я все еще учусь, и для меня тысяча соверенов — большая сумма. Через несколько лет все изменится, но сейчас... Пока это большой вопрос.

— Ну и ладно, — вступила Элиз, цепляясь за шанс, оставленный ей Морган. — Дай столько, сколько сможешь. Разницу покроем мы.

— А что об этом думает Эшвин? — спросил Эрик.

Они все повернулись к Эшвину. Он смотрел, как дождь часто стучит в стекло. Когда через миг он посмотрел ей в глаза, Элиз поняла, что он принял решение.

— Если бы мне грозила тюрьма, — промолвил Эшвин, — я бы надеялся, что лучшие друзья внесут за меня залог размером в стоимость дивана. — В его словах была тихая ярость, за которую Элиз захотелось крепко его обнять.

После этого им осталось только выбрать выходные и разработать план, как им удивить Джеймса.