Дважды не живут - Владимир Тучков

Танцор подробно рассказал о том, что произошло на Пушке. Максимально подробно, поскольку каждая неучтенная мелочь в этом деле могла обойтись очень дорого. Рассказал о том, что Стрелка прочла на дискете. Рассказал о звонке Сисадмина. Стрелка врубила звуковой файл, и все сосредоточенно прослушали запись этого телефонного разговора.

– Ну, какие будут соображения? – спросил Танцор у компаньонов.

– Какие тут могут быть соображения? – сказала мрачно Стрелка. – Стратегия остается прежней. Уничтожение Сисадмина и всей его блядской лавочки. В прошлый раз не вышло, так еще раз попытаемся. Но, конечно, надо вначале разобраться, что же это за игра такая.

– Мне кажется… – Танцор затянулся сигаретой, выпустил дым, еще раз затянулся, – что теперь я стал кем-то типа то ли дичи, то ли живца, на которого хотят кого-то поймать.

– Похоже, – согласилась Стрелка. – Кстати, если это так, то за тобой должна бегать не одна команда. Как минимум две.

– Не понял.

– Двое, которые хотели у Ханурика дискету перехватить. Да еще те, кому он ее нес. Ну-ка, напрягись, не заметил тогда, на Пушке, еще кого-нибудь подозрительного, кто мог иметь отношение к этому делу? Сосредоточься, это очень важно.

Танцор закрыл глаза и мысленно прокрутил в памяти всю эту историю, пытаясь вспомнить самые незначительные детали.

– Ах, блин, точно! Когда я поднялся, чтобы пойти навстречу этим козлам, то напротив, через сквер, что-то вспыхнуло. Наверное, сфотографировали. Хотя день был солнечный. Вспышка-то совсем не нужна.

– Ну, не скажи, – откликнулся до сих пор молчавший Следопыт. – Если мыльница стояла на автомате, то вспышки не должно было быть. Но если был принудительный режим, то тогда все сходится. А переключать режимы у человека времени не было. Значит, это был тот, кому Ханурик нес дискету. И у него твоя фотография. И он сделает все, чтобы эту дискету заполучить. Вплоть до высшей меры.

– Да, – сказала еще более мрачно Стрелка, – воевать на два фронта – это не фонтан.

– Кстати, – Следопыт подошел к компьютеру, – покажи-ка мне этот файл с карточками. Я его перекодирую, и тогда, может, еще что-нибудь интересное обнаружится.

Сел перед монитором, вызвал редактор Паскаля и забегал пальцами по кейборду. Через пять минут программа была готова. И суеверно поплевав через плечо, левым указательным пальцем прижал Control, а правым тюкнул по F9. Процесс пошел.

Прошла минута. Экран монитора продолжал оставаться непроницаемо черным. Создавалось ощущение, что влетели в какой-то туннель, вырубленный в антрацитном пласте, конца и края которого не просматривалось.

Прошло пять минут. Системный блок невозмутимо шумел вентилятором, гоняя в своих недрах по адресным и числовым шинам потоки бешеных электронов. «Темно, как у негра», – подумала Стрелка. А вслух сказала Следопыту саркастически: «Куда ты завел нас? Не видно ни зги!»

Следопыт, не желая терять реноме программиста высшей квалификации, попытался свалить все на случайность:

– Наверно, повис, зараза.

Однако сделал Control – Break. Процессор не висел, а очень даже работал, впустую, поскольку на мониторе выскочила информация о том, что программа прервана на выполнении метки qwert.

Стрелка не преминула откомментировать этот прискорбный факт на всю катушку: