Стеклянные стены - Андрей Кузечкин

– А что ты предлагаешь? Сидеть и ждать, когда взорвут бомбу?

– Если бы террористы точно знали, что взрывы ни к чему не приведут, то не стали бы ничего взрывать. Логично?

– То есть ты считаешь, что теракты нужно просто игнорировать, тогда они прекратятся? Нет, логика в этом есть, только людей жалко…

– Людей жалко… – повторила она и задумалась. Кажется, для нее это было что-то новенькое.

Откуда она все-таки взялась?

– Почему пьяный человек вел автомобиль? – спросила Изольда.

– Выпил, сел за руль, поехал, убился. Что именно непонятно?

– Все понятно. Я знаю, что такое алкоголь и зачем вы его пьете… – Она тут же поправилась: – Зачем его пьют. Что он выпил и сел за руль – я тоже могу представить. Просто это… нонсенс.

– Детка, вся жизнь в этой стране – один сплошной нонсенс.

– Почему же ты здесь живешь?

Дурацкий вопрос, такие обычно задают в соцсетях малолетние «ватники».

– Стану большим человеком – и сразу уеду.

– Что значит «большим человеком»?

– Например, стану знаменитым фотографом и начну много зарабатывать. Чтобы куда-то уехать, деньги нужны.

– А, да. Деньги. – Она будто спохватилась.

Теперь Изольда показалась мне беглянкой из какой-то антиутопической страны, где деньги давно упразднили, а человеческая жизнь не имеет никакой ценности. Может, она пришла из альтернативной реальности, где СССР не развалился? В детстве любил книжки про попаданцев, но там обычно люди из нашего мира в другой попадают, а тут – наоборот. Так, наверное, даже интереснее!

– Если есть деньги, то где угодно можно жить хорошо, в том числе и здесь, – продолжила она. Эта ее безапелляционность меня покоробила.

– Ты сейчас говоришь о вещах, в которых ничего не понимаешь.

– Ошибаешься. Я знаю, как устроена жизнь, которой ты живешь. В общих чертах, но знаю. Еще я знаю, что всегда можно сделать свою жизнь удобной. Если ты не можешь – значит, живешь неправильно.

Данил примерно так же рассуждает. Но это Данил.

– Мне нужно привыкнуть, – продолжала Изольда. – Привыкну, и все будет хорошо.

Из ее голоса исчезла сухость, интонации стали более живыми. Вот что значит посмотрела новости и послушала, как говорят нормальные люди.

– А ты можешь вернуться туда, откуда пришла?

– Могу. Но не хочу.

Тут она, совсем как обычный человек, грустно улыбнулась и покачала головой:

– Я это сказала, поверить не могу. Я плохо понимаю, чего я хочу. Мне нужно время, чтобы понять.

– Мы никуда не торопимся.

Еще Изольда спросила меня, кто такие Петр и Феврония. «Судя по контексту, они связаны с определенной религией?» Рассказал, что знаю: что это какие-то святые – вроде бы покровители семьи. День Петра и Февронии сейчас насаждается в качестве замены Дню влюбленных – празднику святого Валентина.

– Почему нельзя отмечать оба праздника? – спросила она.

– Горе-патриоты считают, что нельзя.

– Нонсенс.

– Говори проще: бред. А вместо «вступать в связь» говори просто «трахаться».

– Это грубо. Но если ты считаешь, что нужно так говорить – буду так говорить.

В завершение завтрака Изольда выпила чаю, делая глотки так осторожно, словно это была жидкая взрывчатка. Потом сказала, что сегодня не хочет никуда выходить из дома.

Я включил ей телеканал, где показывают одни только отечественные сериалы про любовь и про жизнь, и оставил ее одну. Пусть изучает.

Ближе к вечеру получил сообщение от Данила: «Подъезжаем, открывай ворота».

* * *

Машина въехала во двор дома. Данил сидел за рулем, рядом его новая девушка.

Как я и думал, он приехал со свитой. На заднем сиденье я увидел Свету Рубинову и Рустама Арифулина.

Света Рубинова – интересный персонаж. Единственный человек на факультете, о котором можно сказать, что он популярнее, чем Данил. Самый главный активист и организатор. Ни один наш спектакль, концерт или праздник не обходится без нее. При этом она не музыкант, не актер и не режиссер. Кто она – непонятно, но она всегда в центре событий. И если бы только это.

Света – главный секс-символ факультета, хотя так с первого взгляда и не скажешь. Не сказать что полная, но довольно широкая, особенно в бедрах. Черты лица приятные, но не более того. Одевается неброско – джинсы, футболки, кроссовки. При этом отбоя от поклонников обоего пола у нее нет.

С Данилом у Светы странные отношения. Эти двое давно уже перевстречались и переспали на этом факультете со всеми, с кем хотели, – не исключаю, что и друг с другом. Сейчас их часто можно заметить вместе, они всегда улыбаются друг другу, иногда держатся за ручки и даже обнимаются – но это лишь игра, цель которой мне непонятна. Возможно, просто дразнят окружающих.

В любом случае не очень понимаю, зачем Света притащилась сюда вместе с Данилом и его новой девушкой. Насчет Рустама таких вопросов нет.

Рустам у Данила что-то вроде персонального тренера. Настоящий ЗОЖник и спортсмен-экстремал, выглядит тоже экстремально: разноцветные узорчатые татуировки, тоннели в ушах, борода, заплетенная в косичку. Носит шорты и футболки без рукавов даже осенью, хотя показать ему, кроме татуировок, особо нечего: не столько мускулистый, сколько жилистый.

Данил выскочил первым, энергично пожал мне руку, затем распахнул дверь машины и помог вылезти своей девушке.

– Славка, познакомься, это Мила.

Я ее знаю, видел мельком в толпе первокурсниц и запомнил. Трудно было бы не запомнить. Вот она – настоящая красавица. И не только. Я знаю этот типаж – «леди Совершенство». В каждом классе есть первая красавица и первая отличница, и довольно часто – в одном лице. Мальчишки дерутся за право провожать ее домой, девчонки, умирая от зависти, набиваются к ней в подруги, лишь бы быть в центре внимания, учителя иногда завышают оценки, чтобы не портить ей успеваемость. Такие девочки умело пользуются всем этим, но держат себя строго, как положено Леди Совершенство, одеваются ярко, но сугубо в рамках приличия, поклонников ценят, но слишком близко никого к себе не подпускают – берегут себя для будущего мужа. Потом поступают в вуз и к концу первого курса заметно блекнут, осознав, что прежние правила игры здесь не работают.

Мила поблекнуть еще не успела, потому и попала в прицел Данила.

Наверное, она думает, что Данил – ее будущий муж. Предыдущие двадцать его девушек тоже так думали. С другой стороны, может, Миле и повезет.

– Мила, не забывай! – Рустам протянул Миле скрипичный футляр и лишь после этого поздоровался со мной. Потом принялся разминаться.

Света мне только кивнула. Она старательно фотографировала дом и окрестности, чтобы позже выложить фото в соцсети.