Провал - Микаэль Юрт

Это единственное объяснение утренним событиям, которое приходило ему в голову. Что она каким-то образом навредила ему. Что не он соблазнил ее, а наоборот. Чтобы отделаться от него раз и навсегда, чтобы вбить клин между ним и Ваньей.

Конечно, возможно, но, пожалуй, маловероятно. Ничто накануне вечером не казалось изощренным или наигранным. Правда, возникла некоторая неловкость, когда она утром оделась и убежала без завтрака, но они тем не менее поговорили. Решили, что будет лучше, если произошедшее останется их тайной.

– Ты рассказала Ванье? – сердито спросил он, когда она наконец ответила.

– Что? – Она звучала сонно.

– Меня выгнали с работы, и Ванья отказывается со мной говорить, поэтому я снова спрашиваю: ты рассказала о нас?

Анна, похоже, проснулась. Ее голос обрел силу.

– Чего ради я бы стала это делать?

– Не знаю, из какой-нибудь детской мести. Ты вчера сказала, что все случившееся моя вина.

– Но потом я с тобой переспала.

Себастиан умолк. Она права. У него на кухне Анна была совсем другой, нежели при их встрече возле дома, и если она просто разыграла его, то, несомненно, заслуживала Оскара.

– Что бы я выиграла, если бы рассказала?

– Мстят не ради того, чтобы на этом что-то выиграть, мстят ради мести.

Анна издала протяжный вздох, не столько от злости, что ее обвинили, сколько от разочарования.

– Неужели ты действительно думаешь, что это я?

– Не знаю, а это ты?

– Нет, я поехала прямо домой и легла спать. Разбудил меня ты.

Себастиан не мог решить, верит ли он ей. Если он что и знал про Анну, так то, что она умеет лгать правдоподобно.

– Но что-то должно было произойти? Я вчера разговаривал с ней. До твоего прихода. Тогда все было нормально.

– Знаешь что, я не хочу, чтобы меня в это впутывали. – В голосе Анны внезапно послышалась усталость. – У тебя, похоже, лучше контакт с Ваньей, чем у меня, так вот ее и спроси. – Она положила трубку. Себастиан остался сидеть с молчащим мобильным телефоном в руке. Потом раздраженно отложил его в сторону и нервно прошелся по гостиной.

Что же, черт возьми, произошло?

Интервью немного вышло за рамки, но если бы дело было в нем, Торкель сказал бы. По словам Торкеля, Розмари тоже отношения к этому не имеет, и Себастиан ему верил. Значит, что-то другое? Например, Вальдемар. Возможно, ему удалось повлиять на дочь, убедить ее держаться от него подальше. Себастиан не имел представления. Он ненавидел, когда в отношении него принимали решение, а его потом просто ставили перед фактом. Особенно, когда он не понимал причины. Нужно все равно поехать в офис. Пробиться внутрь и потребовать ответа. Наверняка получится настоящий цирк, но уже хуже быть не может.

Раздался звонок в дверь. Себастиан тотчас преисполнился сильного ощущения надежды. Наверное, это она. Когда он совершал какую-нибудь глупость, Ванья обычно ему все прямо высказывала. Она не из тех, кто уклоняется и закрывает на проблемы глаза.

Он почти бегом направился к двери. В последний раз поправил брюки и рубашку, чтобы не выглядеть неопрятно, когда откроет. Значения это, конечно, не имело. Она пришла, чтобы отругать его, а не за чем-нибудь другим.

Он открыл дверь. Никого. Он сделал полшага вперед и успел увидеть прижавшуюся к стене слева от него фигуру в темной одежде, которая, словно тень, быстро метнулась к нему. Себастиан попытался шагнуть назад, но не успел. Руки настигли его, схватили за затылок и шею. Мужчина, почувствовал он. Он попытался извернуться и высвободиться, но мужчина уже был возле него. Сзади. Быстро приложил руку к его лицу, рту и носу. Себастиан на секунду почувствовал сильный резкий запах, и ноги сразу перестали слушаться. Все затуманилось. Он развернулся, пытаясь увидеть лицо напавшего на него мужчины. Увидел только балаклаву.

Глаза излучали ненависть и гнев.

«Интервью сработало», – успел подумать он.

Потом все потемнело.