Одинокая охота - Магнус Йонссон

Амид старался дышать спокойно и глубоко, пусть его чуть ли не трясло от раздражения. Они уже ждали слишком долго. Старались не замечать проблему, ставшую почти хронической. Неужели не понимали, что Линн не исчезнет сама по себе? Она пропадала время от времени, но всегда довольно быстро возвращалась. Казалась неутомимой. Так и не обзавелась семьей и явно не собиралась уходить на покой.

Его шеф Карстен Бофельт плелся рядом. Еле волочил ноги. Пыхтел как паровоз. Врач посоветовал ему больше двигаться. Именно поэтому сейчас, в воскресенье утром, они прогуливались вдоль озера Сортедам. С другой стороны от шефа шел Ханнекен, начальник службы безопасности концерна. Амид теребил свои темные локоны, косясь на покрытую прыщами шею южноафриканца и его очень коротко подстриженные ежиком белокурые волосы.

«Скорей всего, еще подкоротил их машинкой с утра», — подумал он.

Бофельт поднял руку, давая понять, что ему необходимо передохнуть, и остановился, тяжело дыша.

Амид всегда уважал своего шефа. Однако в последнее время его начали одолевать сомнения. Не относительно принимаемых решений. А из-за тех, которые постоянно оставлялись на потом. Он раздраженно пнул гравий, когда они продолжили движение. Пассивность шефа казалась ему странной. Пусть Бофельт не хотел привлекать особое внимание к их деятельности, поскольку правоохранительные органы как Дании, так и Швеции непрерывно докучали им последние полгода. И пусть было это все впустую, все равно не сулило ничего хорошего.

Опять же, журналисты пошли по стопам полиции и обратили взор в их сторону. Ханнекену и его парням пока удавалось удерживать эту братию на расстоянии. Но они в любой момент могли появиться на горизонте снова. Пожалуй, науськиваемые Линн. Если бы ей вдруг удалось раскопать какой-нибудь новый материал в результате своей очередной хакерской атаки.

Ее последний удар, по «Скрытой правде», бросил тень на него самого. Он чувствовал себя отвратительно, когда ему пришлось доложить о том случае шефу. Несмотря на то что предусмотреть ее «нападения» было невозможно, он в любом случае выглядел крайне плохо осведомленным и некомпетентным.

— Скоро весна, — заметил Бофельт замогильным тоном, плохо соответствовавшим сути сказанного. Амид проследил за его взглядом и понял, что причиной столь глубокомысленного вывода стали зеленые листочки, уже показавшиеся на деревьях. Шеф повернулся и серьезно посмотрел на него.

— Было бы прекрасно, если бы все проблемы закончились тогда, — сказал Бофельт и добавил, понизив голос: — Мы поступим, как предложил Ханнекен. Отправим в Швецию несколько наших людей, чтобы с гарантией все прошло нормально. Надо положить конец историям с Линн и Росомахой. С нас уже хватит.

«Наконец», — подумал Амид. Просто сидеть и ждать очередной атаки уже стало невыносимо.

Росомаха считался одним из их лучших людей в Швеции. Тем, на кого они всегда могли положиться, даже когда идеологические авантюры в стране закончились неудачей. Даже после ареста Йоргена Кранца и Коскинена Росомаха сохранил верность Ульв А/С.

И продолжал работать с ними. До сих пор. Но теперь что-то произошло.

Амид посмотрел на полузасохшие деревья, видневшиеся с другой стороны канала. Серые, голые, со сломанными ветками. Грибок убивал их. Все имело свое время.

Росомаха переступил черту. Они не могли использовать его больше. Амид повернулся к своим спутникам.

— Я согласен, — сказал он. — От Росомахи не знаешь чего ожидать в последнее время. Он взрывоопасен. Один наезд на Йоргена Кранца чего стоит. Даже если Йорген больше не важен для нас, он по-прежнему на нашей стороне. Какую-то поддержку мы все равно должны продемонстрировать ему.

Он сбавил шаг, увидев уток, которые безбоязненно прошли прямо перед ними, и добавил:

— Нельзя больше рисковать с Росомахой. А вдруг он восстанет против нас? Нам надо будет прекратить сотрудничество с ним сразу же, как только мы доберемся до Линн.

Ханнекен кивнул.

— Я возьму с собой Вукацерку. Она примерно одного роста с сестрой Линн, — сказал он.

Бофельт кивнул с угрюмой миной. Амид сдержал улыбку и скосился на него. Шефу явно не нравилась возникшая ситуация. Но Амида не могло не радовать, что все наконец встанет на свои места. Отказываясь сидеть тихо, Росомаха сам заставил Бофельта реагировать.

Амид помедлил немного, но все-таки решил высказать свое мнение, поскольку оба, от кого зависело окончательное решение, присутствовали.

— Я тоже поеду в Стокгольм, — сказал он. — В качестве резерва. Пригожусь, когда Линн появится. Мы не должны упустить ее на этот раз.

Бофельт покачал головой.

— Ты нужен мне в Копенгагене. Ханнекен справится сам, — буркнул он.

— По-моему, лучше всего, если я тоже поеду, — возразил Амид. — Ханнекен сфокусируется на Росомахе. А я позабочусь о Линн. Два дня. Больше нам не понадобится. Тем самым мы избавим себя от будущих проблем.

Он постарался всем своим видом показать, что уверен в собственной правоте, хотя его одолевали сомнения. Ведь сейчас он впервые за все время их совместной работы попытался оспорить слова шефа. В то же время они значительно сблизились за последние полгода. Ни о каком равенстве, конечно, и речи не шло. Но он заметно поднялся в табели о рангах. Стал самым близким для Бофельта человеком.

Его шеф и Ханнекен уехали на такси. Он договорился встретиться с Ханнекеном и Вукацеркой в аэропорту Каструп через два часа, когда они соберут все необходимое. А пока продолжил медленно прогуливаться, но уже совсем в другом настроении. У него словно камень упал с плеч. Развязка явно приближалась. Линн, пожалуй, никогда не представляла большую угрозу для них, но ей раз за разом удавалось выставить его в дурном свете. Из-за нее он уже неоднократно выглядел неспособным выполнять свои задачи и опасался в результате потерять положение самого близкого человека Бофельта. Теперь же Бофельт доверил ему разобраться с этой проблемой.

Найти окончательное решение.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь туман, отражались в канале. Смотря на искрившиеся узоры, которые появлялись на воде, он подумал, что последние события удивили шефа и Ханнекена не меньше, чем его самого. Сначала Росомаха шантажом вымогал у Йоргена Кранца деньги. А потом внезапно, без санкции с их стороны, похитил сестру Линн. О чем они узнали от него только задним числом. Последний поступок, в худшем случае, мог заставить полицию и Линн начать новое расследование в отношении Ульв А/С, если бы им удалось поймать Росомаху, и найти что-нибудь, связывавшее его с ними.