Убить чужой рукой - Лиза Гарднер

Мистер Босу нахмурился. Ему была неприятна эта мысль. Честно говоря, и весь разговор ему не нравился. Он шагнул вперед. Кэтрин не отступила. Он сделал еще шаг, а потом внезапно остановился. Минутку.

— Покажи мне руки, — приказал он.

Она послушалась.

— Где пушка? — с подозрением спросил мистер Босу.

— Я отдала пистолет Марианне. Стрелять я уже пробовала, и мы с тобой оба знаем, что у меня это плохо получается.

Он сдвинул брови. Все это ему по-прежнему не нравилось.

— Ты собиралась напасть на меня с голыми руками?

— Нет.

— А что тогда? Зачем ты вышла? Почему покинула комнату?

— Чтобы выиграть время. Сейчас приедет полиция, Ричард. Они будут здесь с минуты на минуту. Если честно, мне плевать, можешь разрезать меня на кусочки, но с головы Натана ни один волосок не упадет.

— Ага. — Он ненадолго задумался. — А знаешь, мне нравится эта идея.

Он метнулся вперед, и Кэтрин понеслась по коридору.

Кэтрин бежала не слишком быстро. Это оказалось самым трудным. Сердце у нее колотилось, нервы на пределе, кровь стучала в висках и как будто приказывала: «Беги, беги, беги!»

Но ей нужно сыграть свою роль. Все они должны были сыграть свои роли — и это самый важный спектакль в ее жизни.

Она слышала, как он топает по коридору у нее за спиной. В ее ночных кошмарах Ричард Умбрио, как правило, выглядел как гигантская черная тень, сверхъестественная сила, которая неизменно ее побеждала. Она была такой маленькой и слабой. А он нависал над ней, словно демон мщения.

Кэтрин всю жизнь пыталась уверить себя: это всего лишь детский взгляд на вещи — маленькая девочка против мужчины, ребенок против взрослого. Но, глядя на Умбрио теперь, она поняла, что ошибалась. Он огромный, настоящая гора мускулов. Он пугал ее тогда и пугал теперь.

Умбрио лишил ее силы, какой-то частички ее самой. Многое кануло в бездну безвозвратно.

И теперь она убегала от него. Убегала и плакала, вне себя от страха, скорби, гнева. Она ненавидела Ричарда Умбрио. Она готова была мстить ему за ту женщину, которой могла бы стать, если бы они не встретились в тот ужасный день.

Он приближался. Кэтрин ускорила шаг, утратив над собой власть и поддавшись панике. Он настигал ее, тянулся к ней, собирался схватить ее за шею, бросить наземь и…

Она влетела в гостиную. Ее взгляд упал на кофейный столик. Позади него сидел Бобби, положив ствол пистолета на край столика, как на импровизированную подпорку, и держа палец левой руки на курке.

— Давай! — крикнул он.

Кэтрин рухнула как подкошенная. Умбрио попытался резко затормозить, замахал руками, борясь с силой инерции.

Бобби спустил курок. Бац, бац, бац!

Умбрио свалился, как падает срубленное дерево. Его рука дернулась, потом он замер.

Кэтрин, дрожа, поднялась. Умбрио лежал навзничь и смотрел на нее. В углах рта у него пузырилась кровь. Он улыбался.

— И что теперь? — прошептал он.

Она не поняла.

И тогда он схватил ее за край юбки.

Кэтрин завизжала. Она слышала, как Бобби нажал на курок, но раздался только металлический щелчок. Пистолеты, подумала Кэтрин. Она обменялась пистолетами с Бобби, и ему достался тот, из которого она уже несколько раз выстрелила. Бобби жутко выругался, а Умбрио подался вперед и схватил Кэтрин за ногу.

Кэтрин вдруг утратила способность думать.

Умбрио собирался ее убить. Сейчас его руки сомкнутся у нее на горле, он стиснет пальцы, и она умрет — именно так, как должна была умереть двадцать пять лет назад. Она словно снова сидела в яме под землей. Совсем одна.

Вдруг до нее донесся какой-то слабый шум. Бобби встал. Он что-то ей кричал, но она не слышала ни слова. Все звуки утратили четкость.

Рука Умбрио уже добралась до ее бедра. Он буквально полз по телу Кэтрин, злобно смотрел на нее, обнажая окровавленные зубы, и тянулся правой рукой к горлу.

Она принялась шарить вокруг себя и наконец нашла то, что искала.

Пальцы Умбрио уже подбирались к ее шее.

Бобби бросился к нему, занося руку для удара.

Кэтрин сунула ствол пистолета прямо в рот Умбрио. Тот, казалось, очень удивился — на одну короткую секунду. А потом она нажала на курок.

Ричарду Умбрио в буквальном смысле этого слова снесло крышу.

Всем своим весом он рухнул на нее. Кэтрин разрыдалась.

Бобби оттащил труп в сторону, обнял ее, прижал к груди.

— Тише… — бормотал он. — Тише, все хорошо… Все кончено… Ты в безопасности, Кэт, ты в безопасности.

Но еще далеко не все было кончено. И не все хорошо. Для такой женщины, как она, это никогда не могло закончиться. В ее жизни слишком много того, о чем Бобби просто не знал.

Она плакала, чувствуя, как ее слезы, самые настоящие, текут по лицу. Бобби погладил Кэтрин по голове, и она заплакала еще сильнее, прекрасно понимая — это лишь начало конца.

Приехала полиция. Прибежала охрана снизу. Они влетели в номер с криками, размахивая оружием. Бобби, наоборот, спокойно отдал свой пистолет Д.Д., которая забрала и девятимиллиметровку Кэтрин. Судью унесли медики. Кто-то занялся плечом Бобби, в то время как помощники коронера вытаскивали тела Умбрио и Харриса.

Служащие отеля подсчитывали ущерб, когда кто-то из полицейских наконец заметил Натана.

Малыш шел по коридору, прижимая к груди лохматого щенка.

Он увидел Кэтрин, которую буквально силой удерживали на месте, невзирая на ее просьбы поискать мальчика.

— Мама? — произнес он, и его голос отчетливо прозвучал в окружающем шуме.

Кэтрин встала и пошла к сыну. Он выпустил щенка и бросился к ней на грудь.

— Мама, — повторил Натан и уткнулся головой ей в плечо.

Бобби улыбнулся. Д.Д. наконец закончила зачитывать ему его права и увела Бобби прочь.