Портрет Мессии - Крейг Смит

Он дал знак Майку. Тот сунул руку под пиджак, но Кейт его опередила, с молниеносной скоростью выхватив оружие. Майк посмотрел на пистолет, нацеленный на него, и рука так и осталась за пазухой.

— Николь, объясни этому человеку, что сегодня вечером умирать ему совсем не обязательно, — произнесла Кейт.

— Все в порядке, — сказала Николь Майку.

Телохранитель покорно опустил руку.

— Можете размахивать пистолетом сколько угодно, юная леди, — угрожающе произнес археолог. — Но предупреждаю, вы не выйдете из этого здания с картиной! На улице нас ждут двадцать охранников!

Итан приблизился к Николь Норт на расстояние вытянутой руки.

— Скажи ему. Скажи ему, что ты обещала мне той ночью, когда я нашел тебя в башне.

Николь колебалась.

— Я не… Я не знаю, о чем вы.

— Ты обещала отдать мне все, что угодно, если я позвоню в «Плазу» мистеру Гидеону.

— Но я вовсе не это имела в виду!

— Ты сказала так. Все, что угодно. Так вот, мне угодно получить эту картину.

— Я не помню! Меня заставили! Я не отдавала себе отчета!

Она умоляюще смотрела на проповедника и своего дядю.

Кейт убрала пистолет в кобуру.

— Зато я помню. А еще я помню, что мистер Гидеон не пожелал подойти к телефону. Человек, с которым мы говорили, ответил, что он очень занят. Пришлось рассказать все ему, и он в ответ пообещал, что займется этим делом.

Николь Норт вопросительно взглянула на Ричленда.

— Если кто и звонил, я этого не слышал! — огрызнулся священник.

— Расскажите ей о нашем разговоре, — предложил ему Мэллой.

— Ума не приложу, о чем идет речь! — Ричленд пытался выдавить улыбку, но безуспешно.

— Так что ты ему сказал?

Проповедник ткнул пальцем в Мэллоя.

— Он отказывался отдавать картину Джонасу до тех пор, пока мы не договоримся о твоем освобождении.

— Это правда, но не вся, ваше преподобие, — заметил Мэллой. — Положите руку на картину с Иисусом и поклянитесь именем Господа нашего, что говорите правду.

— Да как вы смеете!

— Что ты ему сказал? — продолжала настаивать Норт.

Ричленд молчал, и тогда Мэллой прояснил ситуацию:

— Дилемма была несложной. Я сказал, что могу использовать картину для вашего освобождения или же доставить ее в Нью-Йорк. Я сказал, что, если такие варианты его не устраивают, он никогда не увидит портрета.

— И что же он ответил? — спросила Николь, не сводя при этом взгляда с Ричленда.

— Он велел привезти картину в Нью-Йорк.

— Мою картину, — заметил Бранд.

Вдруг Джонас Старр разъяренно взревел:

— Не видать вам этой картины!

— Отдай ему портрет, — спокойно произнесла Норт.

Ричленд колебался.

— Нет! — воскликнул археолог.

— Отдай! — приказала Норт.

Старр потянулся за оружием, но Итан уже успел выхватить свое; он оказался куда проворнее старика.

— Вы что же, всерьез собрались в меня стрелять? — спросил Бранд.

Археолог молчал. Итан подошел к нему и забрал пистолет.

— Что вы хотите? — спросил Ричленд. — Назовите свою цену. Все, что угодно, только не это!

— Моя цена — эта картина.

— Отдай ему, Джим! — воскликнула Норт. — Я заплатила за нее сполна. И должна сдержать обещание! Пусть забирает, если она так ему нужна!

Итан убрал свой пистолет в кобуру, разрядил оружие Старра, сунул в карман обойму и отбросил пистолет. Потом разоружил Майка. Наконец он взялся за реликвию в руках Ричленда. Секунду-другую казалось, что тот не выпустит ее, но затем его пальцы разжались. Итан спросил:

— Так она моя?

— Да, — ответила Норт.

При этом она пристально смотрела прямо в глаза Ричленду, точно впервые видела этого человека.

Итан долго и с грустью любовался портретом, затем подошел к камину и швырнул его в огонь.

Ричленд взвыл и рванулся вперед. Он уже ухватил деревянную доску за угол, но восковые краски закипели от жара, и капли брызнули ему на руки.

С криком боли священник выронил картину и закружился по комнате. Николь Норт, совсем недавно узнавшая, сколь болезненны бывают ожоги, подошла и обняла его за плечи. Ричленд зарыдал.

Она все еще обнимала его, когда Мэллой, Итан и Кейт вышли из гостиной.